Эра Отмены - Лев Пучков

– Без каски с непривычки расшибёшь голову. Потерпи немного, скоро приноровишься, и всё пойдёт как надо.

– Потише там, – прикрикнул Иван. – Не мешайте разведке.

Двигались медленно. Девчата проигнорировали резюме Богдана по поводу того, что зона ловушек осталась позади, и тщательно проверяли каждый дюйм на пути следования группы.

По прохождении примерно полутора сотен метров в стенах тоннеля стали появляться норы. Вернее, норки, поскольку сам тоннель без всяких скидок можно было считать длинной извилистой норой.

Норки были небольшие, диаметром от пяти до десяти сантиметров, и располагались по обеим сторонам тоннеля без каких-либо признаков упорядоченности, хаотично, на разной высоте, примерно по четыре-пять единиц на погонный метр.

– Кто может обитать в этих норах? – озабоченно уточнил Семён.

– Да кто угодно. Мыши, крысы, ящерицы, змеи, кроты…

– Змеи?! – всполошился Семён.

– А почему тебя крысы не смутили? – усмехнулся Богдан. – Бешеная крыса опаснее любой змеи в ареале. Хотя бы потому, что подавляющее большинство змей постарается избежать встречи с тобой, а эта краса обязательно на тебя бросится. Выскочит из норки, укусит и заразит какой-нибудь дрянью вроде геморрагической лихорадки.

– Да ладно, с крысками-то как-нибудь справимся. – Уверенность Богдана успокоила Семёна. – Слушай, а вдруг это… реликтовая фауна?

– В Хранилище может быть всё что угодно, – не стал обманывать Богдан. – Но пока мы воочию не увидим эту фауну, говорить о ней преждевременно.

Поначалу девчата светили в каждую норку фонарём и слушали, не ползёт ли там кто-то страшный, но вскоре привыкли и стали осматривать стенки в прежнем режиме.

По ходу движения выяснилось, что норы в стенах не являются мёртвой составляющей антуража: они словно бы дышали, испуская запахи и звуки.

Болотно-грибной сыростью тянуло именно из нор, не постоянно, а периодами, наплывами, словно ветром наносило. Иногда из нор раздавались вполне болотные звуки: кваканье лягушек, умиротворяющее тихое бульканье, шорохи, вздохи, причмокивание и невнятное бормотанье…

А ещё был слышен стон.

Этот стон, который ещё на входе был воспринят как призыв о помощи, периодически вычленялся среди монотонных и гармоничных в своей общей массе болотных фантомов и напоминал о цели экспедиции.

Где-то поблизости находятся попавшие в беду товарищи.

И они остро нуждаются в помощи.

* * *

Путешествие было недолгим.

Пройдя по земляному тоннелю что-то около полукилометра, группа упёрлась в тупик.

Проход преграждала… дверь, не дверь – каменная плита во всю ширину тоннеля, в которой были два ровных вертикальных шва.

Срединный фрагмент плиты между швами, шириной в метр, условно можно было принять за дверь или заслонку, поскольку горизонтальных швов не было.

Обследовав преграду, каких-либо намёков на возможность ее открыть не обнаружили. Привычно разделили примыкающий к тупику участок тоннеля на пять примерно равных отрезков и стали искать активирующий элемент.

Этот участок, протяжённостью немногим более четырёх десятков метров, был заметно просторнее всего предыдущего тоннеля. Здесь можно было без проблем разминуться, пол был ровнее и твёрже…

И нор побольше.

На полу были видны потёки, а в десяти метрах от тупика, в правой стене у самого пола, зияло некое подобие «ливнёвки» – узкое длинное отверстие, вытянутое по горизонтали и разделённое на три части стальной арматурой.

– Так… – Семён опять нашел причину для беспокойства. – А если сюда через эти норки пустят воду под большим напором?

– Под большим не получится, – успокоил Богдан. – Норы мелкие, вода будет прибывать медленно. Успеем даже не убежать, а спокойно уйти размеренным шагом обратно в зону ловушек.

– А если на обратном пути нам устроят обвал? Там одну крепь завалить, три-четыре куба землицы – и привет!

Богдан взял паузу: похоже, свежая идея Семёна застала его врасплох.

– Да уж… Об этом я как-то не подумал, – признал он. – Безусловно, это очень неприятный вариант…

Тут Ку(Ки) быстро протараторила что-то на Хаптаи, с закономерным грассированием, при этом ни на секунду не прекращая поиск.

– Да, тоже верно, – согласился Богдан.

– А мог бы и сам догадаться, светило науки, – хмыкнул Иван.

– Что сказала? – полюбопытствовал Семён.

– На всём протяжении тоннеля нет ни одного следа обрушений, – перевёл Богдан. – Пол хорошо утоптан, количество свежего грунта незначительное, вполне сопоставимое с естественным осыпанием свода. На стенах потёков нет, только на полу, и то лишь на небольшом промежутке возле тупика.

– То есть?

– То есть вода естественным образом вытекает из нижних нор вблизи тупика, остальной тоннель сухой, нигде ничего не обрушалось и не затоплялось. То есть прецеденты по твоей версии отсутствуют.

– Ню-ню…

– Кстати, заметил, что ты иногда говоришь «ню-ню» с недоверием и иронией, в значении… как бы это попросту… ммм… ну примерно в таком значении: «Меня не устраивает ваша версия, но ввиду отсутствия аргументационной базы и времени для необходимых исследований по существу вопроса я воздержусь от беспочвенной дискуссии и снисходительно позволю вам на некоторое время считать вашу сомнительную точку зрения аксиоматично верной».

– Эээ… Это вот такое моё «ню-ню»?! – Семён был поражён до глубины души.

– Да, согласен, определение, возможно, не самое исчерпывающее и несколько расплывчатое, но принцип я обозначил. А меня вот что интересует: дефектов речи у тебя нет, психосоматических отклонений не выявлено, но в таких случаях – «ню-ню» – ты зачем-то поджимаешь губы, словно боишься широко раскрыть рот. Есть какое-то рациональное объяснение этому явлению?

– Муух дуй, – сокрушённо произнесла Ку(Ки), с явной укоризной покачав головой.

– Куда дуй? – заинтересовался Семён.

Ки(Ку) и Иван на пару хмыкнули.

– Сама балбес! – беззлобно огрызнулся Богдан. – Видишь ли, меня в самом деле интересует природа этого явления, а объяснить его я не могу. Не хватает научной базы.

– Ну, это из анекдота, – не стал терзать учёного собрата Семён. – Без всякой базы.

– Из анекдота?!

– Ага.

– А можно в двух словах…

– Для тебя – всё что угодно. В общем, дело было так: плывёт крокодил по реке, смотрит, сидит на берегу лягушка, вся обвешанная оружием, с гранатомётом на изготовку, и пристально смотрит вдаль. Ну, крокодил не понял юмора и спрашивает:

«А ты кого там высматриваешь?»

«Да вот, бегемота хочу подкараулить да жахнуть по нему с гранатомёта».