Защитник - Александр Лидин

Люди едут, люди едут за деньгами.

За туманом и за запахом тайги.

Ю. Кукин

Несколько хлопков по карманам, и я убедился, что все на месте. И оружие и кое-что из колдовского арсенала. Фатя и Викториан уже убыли, а посему, не найдя никакой причины для задержки, я тяжело вздохнул, кивнул Тоготу и, понурив голову, шагнул в пентаграмму. По ту сторону нас должен ждать местный проводник, который будет сопровождать к месту хранения ключа. Хотя, если говорить честно, все это мне не нравилось. А может, виной тому какое-то странное внутреннее предчувствие? Нельзя же вот так, изо дня в день, использовать магию, тем более для перемещений. С одной стороны, заклятие понадежнее бронежилета будет, а с другой… Достаточно что-то где-то по мелочи напутать, и последствия могут оказаться совершенно непредсказуемыми. Есть такая наука — математическая статистика отказа. Так вот, согласно этой алгебраической галиматье, чем больше ты пользуешься заклятиями, тем больше вероятность ошибиться при произнесении какой-нибудь колдовской формулы тем более, что все они составлены на древних, ныне мертвых языках. И это вам не какой-нибудь там греческий или латынь, эти языки много древнее человека и предназначены не для человеческих существ, а посему многие звуки человек воспроизводит с трудом…

Я пытался разогнать все эти пессимистические мысли, но куда там. И хотя настрой у меня должен был быть самым боевым, мир казался серым, а на душе скребли кошки. Я нутром чувствовал, вот-вот должно что-то случиться, что-то очень нехорошее.

— Кис, ты скис! — ухмыльнулся Тогот.

— Пошел ты…

— Ну-ка, Артурчик, взбодрись! Нельзя отправляться…

Но я и слушать не стал. Крепко смежил веки, сжал зубы и, словно в омут, шагнул в транспортную пентаграмму. И сразу понял — попал. Предчувствия меня не обманули. То самое «плохое», что могло случиться, случилось, и именно сейчас, здесь и со мной. Я застрял. Застрял в сером «нигде» и «никогда».

Неприятное ощущение. Кажется, будто висишь в пустоте и не можешь двинуться ни вправо, ни влево. А перед глазами бездонная серая муть.

И первое, что, естественно, я вспомнил, так это одну легенду. Помню, впервые прочитал ее в одном из старых фолиантов Тогота, и то случайно. Покемон дал мне «домашнее задание», а сам отбыл. Ну а я, как обычно, перепутал страницы, и вместо приложения к применению какого-то там заклятия прочитал одну легенду. В ней говорилось, что те, кто застрял в нигде, не могут умереть, потому что «нигде» — это одновременно «никогда». Несчастные обречены целую вечность дрейфовать в нигде, постепенно высыхая, теряя разум, превращаясь в ужасных, иссушенных тварей. Вот так они дрейфуют в «нигде», готовые разорвать на клочки любого, кто попытается проскочить мимо, пока их не прибивает к Острову, составленному из обломков вещей, дрейфующих в «нигде». Этот остров заселен такими же, как они, озлобленными тварями, а может, еще более злыми, потому что никто в мире не знает, что таится на этом острове, потому что оттуда никто никогда еще не возвращался… Вот куда бы не хотел попасть. Однако в данный момент меня больше интересовали перспективы многодневного, а то и многолетнего дрейфа в «нигде».

— И что теперь? — ментально поинтересовался я у Тогота, не слишком рассчитывая на ответ. Но мой зеленокожий друг отозвался сразу, словно ждал моего вызова.

— Отыщи Кельми, я же тебе говорил. Он должен быть где-то рядом…

— Ты чего тупого включаешь? Разуй глаза! Я застрял! — Ох, как я тогда рассердился. То, понимаешь ли, мой покемон вперед знает, что вокруг меня происходит, то прикидывается полным ботаником. Особенно в те моменты, когда требуется его помощь.

— Ты хамить-то не хами. Я думал, ты просто глаза закрыл. Вокруг все такое серое.

Я поднял руку и поднес ее к глазам.

— Теперь видишь разницу?

Тогот печально вздохнул.

— Да. Уж и не знаю…

— Послушай, ты, чмо зеленое, сейчас не время для этих идиотских… — тут я задохнулся, не в силах подобрать нужное слово. — Там уже Викториан, Фатя, Иваныч, а я тут…

— Да понял я, понял, — теперь в голосе Тогота слышались странные нотки. — Кстати, за «чмо» ответишь, — это он произнес своим обычным «милым голоском», а потом вновь «заговорил» серьезно: — Нет, я, конечно, могу попытаться тебя вытащить.

Слово «попытаться» мне не понравилось.

— А если попытка не удастся?

— Придется пораскинуть мозгами.

— Послушай, думаю, тебе стоит пораскинуть ими прямо сейчас, иначе, когда я вернусь, займусь этим собственноручно.

Какое-то время Тогот молчал. Нет, мои угрозы вряд ли на него подействовали, скорее всего, он и в самом деле пытался придумать, как все это провернуть.

— Спите мирно, жители Багдада… — начал было я монотонным голосом, но Тогот меня остановил.

— Хватит нести пургу. Я сейчас отправлю аморфа. Если ты не сбился с пути, то он должен будет миновать непосредственно ту же точку в «нигде», что и ты. Может, удастся тебя выбить.

— А может…

— Хватит болтать. Лучше приготовься, сконцентрируйся.