Призраки в Сети - Чарльз де Линт

— Вам лучше сесть куда-нибудь, — сказала им Эсти. — Это может затянуться надолго.

Аарон кивнул. Эсти еще не успела отвернуться от них, как Сюзи спросила:

— А вы не чувствуете… вы не нервничаете?

Эсти удивленно взглянула на нее:

— А почему я должна нервничать?

— Не знаю. Просто что-то такое в воздухе. Я почувствовала это сразу же, как только мы вошли в комнату.

— Да, я тоже, — призналась Эсти. — Думаю, это что-то… остаточное. Не знаю. Вибрация, должно быть. После того, что здесь произошло.

Сюзи с сомнением кивнула.

— Эсти!

Она перевела взгляд с Сюзи на Типа. Он держал в руке конец телефонного провода.

— Что это? — спросила она.

— Телефонный провод идет к модему. Я отсоединил его.

— Ну?..

— А модем все равно работает.

Эсти наклонилась и убедилась в том, что он прав. Зеленый огонек на модеме по-прежнему пульсировал. Она протянула руку к кабелю, соединяющему модем с фильтром, но Тип остановил ее.

— Погоди! — сказал он. — Не уверен, что тебе стоит подключаться к системе Джексона, пока она все еще онлайн, особенно если учесть, что она вообще не может быть сейчас подключена.

Эсти кивнула:

— Думаешь, это «Вордвуд»?

— А что же еще?

— Ну что ж, мы ведь хотели поговорить с ним. Это шанс.

— Не уверен, что это хорошая идея.

Эсти улыбнулась, стараясь продемонстрировать уверенность в себе, которой она на самом деле не испытывала. Может быть, она слишком упряма. Конечно, она вполне понимала и отчасти разделяла беспокойство Типа, но это действительно была возможность пообщаться с духом «Вордвуда». И упустить ее она не могла.

Она взяла кабель от своего ноутбука, воткнула его в розетку и выпрямилась.

— Есть только один способ все выяснить, — сказала она и повернулась к своему ноутбуку.

Кристи

Теперь, когда мы уже практически готовы идти, Рауль, кажется, колеблется. Я его понимаю. Это тебе не в метро проехаться.

Мы в подвале магазинчика Холли. Рюкзаки собраны. На нас больше одежды, чем мы обычно надеваем в такую жару: толстые носки, джинсы, футболки, фланелевые рубашки, куртки, бейсбольные кепки. Я бы ограничился шортами, майкой и сандалиями. Но Роберт намекнул, что там, куда мы направляемся, вовсе не обязательно будет такая же августовская жара, как здесь.

При этом ни он, ни Боджо не переоделись. У Боджо, правда, появилась кожаная сумка через плечо, через нее была перекинута куртка. Роберт остался в своем костюме и лихо заломленной мягкой шляпе. В руках ничего, кроме гитары в чехле.

— Не знаю, — говорит мне Рауль, — что-то я нервничаю.

— Я тоже.

Я говорю это не только для того, чтобы подбодрить его. У меня у самого мурашки по спине бегали, пока мы с Джорди ехали из дому. Пришлось припарковаться за несколько кварталов от магазина — в это время дня трудно найти место для стоянки. И даже пока мы шагали по жаре за сорок градусов до магазина, меня начинала бить дрожь при мысли о предстоящем путешествии.

— Ты когда-нибудь бывал там раньше? — спрашивает Рауль.

Я качаю головой.

— Но нас поведут те, кто там бывал, — говорю я, взглянув в сторону Роберта, который тем временем кладет гитару на пол.

— На меня не смотрите, — говорит Роберт. — Да, я пересекал границы раз или два, но предпочитаю держаться подальше от Мира Духов.

— Не высовываться, — улыбается Боджо.

Роберт отвечает ему мгновенной ослепительной улыбкой:

— Хочется остаться в живых.

Я чувствую, как напружинивается Рауль. Роберт, видимо, тоже это замечает.

— Не волнуйтесь, — говорит он нам. — С вами все будет в порядке. На вас никто не охотится.

Другие пришли нас проводить: Холли со Сниппет на руках, Дик и Джорди. Вид у всех довольно несчастный. Когда Роберт расчехляет своего Гибсона, Холли нервно поправляет очки на переносице.

— Вам нужна музыка для перехода? — спрашивает она.

— Это не обязательно должна быть музыка, — говорит Роберт. Он настраивает гитару. — Просто нужно сосредоточиться.

Холли переводит взгляд на жестянщика:

— Но я думала, Боджо может просто входить и выходить, когда захочет.

— Могу, — подтверждает Боджо, — но только туда, где я бывал раньше. Если же место мне незнакомо, то приходится делать то же, что и всем. Идти на своих двоих или пользоваться каким-нибудь другим транспортом.

— Вот когда пригождается музыка, — объясняет Роберт. — Музыка способна перенести вас туда, где вы никогда не были. Думаю, что любое искусство на это способно, если вы, конечно, достигли определенного уровня мастерства. У меня есть некоторое представление о духе, которого мы ищем, основанное на тех следах, которые он оставил в вашем магазине. И сейчас я собираюсь выслать музыку вперед, чтобы она нашла то место, где дух скрывается.

— Это звучит слишком просто.

Роберт улыбается:

— Мир вообще довольно прост. Это мы усложняем его.

Я вижу, что Холли хочет еще что-то спросить, но Роберт уже начинает играть на своей гитаре медленный блюз в минорном ключе, и говорить никому больше не хочется. Мы пойманы, загипнотизированы. И для этого потребовалось лишь две струны и несколько нот. Конечно, я в этом разбираюсь хуже, чем Джорди, но, кажется, и я понимаю, что это уже какая-то другая музыка.

Роберт что-то напевает. Это даже не мелодия, а тихое, несколько ворчливое подвывание гитаре, как будто фрагмент разговора, понятного лишь музыканту и его инструменту. Но пусть я и не могу понять смысл — я чувствую: что-то меняется.

Вот мы в нижнем этаже магазинчика Холли. Старый электрокамин стоит в углу, как медведь, который, забравшись на зиму в берлогу, ждет — вдруг еще пригодится. Шкафы от пола до потолка, должно быть полные книг и журналов. Белые бирки с черными надписями: «Нэшнл Джиогр.», «Сай. Амер.», «Хисторикал» — до шестидесятых.

В другом углу — высокая стопка картонных коробок. Под лестницей — совки для уборки снега, грабли, лыжи, велосипед с проколотой камерой и другие предметы, не так легко поддающиеся определению. У стены рядом с лестницей — стол с подвешенными над ним инструментами. Его рабочая поверхность занята предметами, необходимыми для упаковки книг, — еще коробки, конверты, клейкая лента, лейблы с адресами и тому подобное.

Четверо из нас, которые должны отправиться в путешествие, — посредине комнаты, на открытом пространстве. Дик и Холли сидят на ступеньках лестницы. Холли удерживает Сниппет, зажав ее между коленями. Джорди облокотился о рабочий стол.