Барьер Сантароги - Фрэнк Герберт

— Можно было либо излечиться, либо умереть, — произнес желтый бог.

— Я отрекаюсь от тебя, — сказал белый бог.

— Ты отказался от моего предложения, — укоризненно произнес красный бог.

— Ты заставил меня смеяться, — заметил черный бог.

— Нет ни одного дерева, которое было бы тобою, — подчеркнул зеленый бог.

— Мы уходим, и только один из нас вернется, — хором произнесли боги.

Раздался чей-то кашель.

— А почему у вас нет лиц? — спросил Десейн. — Вы различаетесь по цветам, но вы безлики.

— Что? — прогромыхал резкий голос.

— Вы какие-то странные боги, — констатировал Десейн и открыл глаза.

Он увидел лицо Бурдо и заметил, что тот крайне озабочен и озадачен.

— И никакой я не бог, — растерянно сказал Бурдо. — Что вы говорили, доктор Джил? Вам что, приснился новый кошмар?

Десейн моргнул и попытался шевельнуть руками. Ничего не получилось. Он поднял голову и увидел, что его тело спеленуто в смирительной рубашке.

Комната пропахла запахом дезинфицирующих средств, Джасперсом и еще чем-то прокисшим и вызывающим отвращение. Десейн по-прежнему находился в изоляторе. Его голова опять упала на подушку.

— Зачем меня связали? — прошептал Десейн.

— Вы что-то сказали, сэр?

Десейн повторил вопрос.

— Доктор Джил, мы не хотели, чтобы вы сами себе причинили вред.

— Когда… когда меня освободят?

— Доктор Ларри сказал — как только вы проснетесь.

— Но ведь я уже проснулся, не так ли?

— Да, сэр. Просто… — Негр пожал плечами и принялся расстегивать ремни, стягивающие рукава рубашки.

— Сколько? — прошептал Десейн.

— Сколько вы пробыли в таком положении?

Десейн кивнул.

— Три дня с небольшим. Сейчас почти полдень.

Когда с ремнями наконец было покончено, Бурдо помог Десейну сесть и снять рубашку. Сначала ему показалось, что необычайно чувствительная кожа на спине кровоточит, а мышцы не слушаются. «Ведь это совершенно новое тело», — мелькнула шальная мысль.

Бурдо накинул на плечи Десейна белый халат и завязал сзади тесемки.

— Может быть, вы хотите, чтобы медсестра сделала вам массаж спины? — спросил он. — В двух местах кожа покраснела, а это не очень-то хорошо.

— Спасибо, пока не стоит.

Десейн пошевелил сначала одной, затем другой ногой. Перед глазами возникла знакомая ладонь. Его собственная. «Как это может быть его ладонью, — удивился он, — когда мышцы руки принадлежат какому-то незнакомцу?»

— Доктор Ларри сказал, что никто никогда не принимал столько Джасперса за раз, — сказал Бурдо. — Джасперс — это хорошая штука, сэр, но всем известно, что вы приняли его слишком много.

— А… Дженни…

— С ней все в порядке, доктор Джил. Она так беспокоилась о вас. Как и все мы.

Десейн шевельнул одной ногой этого незнакомца, потом другой, пока не удалось свесить их с кровати. Он посмотрел на свои колени. Они выглядели очень странно.

— Послушайте, — обратился к нему Бурдо. — Вам лучше остаться в постели.

— У меня… Я…

— Вы хотите в ванную? Лучше я принесу вам судно.

— Нет… я… — Десейн покачал головой. Внезапно он понял, что что-то не так — его тело испытывало чувство голода.

— Я голоден, — сказал он.

— Так почему вы сразу не сказали об этом? Вас здесь уже дожидается отличный завтрак!

Бурдо поднял чашку и поставил ее перед Десейном. Резкий аромат Джасперса ударил в ноздри. Десейн протянул руку к чашке, однако Бурдо остановил его:

— Лучше я буду кормить вас с ложечки, доктор Джил. Вы еще слишком слабы.

Десейн остался терпеливо сидеть, позволив накормить себя с ложечки. Он чувствовал, как восстанавливаются силы. «Оно никуда не годится, это тело», — решил он. Психика, его внутреннее «я» совсем не соответствовали его внешней оболочке.

Десейн вдруг спросил себя, а что же его тело ест помимо вездесущего Джасперса. Овсянку, подсказал ему язык. С медом Джасперса и сливками Джасперса.

— Вас тут дожидается один посетитель, — произнес Бурдо, когда чашка опустела.

— Дженни?

— Нет… доктор Селадор.

«Селадор!» Это имя взорвалось в сознании Десейна. Селадор доверял ему, надеялся на него. Селадор-то и выслал ему пистолет по почте.

— Вы примете его? — спросил Бурдо.

— Вы… не будете возражать, если я увижусь с ним? — спросил Десейн в свою очередь.

— Возражать? А почему я должен возражать, сэр?

«Вовсе не твои возражения, Бурдо, я имел в виду», — сказал про себя Десейн.

И в этот миг его охватило сильное желание послать Селадора подальше. Как же легко было это сделать! Сантарога сможет оградить его от селадоров внешнего мира. Ему нужно только сказать об этом Бурдо, и все будет устроено.

— Я… э-э… хочу увидеться с ним, — сказал Десейн. Он огляделся. — Вы не поможете мне надеть халат и… здесь есть стул, на котором я мог бы сидеть?

— А почему бы вам, сэр, не устроиться в кресле на колесиках? Доктор Ларри специально послал за одним для вас. Он не хочет, чтобы вы перенапрягались. Вы не должны уставать, понимаете?

— Да… да, я понимаю. Кресло на колесиках.