Обреченные королевства - Морган Родес

— Я все еще зол на тебя за то, что удрала из дворца и в итоге чуть не погибла. Тебе надо как можно быстрее убираться отсюда.

— Но мой поиск, — сказала Клео. — Я еще не добилась ответов. И нигде не смогу этого сделать, кроме как здесь!

— Поиски подождут.

Клео снова ощутила в горле комок.

— Нет времени ждать!

Теон опять уставился в землю, потом поднял взгляд:

— Нам нельзя здесь оставаться. Хотя бы это ты понимаешь?

Сердце Клео колотилось так, словно собиралось выпрыгнуть из груди. Истинная причина, приведшая ее в Пелсию, не шла у нее из головы. Но и правота телохранителя не подлежала сомнению. Если Ораносу собирались объявить войну, Пелсия уж точно была неподходящим местом для оранийской принцессы.

— Вот бы найти какой-то выход… — охрипшим голосом выговорила она.

— Повремени хотя бы неделю, — сказал Теон. — После этого я сам отправлюсь сюда. И лично удостоверюсь, насколько правдива легенда, в которую ты так веришь. Позволь мне сделать это ради тебя!

Клео благодарно посмотрела на него и кивнула:

— Спасибо тебе.

— А еще, когда я вновь приеду сюда, разыщу этого Йонаса Агеллона, — сказал Теон, и лицо его угрожающе помрачнело. — Он кровью заплатит за все, что натворил.

Мысль о кровавом насилии заставила Клео содрогнуться.

— Он винит меня в том, что Эрон сделал с его братом. Все время носит при себе кинжал Эрона…

Теон пристально посмотрел на нее:

— Он угрожал тебе этим кинжалом?

Клео кивнула. И поспешно отвела взгляд, чтобы Теон не увидел, как ее глаза вспыхнули яростью.

— Если я его разыщу, — сказал Теон, — ему больше не придется беспокоиться насчет мести за брата, кого бы он в ней ни винил. Они будут вместе в загробной жизни, тем все и кончится.

— Он оплакивает Томаса. Это, конечно, не оправдывает его действий, но позволяет понять их причину…

— Не согласен.

Клео не сдержала улыбки.

— Что такое? — опасливо спросил Теон.

— Мы с тобой не согласны по очень многим вопросам, правда?

Теон сжал ее руку:

— Кое в чем все-таки сходимся.

Принцесса улыбнулась уже по-настоящему:

— Кое в чем…

Обняла его за шею и поцеловала в губы — сперва нежно, потом страстно.

В этот момент ей твердо верилось, что все будет хорошо. Теон отвезет ее домой и вскоре вернется сюда и, конечно же, куда легче справится с поиском, в котором не преуспела она. А сама она по приезде домой предстанет перед разгневанным королем Корвином. Когда отец поостынет после ее побега, объяснит ему, как обстоит дело: она влюбилась в охранника, и если король желает своей младшей дочери счастья — а он, конечно, желает, как же иначе! — то пусть признает за Теоном право быть ее поклонником. Собственно, а что тут такого? Теона вполне можно посвятить в рыцари и дать ему положение при дворе, при котором он мог бы ухаживать за младшей принцессой, не вызывая пересудов. Благодарение судьбе, она не старшая дочь и не наследница трона!

Позади раздался стук копыт, и Теон тотчас напрягся, выпустив Клео из объятий. К ним приблизились трое конных. Всадники объехали их, отрезая дорогу к деревне.

— Вот, значит, вы где, — сказал тот, что ехал посередине. Выглядел он лет на восемнадцать, самое большее — на девятнадцать. Темноглазый и темноволосый, он был облачен сплошь в черное. Его спутники носили форму, которую Клео тотчас опознала как лимерийскую.

— Вы к кому обращаетесь? — чопорно поинтересовалась она.

— Вы ведь принцесса Клейона Беллос, — глядя на нее с довольно-таки скучающим видом, сказал юноша в черном. — Я угадал?

Рука Теона, лежавшая у нее на талии, напряглась, и Клео истолковала это как знак, что ей не следовало отвечать на вопрос.

— А кто спрашивает? — подал голос телохранитель.

— Я — Магнус Лукас Дамора, принц Лимерийский. Личная встреча с принцессой — честь для меня. Рад видеть, что слухи о ее красоте нисколько не преувеличены.

Клео в полном изумлении смотрела на него снизу вверх. Принц Магнус!.. Конечно же, она о нем премного наслышана. И кстати, это не первая их личная встреча. Ей было лет пять или шесть, когда он с родителями посещал оранийский дворец. Ее взгляд остановился на щеке принца, которую от угла рта до уха рассекал шрам. Его вид пробудил воспоминание, дремавшее с тех самых времен.

Плачущий мальчик с окровавленной щекой. Кровь течет с его лица, марая драгоценный ковер. Мать мальчика, лимерийская королева, протягивает сыну полотняный платок: «Приложи к лицу». И это вместо того, чтобы упасть рядом на колени и прижать малыша к сердцу. Отец-король тоже здесь, и он недовольно ворчит на сынишку, требуя, чтобы тот прекратил «распускать нюни».

Между тем мальчик вовсе не выглядел неженкой, готовым горько реветь из-за каждой царапины. Когда он посмотрел на Клео, это был холодный, изучающий взгляд: ее словно ткнули ледяной сосулькой. Кому-то принц Магнус показался бы очень красивым, но только не Клео. В нем ощущалось нечто жестокое и неприятное, отчего ей сразу стало очень не по себе…

Но Клео была дочерью короля и давно привыкла общаться с самыми разными людьми, в том числе и весьма несимпатичными.

— Душевно рада случаю возобновить наше знакомство, принц Магнус, — спокойно и вежливо проговорила она. — Надеюсь вскоре встретиться с вами снова. Мы направляемся вон в ту деревню, чтобы забрать оттуда своего друга и вместе вернуться в Оранос.

— Весьма польщен, — ответил Магнус. — Не представите ли мне вашего спутника, что стоит подле вас?

— Это Теон Ранус, дворцовый охранник, сопровождающий меня в Пелсии.

— И что же вы, если позволено будет спросить, делаете в Пелсии?

— Любуемся пейзажами, — улыбнулась Клео. — Я люблю исследовать места, где еще не бывала.

— Славное увлечение. — Конь принца стоял неподвижно, и взгляд седока не покидал лица Клео. — Однако вы лжете. Мне сообщили, что вас содержат в запертом хлеву неподалеку отсюда. Я нашел там выломанную дверь и троих караульщиков, валяющихся оглушенными, с синяками на висках. Поиски нужного места заняли у меня чуть больше времени, чем я рассчитывал. Видите ли, я не очень хорошо знаю Пелсию. В отличие от вас, не путешествую с целью полюбоваться пейзажами. — Он с явным неодобрением огляделся кругом. — Честно говоря, я хотел бы покинуть эти места как можно скорей.

— Не то чтобы мы вас задерживали… — тихо проговорил Теон.

Магнус пристально глянул на него с высоты седла и ничего не сказал, лишь холодно, по-змеиному улыбнулся. Потом снова уставился на Клео таким пустым, лишенным каких-либо чувств взглядом, что отнял у нее способность двигаться.