Песнь сирены - Кэт Адамс

Я сидела на веранде бабушкиного дома… нет-нет, погодите, моего — и любовалась закатом. Бабуля по обыкновению устроилась в старом кресле-качалке, а я расположилась на кухонном стуле. Мы потягивали крепчайшую «Маргариту». Наверняка один стакан свалил бы и мула. Вообще-то бабушка не пьет. Но мы праздновали «новоселье», поэтому она решила сама приготовить коктейль.

Сейчас она была непривычно тиха. Хотя что здесь странного? Она любит свой коттедж. Они с дедом переехали сюда сразу после свадьбы.

— Утром я беседовала с твоей мамой, — сообщила бабуля и сделала очередной глоток.

Ее голос прозвучал старчески. Грустно. Правда, в последнее время она всегда такая: ведь судебное дело Ланы практически безнадежно.

— Она готова на сделку. И больше не хочет, чтобы я тратила деньги на ее защиту.

Я изумленно уставилась на бабулю.

— Н-но… зачем ты продала дом? — запинаясь, выдавила я. — Мы могли бы дать задний ход, отменить сделку.

Она покачала головой и ласково похлопала меня по плечу. Впервые она так сделала, когда я спросила насчет свиданий с мальчиками. Ее жест означал: «Ты еще многого не понимаешь, детка».

— Тебе нужно где-то жить, Селия. Ты нуждаешься в стабильности. Мой домик, конечно, не представляет собой ничего особенного, зато он расположен рядом с океаном. Надежное, хорошее место. И безопасное.

— Но… — начала я.

Она меня перебила.

— Селия, я и по двору уже еле ползаю, а в наши дни нигде не сыщешь мальчишек, готовых вырвать сорняки. Раньше ребятишки хотели сами зарабатывать деньги. А теперь только тратят родительские.

Она надумала куда-то уехать? Заболела?

— Я поговорила с женщинами из нашего прихода. Оказывается, на Шерман-роуд есть квартал для пожилых людей. Каждое воскресенье оттуда отправляется автобус до церкви, а раз в неделю — до продуктовых магазинов и почты. И рейсовые маршруты там имеются, так что я буду полностью свободна. И… я не больна, милая.

Она телепат? Или просто хорошо меня знает?

— Бабуля…

— Когда Лана попала в беду, я не хотела покидать родные стены. И я… это прозвучит глупо, но я мечтала, чтобы у нее было убежище, куда бы она могла вернуться в любое время.

От ее слов у меня едва сердце не разорвалось. Глаза заволокло слезами. Бабушка печально улыбнулась.

— А как у тебя с Бруно?

Я принялась смотреть на цветы на клумбах. Тысячи мыслей заметались в моей голове, тысячи эмоций — в душе.

— У нас ничего не получится, — буркнула я.

— Она лгала ему, Селия. И обманывала. Сирена одурманила его. Бруно не виноват. Он думал, что это правильно, благородно.

— Но проблема-то в другом, — выпалила я, осознав, что меня гнетет. — Он со мной не посоветовался. Мы вместе размышляли о будущем, собирались начать все с чистого листа. Когда Ирен заявила ему, что беременна, он отмалчивался. А мы могли поискать варианты. Например, переехать на восток, чтобы Бруно виделся с малышом. Разумеется, Ирен вряд ли бы согласилась на такое, даже если бы ребенок существовал в реальности. Но со мной бы считались. А Бруно бросил меня. Для него все нормально. Но не для меня.

Бабушка вздохнула.

— Как ты страдаешь, детка… А ты хотя бы говорила с Кевином и профессором?

Кевин выжил, и его не упрятали в клетку. Люди, которые нас спасли, были посланы его работодателем, и оборотня отвезли в частную корпоративную клинику.

— Нет. И не собираюсь. Я навещу Эмму. А с Кевином и Уорреном я видеться не желаю.

К счастью, бабушка не стала расспрашивать меня о Криде. Он погрузился в работу. Миллер умер, но Крид сохранил прежнее название фирмы в честь друга-бедолаги. Полагаю, скоро он найдет достойного партнера для своей компании. А после ночи в пустыне он мне ни разу не звонил.

Внезапно заверещал мой мобильник. Я взглянула на дисплей. Алекс — легка на помине.

Я положила телефон на перила веранды и отхлебнула текилы с лаймом. Перенесу все на завтра. Сейчас у меня нет сил.

Сработал автоответчик.

Бабуля вновь глубоко вздохнула.

— Детка, смирись с тем, что люди не идеальны. Они совершают ошибки. Но их следует прощать. И себя тоже. Возможно, это и есть самое главное.

— Но я столько… натворила.

Я не все выложила бабуле. Во-первых, зачем ее нагружать? Кроме того, меня мучила совесть. Мы с Эйреной буквально свели тех мужчин с ума. А я не навела справки о них. Боялась узнать правду. Я не трусиха, но здесь я столкнулась с настоящим кошмаром. А единственным источником информации был Кевин. Между прочим, о происшествии не обмолвились в новостях. Зловещий знак. И полиция будто в рот воды набрала.