Ведущий в погибель - Надежда Попова

– Буду подавать немые сигналы, – одними губами проговорила та.

Осмотр полок с книгами и у стены напротив со всевозможными вместилищами из темного стекла и глины был оставлен на лучшее время; что бы ни обнаружилось в запасах торговца письменным знанием и его практическим вещественным выражением, здесь, на виду, ничего таинственного, необычного или хоть просто особенно интересного явно обнаружено не будет. На второй этаж мельком заглянул фон Вегерхоф, возвратившись уже через полминуты и на вопросительные взгляды лишь отмахнувшись; судя по всему, и в жилой части ничего любопытного не наблюдалось.

– Дверь в подвал, – коротко и многозначительно заметила Адельхайда, и Курт кивнул, и сам уже заметив, что ни люка в полу, ни дверцы у задней стены, ведущей в подвальное помещение, просто нет.

Деревянные, ничем, кроме открытых полок и нескольких шкафов, не занятые стены никак не могли скрывать в себе секретных панелей или рычажков – это виделось с первого же взгляда, даже и без тщательного обследования. Пол был каменным, не крытым досками, и потайного люка в себе также не содержал.

– Подвал должен быть, – уверенно шепнул Курт, и Адельхайда кивнула, распахивая дверцу одного из шкафов.

– Разумеется, должен, – согласилась она столь же неколебимо, прощупывая заднюю стенку. – И тот факт, что вход скрывается, лишь укрепляет подозрения. Взгляните-ка пока на тот шкаф.

К указанному предмету мебели он подошел одновременно с фон Вегерхофом и оба же разом дернули на себя одну из дверец, переглянувшись, когда створка не поддалась.

– Заперто, – обрадованно заметила Адельхайда, закрыв обследуемый ею шкаф и приблизясь; опустившись на корточки, присмотрелась к врезному замку, проведя по скважине пальцем. – Александер, приоткрой окно.

– Быть может, лучше я? – предложил Курт, с невольной завистью рассматривая извлеченный ею чехольчик с отмычками, любовно разложенными по отдельным кармашкам. – Мне видно превосходно.

– Ну, уж нет, – отозвалась та категорично. – В конце концов, это можно делать и вовсе вслепую, и я не думаю, что ваши сомнительные умения взломщика пребывают на должном уровне. Кроме того, свой рабочий инструмент я никому и никогда в руки не даю. Даже любопытства ради… Отойдите, будьте любезны.

– Вы суеверны? – отстранившись, уточнил Курт, и она фыркнула, склонившись к замку:

– Вовсе нет. Но вы же не позволите ребенку играть стеклянными колбами.

– Что ж, наверняка и я к старости стану столь же взыскательным.

– Тихо, – негромко, но с необычной для него жесткостью снова шепнул фон Вегерхоф. – Оба. Нашли время.

– Ты прав, – покаянно кивнула Адельхайда и, на миг обернувшись, строго нахмурилась, бросив на Курта такой взгляд, словно бы лишь он и нарушал тишину в этой комнате.

На щелчки и скрип отмычек стриг морщился, хотя укорить взломщицу за неизбежный шум уже не пытался; собственно, молчание вряд ли могло существенно изменить ситуацию – если за вскрываемой дверью впрямь таились существа, могущие услышать их, то скрежет замка уже сейчас сообщил им о приходе гостей. На шкафную дверь Курт смотрел взведенным арбалетом, ожидая, что ее, даже не отпертую, вот-вот может снести в сторону. Вопреки ожиданиям, напряжения или страха он отчего-то не испытывал; возможно, не имея пока представления о тех, с кем, быть может, придется столкнуться, а возможно, попросту сомневаясь в собственных предположениях и уже не веря в то, что там, внизу, и в самом деле есть кто-то, кроме мышей и плесени…

– Если здесь обнаружатся золотые слитки, – прошипела Адельхайда, повернув отмычку вправо, – я убью этого старика… Готово.

Курт крепче стиснул приклад, приподняв арбалет на уровень головы, и растерянно опустил руки, когда за распахнувшимися дверцами слабо качнулся от потока воздуха шерстяной плащ, повешенный за гвоздь, вбитый прямо в заднюю стенку.

– Он что – издевается? – пробормотал он тихо, и Адельхайда, усмехнувшись, вновь обернулась на мгновение, одарив его снисходительным взглядом.

– А вы чего ожидали, майстер Гессе? Что за дверцами вам откроется выход в иной мир?.. Дотошный дедуля, – одобрительно кивнула она, вновь обратившись к шкафу, и осторожно, одними пальцами, прощупала стенку. – Наверняка снимается легко, Штайн не атлет…

Пристально обследовав гладкие доски, Адельхайда недовольно нахмурилась и, надавив всей ладонью, едва успела подхватить отвалившуюся на нее стенку с плащом.

– Ошиблась, – тяжело выдохнула она, и стриг, ухватив сколоченные вместе доски за верхнюю кромку, отставил их в сторону. – Мои комплименты доктору… С другой стороны, мог бы предусмотреть петли или что-то в этом роде.

– Никакой заботы о ворах, – согласился Курт, глядя на открывшуюся за деревянной коробкой дверь. – Ну, теперь уже можно не играть в молчанку – этот грохот разбудил бы и мертвого.

– Недостойно имперского рыцаря добивать лежачего, господин фон Вайденхорст, – заметила Адельхайда с укором, приступая к замку, и он передернул плечами:

– В первую очередь я инквизитор, а мы, напомню, лишь тем и занимаемся. Бьем лежачих и лучше – связанных.

– У вас, оказывается, любопытные пристрастия, – хмыкнула она чуть слышно, склоняясь к самой двери. – Наверняка там никого, – подытожила она спустя минуту. – Будь я существом, обладающим такой силой, как наши приятели, услышь я это копошение – я бы попросту вынесла дверь изнутри. Раз кто-то копается в замке – ergo, его лицо напротив створки, руки заняты, он на корточках, в неудобном положении, а стало быть, уж одного первый удар обезвредит наверняка и надолго.

– А я бы дождался открытия замка, – возразил Курт. – К чему напрягаться. И удар получится куда мощнее…

– А я дождался бы, когда вы войдете, – хмуро оборвал стриг. – Первому вошедшему – удар по горлу, после чего идущие следом с вероятностью восемь из десяти падают, опрокинутые его телом. Проход узкий, пол станет невероятно скользким уже через мгновение, а этого вполне довольно, дабы не дать вам подняться вовсе.

– Боюсь показаться идиотом, однако не могу не спросить – а фонарь кто-нибудь взял?.. – поинтересовался Курт, когда под отмычкой клацнул легко узнаваемый щелчок открывшегося замка. – Там ведь глаз выколи.

– Что, несомненно, и произойдет, если вы будете держать в руке фонарь, – согласилась Адельхайда, укладывая инструменты в чехол; голос ее вновь снизился до шепота. – Ваше местоположение будет видно отлично.

– Признаю, что фонарь в моем инвентаре – вещь невероятная, однако…

– Однако у меня он есть, майстер Гессе – воровской, дающий направленный луч; не следует думать, что я полезу туда в темноте или со свечкой в руках. Но первым войдет Александер, и войдет без света. Спросите, почему так, или не будете позориться?

– Просто признайтесь, – почти со злостью потребовал фон Вегерхоф, – что вы оба ищете случая от меня избавиться. Единственное, чего вы еще не сделали, это не крикнули «эй, там! он идет».