Задание Империи - Олег Измеров

– Зря придиралась. Во всем мире ее будут считать русской. Кстати, и в Германии понравится.

– Неужели эти простенькие куплеты смогут быть знамениты на весь свет?

– Абсолютно. У меня на это чутье.

– Ну если не шутите… Придется утрясти и согласовать.

Закончив обед, они вновь направились по коридору к кабинету. Штабс-ротмистр на мгновение задержал Виктора:

– Наши вчерашние знакомые интересуются, нет ли все же каких-то идей насчет ускорения работ по дизелю. Это не только пожароопасность, это вопрос топлива. Немцы в случае войны с Россией могут использовать синтетические бензины, с ними у них будет проще, чем с дизтопливом. У нас своя нефть, так что двигатели на соляре и газойле помогут сэкономить дефицитный бензин.

– Ну они же в общем-то сами знают. Производственная база для такого изделия слаба, нужно новое оборудование – по сути дела, новая технологическая линия. С концентраторами напряжений у вас сами разобрались. Хотя это, в общем, достаточно элементарная вещь, для учебников сопромата…

– Подозреваете вредительство?

– Подозреваю результат чморения конструкторов в национальном масштабе, в том числе и морального. Человек должен верить в свои силы, видеть перед собой положительные примеры великих инженеров и изобретателей. А когда ему внушают, что все лучшее создано за бугром, а у нас умеют только копировать, что он создаст? Стрельба со сбитым прицелом…

– Ну а что-нибудь для поправки прицела присоветуете? Что-нибудь из исторического опыта на полвека вперед?

– Ну насчет тех же концентраторов… Изучать картину напряжений в деталях на моделях из оргстекла в поляризованном свете.

– Оргстекло?

– Ну да… акрил… такой полимер прозрачный…

– А, плексиглас? Который на стекла для самолетов идет?

– Точно.

– Как закончим с ракетчиками, задержитесь, надиктуете, что знаете?

– Конечно. Не вопрос.

– Еще такая вещь: Королев Сергей Павлович, на ваш взгляд, насколько предан России?

– Ну то, что он не шпион и не вредитель…

– Это понятно. Насколько он способен сохранять верность отечеству, если у него будет возможность остаться за рубежом?

– Хотите послать в Германию по обмену опытом?

– Хотим. Вы подали интересную мысль насчет важности организации ракетного дела.

– Во всяком случае, в диссидентстве замечен не был, несмотря на то что в нашей реальности попадал на Колыму и чуть не погиб. Это Сахаров был диссидентом.

– Сахаров… тоже ракетчик?

– Нет, отец водородной бомбы. Андрей Дмитриевич.

– Которая мощнее ядерной?

– Да. И то не сразу, а как сошелся с Еленой Боннер. А она была ярой антисоветчицей.

– Очень занятно. Выходит, ваши органы проглядели?

– Ну не станут же они его, как в старину, женить без согласия. А убрать Боннер – это тоже даст противоположный эффект…

– Ну Виктор Сергеевич, зачем так… Это вопрос техники. Так какие гарантии можно создать для Королева, чтобы его не перевербовали? Его интересы, связи… вы понимаете?

– Хороший вопрос… Он смел, имеет твердый характер и фанатично предан идее освоения космоса. Из страха он вряд ли будет на кого-то работать… ни на вас, ни на немцев. А вот ради того, чтобы его ракеты первыми полетели в космос, чтобы запустить первый спутник, вывести первого человека на орбиту, опередить конкурентов – американцев или в данном случае немцев… Космос – это его жизнь. Даже сами по себе баллистические ракеты для него, пожалуй, не столько щит. Скорее, возможность, которую военные дали для полета в космос.

– Спасибо. Это совпадает с нашими данными и вообще весьма характерно для настоящего ученого. Но предположим худшее. Кто может в этом случае заменить у нас Королева по баллистическим ракетам? Только не говорите, что никто, подумайте.

– Янгель, Михаил Кузьмич. Он, кстати, в вашей реальности сейчас не в командировке в США?

– Кстати, в командировке. Но он ведь не ракетчик. Он авиаконструктор.

– Сможет стать ракетчиком. Королев ведь тоже с планеров начинал.

Они остановились у двери в кабинет.

– Да, у меня к вам тоже один вопрос, только из истории. Вот Колчак… как же он вдруг стал республиканцем? Он ведь по взглядам был скорее ближе к Муссолини. Возводил войну в культ, ненавидел пацифизм, парламентаризм. Высказывал и Тимиревой писал…

– Да-да. Министресса просвещения Тимирева, конечно помним, – хмыкнул штабс-ротмистр, – кто не помнит ее новации с перестройкой образования на американский манер. Чуть академическую школу не загубили. Вот касаемо Колчака… Скажите, Виктор Сергеевич, а разве у вас, в вашей реальности не было так, что политик, бывший истым – ну, как это у вас называется, ленинцем, наверное? – бывший истым ленинцем, вдруг становится ярым республиканцем, демократом или там либералом? Если он обязан властью каким-нибудь дядюшкам из богатой колониальной державы?

– Пожалуй, были такие.

– Ну вот видите. Демократ – это условия найма. А почему? Ничто не стоит так дорого и не продается так легко, как демократия.

Виктор хотел возразить, но подумал, что с жандармским штабс-ротмистром спорить об этом было бы большой ошибкой. И вообще сейчас главное – вытащить Королева и прочих на свободу.

«…Ну почему я не читаю на досуге учебников по проектированию ракет и ракетных двигателей? И не беру их в День Независимости в поездку почитать? Как бы это все сейчас пригодилось…»

Вопросы после обеда задавал в основном Ступин. Ракетчики внимательно слушали.

– Запуск первых «Агрегатов-5» в Грейфсвалдер-Ойе намечен на осень этого года. Без автопилотов. Немцы решили не ждать.

– Почему полигон решили сделать на острове?

– Легче обеспечить режим секретности, безопасность населения при авариях ракет. Кроме того, в одном месте размещаются все необходимые сооружения, испытательное оборудование для исследовательских и конструкторских работ, опытное производство. Короче, место, где можно начать с исследований, а закончить созданием ракеты, которую можно выпускать серийно.

– Где можно расположить такой в России?

– Например, в Казахстане…

– Туркестане?

Да. Удаленное пустынное место и ближе к экватору. Малодоступно для дальних бомбардировщиков других держав.

– Далековато. Слишком много средств уйдет на обустройство, завоз в такую глушь всего подряд, включая дерево и воду. Поближе нельзя?

– Ну… Тогда, например, в районе волжских степей. Примерно сорок восемь с половиной градусов северной широты и сорок пять с половиной восточной долготы.

– Недалеко от Царицына. Ну что ж, уже лучше. И водным путем можно пользоваться. Немцы собираются использовать «Агрегат-5» в военных целях?