Кодекс дракона - Елена Малиновская

– Мейчар? – переспросил Рикки и улыбнулся каким-то своим потаенным думам. – Замечательный выбор! Это мой родной город.

Я зло зыркнул на него, но ничего не ответил. В таком случае Мейчар отпадает. Впрочем, о чем это я? Какой Мейчар, какие гномы? Меня сегодня убьют, а я о будущем задумался! Боюсь, ребенка Флоксы мне все равно не доведется увидеть. Хотя приятно осознавать, что после моей смерти частичка меня останется в этом мире. Зная Флоксу, можно предположить, что она до последнего будет отстаивать свое право на материнство. Интересно, это будет мальчик или девочка? И если мальчик – унаследует ли он мои возможности? Кстати, весьма любопытный вопрос!

– Рикки? – окликнул я храмовника, который молча внимал моим мыслям.

– М-м-м? – отозвался он.

– Борг сказал, что дети метаморфов наследуют способности родителей, – изрядно понизив голос и убедившись, что Лантий нас не слушает, продолжил я. – Значит ли это, что если у Флоксы родится мальчик, то он будет драконом?

– А ребенок был зачат до или после твоей встречи с Роммием? – переспросил Рикки.

– До, – после краткого раздумья решительно ответил я. – Совершенно точно, что до. После у меня уже не было времени на все эти постельные шалости.

– Тогда не унаследует. – Рикки широко зевнул.

Я с облегчением вздохнул. Ну, хоть это радует. Пусть ребенок растет спокойно, не опасаясь преследования храмов. Меня ведь рядом не будет, чтобы защищать и оберегать его.

Рикки тяжело вздохнул и что-то неразборчиво пробурчал себе под нос. Но вот что именно – мне не удалось расслышать.

Тем временем Лантий кинул очередную пустую бутылку под стол, икнул и обвел нас пьяным взглядом.

– Мы так и будем сидеть здесь и ждать появления Дани? – спросил он, глядя на меня красными от алкоголя глазами.

Я неопределенно пожал плечами и кивнул на Рикки, показывая, кто в этом деле главный.

– У тебя есть предложение получше? – лениво полюбопытствовал тот, небрежным пассом зажигая еще один магический шар. Стоял ранний вечер, но из-за непогоды темнело за окнами с угрожающей быстротой.

– Надо что-то делать! – Магистр со всей силы ударил кулаком по столу, да так, что жалобным звоном отозвались бутылки и стакан. – Она же придет сюда и убьет меня!

– На твоем месте я бы отозвал людей со двора. – Рикки встал и подошел к окну, всмотрелся в потоки дождя, словно мог что-либо увидеть за ними. – Незачем им бесцельно мокнуть. Пусть лучше посидят в трактире и выпьют горячего вина за твое здоровье.

– Ты издеваешься, что ли?! – прорычал Лантий. – Предлагаешь остаться совершенно беззащитным перед визитом этой… этой дряни?

– Ты прекрасно понимаешь, что они при всем желании не в силах тебя защитить. – Рикки с потаенным раздражением стукнул кончиками пальцев по стеклу. – Черные драконы непредсказуемы в своих действиях и эмоциях. Вдруг Дани захочет войти сюда, не таясь? Поверь, ей хватит сил усеять весь двор трупами. И потом заняться уже непосредственно тобой. Или ты собираешься взять с собой на земли мертвых как можно больше народа? По принципу, чтобы не скучно по дороге было?

Лантий побагровел. Вскинулся было возразить, но почти сразу же бессильно опустился обратно.

– Значит, я обречен, – прошептал он, трясущейся рукой наливая себе самогона из новой бутылки. – Но что вы тогда делаете здесь? Пришли позлорадствовать?

– Пришли помочь. – Рикки слабо улыбнулся. – Лантий, отпусти своих людей. Поверь, если мы тебя не спасем, то они тем более.

– «Мы»? – переспросил я, удивленно подняв брови. – То есть, мы нападем на Дани все вместе? А к чему тогда рассказы, что это мой поединок?

– Это, действительно, твой поединок. – В светлых глазах Рикки застыл лед. – Твоего права на него никто не оспаривает. Мы… Мы лишь наблюдатели. И потом, вдруг ты не справишься? Драконицу все равно надо будет остановить, иначе, опьяненная первой кровью, она отправится в город праздновать свой первый вылет. А это неприемлемо.

Я грустно усмехнулся. Эх, Шени, Шени. Хватит уже хвататься за каждую соломинку. Тебе ясно дали понять, что никто не встанет между тобой и драконом. Это твой бой, пусть и обреченный на провал заранее.

Рикки недовольно качнул головой, но ничего не сказал в ответ на мои печальные мысли. Вместо этого выжидательно перевел взгляд на Лантия.

– Будь по-твоему, – с явной неохотой ответил тот. – Я уберу людей.

И потянулся к маленькому серебряному колокольчику, вызывая в кабинет слугу.

Очередная вспышка молнии синим всполохом легла на бледное лицо Рикки. Храмовник не торопился вернуться на свое место, что-то выглядывая за бесконечными потоками дождя. Я встал и подошел к нему. Прищурил глаза, наблюдая, как пузырятся лужи в лиловых сумерках пасмурного вечера.

– Она уже близко, – тихо проговорил Рикки. – Я чувствую ее вожделение. Ее жажду крови и убийства.

– И почему меня это совершенно не радует? – хмыкнул я.

Рикки проигнорировал неприкрытый сарказм, прозвучавший в моих словах. Вместо этого обернулся и спросил, чуть склонив голову набок:

– Шени, ты знаешь, где у драконов слабое место?

– Э-э-э… – опешил я. Кашлянул и неуверенно предположил: – На горле?

– Дани молодая драконица, – продолжил Рикки, словно не услышав меня. – Она не станет превращаться в доме. Побоится расшибиться о стены, еще не четко представляя свои размеры и возможности. О нет, она попытается вытащить Лантия во двор и уже там заняться им. Даже в человеческом облике драконы во много раз превосходят людей по силе и быстроте реакции. Но это твой шанс. Второго не будет. Подлови ее в комнате. Призови силу дармана на помощь. И дерись так, как никогда прежде. Если же Дани все же удастся вырваться во двор и она перекинется, то запомни одну вещь. Никогда не бей дракону в горло. Самое уязвимое место у них – это подбрюшие. Обычно оно защищено мягкими чешуйками, несравнимыми по крепости с броней хвоста, тела или крыльев. Понятно?

– Почему ты мне помогаешь? – поинтересовался я. – Сначала отправляешь на верную смерть, а потом даешь советы? Или это способ успокоить свою совесть?

– Это способ избавить тебя хотя бы от одной клятвы, которыми ты обвешался с ног до головы, – резко ответил Рикки. – Со второй будем разбираться позже.

Я насмешливо фыркнул, но ничего не успел сказать. Рикки поднял палец, призывая меня к молчанию, прильнул к запотевшему стеклу, что-то выглядывая в подступившей темени, и негромко произнес:

– Она идет.

Позади Лантий грузно осел в кресло, случайно смахнув со стола бутылку. По комнате поплыл густой запах алкоголя, который, смешиваясь с моим волнением, вызвал спазм в животе. Я до соленого привкуса во рту закусил губу, пытаясь совладать с волнением. Шени, успокойся! Рано раскисать и молить богов о быстрой безболезненной смерти! В конце концов, ты столько раз смотрел опасности в лицо. Неужели не справишься на этот раз?