Сокровища чистого разума - Вадим Панов

Лекрийский был стар, обходителен, однако глыба его личности ощущалась настолько большой и тяжёлой, что даже от вежливых фраз Рубена по спине пробегали мурашки. И ведь развалина: хорошо слышная одышка, подрагивающие пальцы, с болезненной яростью сжимающие черную трость с набалдашником в виде головы шлёма, редкие волосы, пигментные пятна на коже – но рядом с этой развалиной Руди испытывал если не страх, то весьма сильную нервозность. И особенно его пугали чёрные очки, кажущиеся на мертвенном лице провалами в Свиглу.

– Чтобы не пускать в город войну, нужно быть очень сильным.

– Я такой, – подтвердил Рубен.

– Не сомневаюсь, Ваше превосходительство. – Руди так и не понял, галанит ли в действительности Галанит, но назвал Лекрийского «превосходительством», хотя никогда не обращался с подобной почтительностью к инопланетникам. – Не сомневаюсь.

Губернатор принял Йорчика и Фила не в главном, «парадном», кабинете, а в «личном», рабочем, об этом по дороге предупредил Саймон, и тем продемонстрировал высшую степень уважения. Не показного, а настоящего. И даже навстречу из-за стола вышел, оказывая знаменитому галаниту поистине царские почести. И Йорчик, когда успокоился, подход оценил.

– Я не мог не обратить внимания на прекрасный кабрар, Ваше превосходительство, не только огромный, но и красивый, и я, поверьте, буду много о нём рассказывать. Я действительно поражён.

– Адигены хотят видеть Менсалу в хаосе, – негромко произнёс Рубен, подводя гостей к мягким креслам в дальнем конце кабинета. – А я хочу наглядно продемонстрировать несчастным и обманутым соотечественникам, чего можно добиться благодаря дружбе с великой Галаной. Хочу показать, какой рай могут выстроить правоверные чириты даже посреди хаоса… Чаю?

– С удовольствием.

– Кстати, оставьте официоз. Можете называть меня Рубеном.

– Благодарен за честь. – Йорчик склонил голову. – Рудольф. Но настоящие друзья называют меня Руди.

– Договорились, а теперь – присаживайтесь. – Лекрийский первым опустился в кресло, поёрзал, устраиваясь, после чего продолжил: – Как прошло путешествие?

– Прекрасно, – улыбнулся Руди, наблюдая за тем, как слуга наполняет фарфоровую чашку ароматным чаем. Руди отчаянно хотелось выпить крепкого – требовалось погасить напряжение от пребывания рядом с губернатором, – он даже машинально прикоснулся к карману, в котором лежала плоская фляжка, но, поскольку хозяин не предложил алкоголь, приходилось терпеть. – Я даже видел настоящее сражение.

– Скоротечный бой, – уточнил из соседнего кресла Фил. В присутствии хозяина Собака Лекрийского, а вернее – его пёс, стал совершенно незаметным.

– Поохотился на свободян? – улыбнулся Рубен, не поворачиваясь к контрразведчику.

– Помог прульскому гарнизону отбиться.

– Хорошо. – Старик продолжил буравить Йорчика мёртвым взглядом чёрных линз. Несмотря на просьбу обойтись без официоза и светскую тему, тепла в общении пока не прибавилось. – Мы стараемся поддерживать добрые отношения с соседями. Спокойствие высоко ценится на Менсале.

– Здесь многие вещи в дефиците, – в тон Рубену произнёс галанит.

– Например? – поднял брови губернатор.

– Высококлассные учёные.

– Хотите перейти к делам?

– На мой взгляд, мы достаточно хорошо продемонстрировали уважение, которое испытываем друг к другу, – осторожно и потому медленно ответил Йорчик. – Я оценил уровень встречи и заботы обо мне, вы услышали слова восхищения, и они, клянусь, были искренними. Настало время поговорить о том, ради чего я летел из Шпеева.

– Торопитесь?

– Я восхищён Лекровотском, Рубен, но это не означает, что я в восторге от пребывания на Менсале. Прошу не обижаться, но я хочу покинуть планету как можно скорее.

Йорчик не сомневался, что будет понят правильно, и не ошибся.

– Никаких обид, Руди, мы отдаём себе отчёт в том, на какой пороховой бочке живём, – с лёгкой печалью, скорее всего наигранной, произнёс губернатор. – Сейчас наш мир переживает период относительного затишья, с каждым днём становится спокойнее и безопаснее, но достаточно малейшего повода, чтобы взорвать его к демонам Белой Свиглы. Люди, к сожалению, несовершенны.

– Увы.

Йорчик почему-то припомнил площадь Правосудия. Саймон, если судить по скользнувшей по губам усмешке, – тоже.

– И потому я ни в коем случае не обижаюсь и с пониманием отношусь к вашему желанию скорее разобраться с делами.

– Спасибо.

В действительности же торопливость Руди имела ещё одну причину: он хотел как можно скорее расстаться с самим Рубеном. Во время разговора он даже мысленно сравнил Лекрийского со всемогущими директорами-распорядителями Компании, в присутствии которых также ощущал унизительную слабость, и нашёл их весьма схожими.

– Саймон уже сказал, что речь пойдёт об инженере Холе?

– При всём уважении, Рубен, не услышь я это имя, ни за что не отправился бы в столь опасное путешествие.

– Примерно так я и подумал, – протянул губернатор. И тут же брякнул тяжёлым: – Холь действительно такой умный, как говорят?

– Неужели вы не навели справки? – «удивился» галанит.

Фил едва заметно поморщился, ему не понравился чересчур вольный вопрос, а вот Лекрийский остался спокоен. И даже улыбнулся, тем самым ответив Йорчику. После чего уточнил:

– Отзывы я получил разные. Одни считают Холя провинциальной звездой, другие – гением.

– Алоиза трижды приглашала Академия наук Галаны, – ровно произнёс Йорчик. – Этого факта достаточно, чтобы заткнуть злопыхателей.

– Я знаю, – кивнул губернатор. – И ещё знаю, что Холь никогда не занимался военными исследованиями. Это меня… успокаивает. Ибо свояк инженера – Вениамин Мритский – человек горячий и опрометчивый.

– Олгеменская… – Неприличное окончание короткой фразы получилось тихим и неразборчивым, но в целом Рубен и Руди поняли, что имеет в виду подавший голос одноглазый.

Чай, кстати, оказался не только душистым, но и замечательно вкусным. Йорчик по совету губернатора добавил в него не сахар, а мёд и теперь почти забыл о желании выпить крепкого.

Он сделал маленький глоток, вернул чашку на блюдце и продолжил:

– Дело в том, Ваше превосходительство, что современная наука не делится на сферы: военная, мирная… Любое открытие, даже безобидное на первый взгляд, можно использовать в качестве основы для какого-нибудь средства уничтожения, вопрос лишь в том, достаточная ли будет эффективность? И наоборот: исследования в военных целях приводят к созданию новых алхимических сплавов, которые широко используются в мирной промышленности. Это лишь один из примеров.

– То есть Холь способен изобрести пушку, несмотря на то что сфера его интересов лежит в Пустоте? – уточнил Рубен.