Княжья доля - Валерий Елманов

С другой стороны, может быть, речь идет о знании истории? Тут он, конечно, эрудирован в достаточной степени. Хоть и слабенький, но плюс. К тому же, рассказывая о себе Алексею Владимировичу, он ничего не приукрасил, и тем не менее тот сделал ему предложение. Стало быть, Костя при всем своем неумении мог пригодиться в этом загадочном эксперименте, хотя стоп. Ведь он же ничего о нем не знает.

Поерзав в нерешительности на своей полке и попутно прихлопнув назойливого комара, Константин неуверенно обратился к Алексею Владимировичу:

– А могу я задать хотя бы несколько вопросов? Ну, например, зачем понадобился вам этот эксперимент, тем более с посторонним участием?

– Ну что ж, попробую объяснить популярным языком. В вашей Библии почти везде указывается на вражду Бога и дьявола. Две эдакие главные противоборствующие силы. И они, невзирая на отчаянное сражение между собой, в какой-то мере одинаково сильны. Окончательной победы ни у кого нет, в этой схватке установлено равновесие. Пусть шаткое, неустойчивое, но оно имеется. Но вот как раз сейчас этому равновесию грозит гибель, ибо дьявол очень сильно нажал на свой конец доски.

– То есть я должен помочь надавить на другой конец? – уточнил Костя.

– Не совсем так, – мягко улыбнулся Алексей Владимирович. – Надавит тот, кто будет проводить над тобой эксперимент. Правда, только в том случае, если сочтет нужным.

– А тот, кто надавит, – Бог?

– Бог занят тем, что противоборствует дьяволу, а надавят Высшие Силы. Именно по их законам идет сражение, и нарушать правила никто не может.

– И почему эти силы обязательно будут помогать Богу?

– Вовсе нет. Я ведь сказал, – терпеливо пояснил Алексей Владимирович, – что все будет зависеть от результатов эксперимента. Исходя из него Силы сделают вывод о том, нарушил ли дьявол кое-какие правила по отношению к жителям вашей планеты или нет.

– И что это за правила?

– Никому из нас нельзя вмешиваться в процесс развития разумной жизни, где бы она ни возникла. И никто не имеет права влиять на любое разумное существо, дабы заставить его действовать в свою пользу.

– А дьявол влиял?

– Формально – нет. Но зато его посланцы целеустремленно и методично на протяжении тысячелетий истребляли все ростки чистого и доброго, которые могли бы дать хорошие светлые всходы для всего человечества. Да, они действительно никак не влияли на людей, но, уничтожая добрых и мудрых, они создавали самые благоприятные условия для усиления ненависти, разрушения и насилия. Как человек старательно пропалывает свои грядки на огороде, очищая их от сорняков, так и дьявол занимался тем же, оставляя на выкорчеванной земле только угодное ему самому – злобное и разрушительное. Я видел все это. – Алексей Владимирович закрыл глаза и нараспев продолжил: – И уходили в небытие святые, но плодились в изобилии грешники. И уже редко кто каялся, свершив черное и собираясь сотворить его вновь и вновь. А сильные мира сего даже добро творили исключительно из необходимости и корысти, ища и в нем некую выгоду для себя. И тьма все прочнее вселялась в людские души, и таял теплый свет надежды и веры в добро, рассыпаясь на печально гаснущие во мгле искорки.

Тут он открыл глаза, печально улыбнулся и уже обычным голосом заговорил дальше:

– Это все была история. А ныне Бог решил прибегнуть к последнему средству, которое допускалось в этом великом противостоянии. Он обратился к Силам с апелляцией на то, что дьявол в борьбе за планету превысил дозволенное, нарушив пусть не саму букву законов этих Сил, но их дух. Он не просил о помощи, ибо Силы никогда и никому не помогали. Он просил о восстановлении справедливости. Риск очень велик. Если Силы решат, что никакого нарушения не было, то планета полностью перейдет во власть дьявола. Зато если решение Сил окажется в пользу Бога, то дьявол будет обязан раз и навсегда отступиться от планеты. В карточной игре такое называется ва-банк.

Алексей Владимирович сокрушенно вздохнул:

– Никто не ожидал, что перед принятием своего решения Силы пожелают провести эксперимент, да еще с участием людей. Но сейчас у нас безвыходное положение, и поворачивать вспять нельзя, да и поздно.

И единственное право, которое у нас осталось, – самим сдать карты, то есть выбрать этого человека, причем соблюдая множественные ограничения. Даже сам процесс подбора кандидата поставлен в жесткие временные рамки. И еще одно требование обязательно к выполнению: добровольное согласие самого участника. Что за эксперимент, для чего он нужен, какую роль в нем будет играть человек – ни на один вопрос ответа я не знаю. Об этом ведают лишь сами Силы. Предполагать, конечно, можно многое, включая самое невероятное и вроде бы совершенно невозможное, например те же эксперименты со временем, погружение избранного кандидата в неведомое прошлое или необозримое будущее. Или, скажем, перенос участника эксперимента в иные миры, причем с внедрением его разума в тело коренного обитателя данной планеты или звезды. Словом, вариантов, в какие условия поставят этого человека и какие задачи ему придется решать, – масса, а вот точного знания – увы, нет. Но беспристрастность этих Высших Сил гарантируется.

– А оспорить?..

– Такого не бывает. Мы, узнав конечный результат, лишь уповаем на высшую справедливость. С нею можно смириться, но ее нельзя оспорить. Одним словом, если прозвучит «да», то Они нажмут на наш конец качелей. Если же «нет», то все останется как есть.

– Тогда мы, люди, ничего не теряем? – не понял Константин. – Зачем же эксперимент?

– Видите ли, – собеседник замялся, но потом решился: – В этом мире вашей планете осталось существовать самое большее два-три десятка лет, а дальше грядет гибель всего живого в результате ядерной катастрофы. Более того – Земля расколется, и несколько обломков врежутся в Солнце.

– А избежать этого можно?

– Только при успешном завершении эксперимента.

– Но зачем же это дьяволу? Ведь ему нужны души людей, а не пепелище?

– Дьявол – это для простоты объяснения, исходя из ваших священных книг. Можно назвать их и более современно: Космос и Хаос. Последнему, как ты понимаешь, души не нужны. Ему нужно совсем другое. Образно говоря, то, чем он себя и называет.

– И что я должен сделать?

– Принять участие в эксперименте.

– Но в чем же конкретно он заключается? А какие у меня обязанности в нем – и вовсе неясно. Что мне нужно делать и как себя вести?

Алексей Владимирович беспомощно развел руками:

– Если бы мы знали, то хотя бы подыскали наиболее идеальный вариант человека. А так...

– А так подвернулся я, – слегка обиделся Костя. Хмуро уставившись в окно, он обиженно хмыкнул: – Третий сорт – не брак.

– Ну, зачем же так о себе, – пожурил его собеседник. – Вы-то как раз вариант весьма приличный. У вас есть очень много достоинств: доброта, ум, чувство прекрасного, гуманизм, любовь к родине, уважение к другим людям, широкий кругозор, неплохие знания... Дальше перечислять?