Охотник за смертью. Честь - Саймон Грин

После Восстания я пыталась служить порядку, но вокруг было слишком много разрухи. К тому же я никогда не питала любви к политике. В конце концов я послала эту затею к чертовой матери и пошла своим путем – вернулась к пиратской жизни, завела собственный корабль под названием «Фауст». В наши смутные времена пиратам сущее раздолье.

– Довольно... интересно, – осторожно заметил Оуэн. – Но я не совсем тот Оуэн, которого ты знала. Да и ты слегка отличаешься от моей Хэйзел.

– Да, – произнесла Миднайт, бросив на Хэйзел немного пренебрежительный взгляд. – Тебе, милочка, еще надо над собой поработать.

– Ну а что скажешь ты? – Оуэн быстро переключил внимание на Бонни Бедлам. – Я не ослышался? Мы действительно с тобой...

– Да, женаты. – Молодая особа широко улыбнулась, обнажив острые зубки. – Уже почти два года. Ты выглядишь почти как мой Оуэн. Только без пирсинга и татуировок. Во время нашего Восстания Голгофа уцелела. Но, к сожалению, вместе с ней уцелели и бывшие политики. Сколько мы ни старались что-то изменить, все безуспешно. В конце концов мы устали биться головой о стену лжи и коррупции и пошли своим путем. Теперь мы правим на Мисте. Конечно, мир небольшой, но мы добились там значительных перемен. Империя же продолжает разваливаться к чертям. Впрочем, иначе и быть не могло, зря мы думали, будто сумеем изменить систему.

Джек погиб во время взрыва бомбы у здания Парламента. Руби перебила кучу народу, который винила в его смерти. Сейчас она в бегах, за ее голову назначена большая награда. Поговаривают, что она вполне счастлива, заправляя кровавыми делами на Мадрагуде. А что скажете о себе вы?

Оуэн поведал им свою историю, которую время от времени дополняла замечаниями Хэйзел. Когда Дезсталкер закончил, Бонни несколько раз пожала плечами, что привело в мелодичное движение ее побрякушки.

– Давайте лучше перейдем к делу. Для какой цели нас позвала Хэйзел?

– Я всего лишь послала запрос, – ответила Хэйзел, – а вы на него откликнулись.

– Я пришла, чтобы еще раз повидать Оуэна, – сказала Миднайт.

– А я... чтобы немножко встряхнуться, – произнесла Бонни. – Жизнь на Мисте стала чересчур цивилизованной, можно завыть от скуки.

– Вот и замечательно, – воскликнул Оуэн. – Итак, скажите... какими способностями наделил вас Лабиринт?

– Я умею телепортироваться, – ответила Миднайт. – Если я где-то однажды была, то могу в любой момент попасть туда снова. В противном случае, я ограничена пределами видимости.

– Весьма полезное свойство, – констатировала Хэйзел. – А что скажешь ты, Бонни?

– Я обладаю способностью к регенерации. Не важно, какая рана – большая или маленькая, все это вопрос нескольких секунд. Передо мной нет никаких преград. Процесс восстановления идет непрерывно.

Она поднесла указательный палец левой руки ко рту и откусила от него кусок до первой фаланги. Трое остальных ее спутников невольно ахнули. Улыбнувшись им, Бонни принялась неторопливо жевать, а через минуту выплюнула обглоданную косточку. Оуэн почувствовал, что содержимое его желудка медленно подступает к горлу. С двух сторон к нему крепко прижались Миднайт и Хэйзел. Бонни подняла вверх указательный палец. Он уже перестал кровоточить и из него показался новый кончик, завершенный молодым ноготком. Не прошло и минуты, как палец выглядел точь-в-точь как прежде, без каких-либо следов повреждения.

– Круто, да? – произнесла – Бонни Бедлам.

– Мне в жизни приходилось видеть на редкость отвратительные вещи, – сказала Хэйзел. – Эта картина вполне может пополнить список. Даже не знаю, что делать: блевать или аплодировать?

– Думаю, если тебя стошнит, она воспримет это как комплимент, – заметила Миднайт.

– Нам некогда заниматься ни тем, ни другим, – стараясь выдержать спокойный тон, вступил в разговор Оуэн. – Весьма впечатляюще, Бонни. Только, пожалуйста, постарайся ничего подобного больше не делать. А сейчас нам нужно открыть этот проклятый затвор. Иначе не попасть в город, который оккупировали хэйдены.

– – Ваши хэйдены обосновались здесь? – удивилась Миднайт Блю. – В моем мире их истребили вскоре после того, как ты их освободил из Гробницы. Неблагодарные ублюдки.

– Скажите, черт вас подери, кто такие хэйдены? – поинтересовалась Бонни Бедлам. – Мы никогда о них ничего не слышали.

– Киборги, – кратко пояснила Хэйзел. – Могущественные, вероломные и на редкость отвратительные. Прямо над нами находится оккупированный ими город. Они захватили в заложники людей. Много людей. Если те еще живы...

– Чтобы это выяснить, мы и оказались здесь, – продолжил ее мысль Оуэн. – И если наши ожидания оправдаются, нужно будет разработать план, чтобы их спасти.

– Звучит заманчиво, – промолвила Бонни. – Можно я убью кое-кого из этих хэйденов?

– Убивай на здоровье, – ответила Хэйзел, – столько, сколько твоей душе угодно.

– Только после того, как мы добудем необходимую информацию, – твердо предупредил Оуэн. – Сначала разведка, потом – бой.

– Не волнуйся, Оуэн, – сказала Миднайт. – Тебе нет нужды растолковывать воинам подобные тонкости. Они их чувствуют нутром.

– Ладно, ладно, – прервал ее Оуэн, – не продолжай. Я уже порядком наслушался подобных речей от своего ИРа. Если мы вдруг встретим какого-нибудь хэйдена, попрошу вас ничего не предпринимать. Не исключено, что я смогу уговорить его сделать что-нибудь нужное для нас. Даром, что ли, хэйдены заявили, что уважают меня как своего Спасителя. К тому же во время Восстания они сражались на нашей стороне.

– А ваш Оуэн тоже обожает толкать длинные речи? – осведомилась Хэйзел.

Оба ее двойника молча кивнули в ответ.

– Благодаря хэйденам мы выиграли Восстание, – пропустив мимо ушей замечание Хэйзел, продолжал Дезсталкер. – Не понимаю, как вы могли обойтись без них?

– Нам пришлось трудно, – ответила Миднайт. – Победа досталась большой кровью. Лайонстон всегда говорила, что если умрет она, то с ней умрет и Империя. И мы были чертовски близки к этому.

– Верно, – согласилась Бонни. – Железная Сука со своим Флотом заставила нас дорого заплатить за победу.

– Вот видишь, Оуэн, – сказала Хэйзел. – В конечном счете, ты сделал правильный выбор.

Оуэн показал на ручные механизмы, вмонтированные в стальную плиту, и все четверо взялись за дело. Как только массивные болты были извлечены, плита подалась на удивление легко. Ее оставили открытой – на случай, если придется быстро ретироваться. Дезсталкер повел девушек по кирпичному туннелю вперед. Через несколько минут наверху показалась решетка люка, оттуда сквозь зеленоватую дымку туннеля сочился слабый свет.

– Мы, должно быть, находимся где-то под улицей, – сказала Хэйзел. – Скорее всего на окраине города. Может, выглянем наружу и проверим?

Оуэн задумался:

– А где находится место, откуда ты в последний раз проникла в туннель?