Трон императора - Александр Мазин

– Потрапезничаем! – с чувством произнес Хар-Руд.

И, слуге:

– Что лыбишься? Пошел вон!

Кэра не потребовалось приглашать дважды. И набросился на еду он с такой скоростью, что Хар-Руд усмехнулся. Еще помощник Управителя заметил: юноша ест не руками, как это принято у простонародья Карнагрии, а пользуясь двумя ножами, как самериец или кушога.

Когда первый голод был утолен, Хар-Руд подлил Кэру вина и сказал:

– А теперь, парень, выкладывай, как ты угодил к законнику! С самого начала, парень!

– Мой наставник привез меня сюда! – сказал юноша, проглотив очередной кусок дымящегося пряного мяса, и запил вином из чаши.– Наставник сказал: тот не жил, кто не видел Града Чудес!

– Неглупая мысль!

Юноша пожал плечами:

– Говорят, был еще какой-то обет. Мой наставник привел меня в этот город, чтобы его исполнить.

– Что ж за обет? – спросил Хар-Руд.

– Не знаю,– с полным безразличием ответил юноша.– Наставник сказал, что я должен быть в Великондаре в условленный день, вот и все.

– И где же теперь твой наставник? – спросил помощник Управителя.– Почему он не проследил за тобой?

– Его убили.

Сказано было так, словно речь шла о кувшине вина.

– Вот как? Похоже, тебя это не огорчает?

– Он умер достойно! – Лицо юноши на миг потемнело: из-под маски выглянул человек.– Он умер сражаясь! – с ожесточением.– Чего ж еще?

– Еще,– сказал Хар-Руд,– можно победить! Ты бился вместе с ним?

– Нет! – Губы Кэра сжались.– Меня не было там. Но я сражался бы, если б он мне позволил!

– То есть как – если бы позволил?

– Я еще не закончил учения. Дома я еще не начал изучать мастерство боя – время не подошло. А в пути этого делать не положено.

– Допустим,– кивнул Хар-Руд, мысленно откладывая на потом целый ворох вопросов.– А где же ты все-таки был?

– Одна девушка пригласила меня! – Кэр приложился к чаше и разом проглотил ее содержимое.

Он пил вино, как воду.

– Одна девушка… Наставник сказал: теперь, когда он привез меня в Великондар, главное сделано. И напоследок он хочет сделать мне подарок. Наставник дал девушке денег, а мне сказал: иди с ней и делай, что она велит!

– И как? – заинтересовался Хар-Руд.

– О! – Лицо юноши расплылось в улыбке.– Я бы не прочь снова найти эту девушку! Скажи, обязательно давать ей деньги? А то у меня – нет…

– Скажу тебе, парень,– в свою очередь улыбнулся Хар-Руд,– совсем не обязательно искать ту девушку! Покажи себя воином, и мигом найдутся другие.

«Покарай меня Ашшур, если я не прав! У него такое лицо, что девки сами будут вешаться ему на шею».

– Так что же все-таки произошло с твоим наставником? – спросил Хар-Руд.

– Его убили воины в красных доспехах!

– Откуда ты знаешь?

– Когда я вернулся, мне сказала об этом женщина, что торговала лепешками. Она сказала: наставник не поклонился им. Она сказала: надо было поклониться. Но мой наставник – он никому не кланялся! Воин клана Мечей никому не кланяется!

Кэр опорожнил еще одну чашу и потянулся к кувшину.

– Их было трое,– сказал он.– Их было трое, и они бились с наставником. И убили его в конце концов. Значит,– заключил он,– они были хорошие воины!

– Не сомневаюсь! – сказал Хар-Руд.– Скажи, а ты не хотел бы им… отомстить?

– Отомстить? За что? Они – хорошие воины. Наставник… Его смерть была хороша! Я и сам, да, не прочь так умереть!

– Допустим,– проговорил помощник Управителя.

За всем, что говорил этот юноша, чувствовалась традиция.

И Хар-Руд, чья выучка проходила на палубе пиратского корабля и в основном сводилась к пинкам и зуботычинам, ему позавидовал. Все, что знал и умел помощник Управителя, было вылущено им самим из сотен схваток и смертей, которые он видел в горах, на море и здесь, на Гладиаторском Дворе.

– Продолжай! – приказал он.– Что случилось дальше?

– Дальше? Я проголодался! И увидел место, где люди брали еду. Я пошел туда и тоже взял.

– У тебя не было денег? – догадался Хар-Руд.

– Конечно. Деньги были у наставника. И пропали вместе с ним! Вместе с его телом! – поправился юноша.– Но неужели из-за нескольких кусочков металла я должен умирать от голода?

Хар-Руд был восхищен.

– Однако,– заметил он,– здесь, в Великондаре, за воровство отрубают руку. Ты знал?

– Нет. Но, если бы и знал, все равно взял бы еду! Только не стал бы дожидаться, пока меня схватят!

Он поднял кувшин, потряс его: вина осталось немного.

– Человек, тот, что раздавал еду, подошел ко мне. Но я не стал с ним разговаривать! Потом пришел воин. Воин достал меч и сказал, что убьет меня. Хотя он мог видеть, что я еще не ношу меча!

– Здесь большинство не носит меча! – сказал Хар-Руд.

– Да, теперь я знаю. У нас без оружия ходят только женщины и пленники. И те, кто еще не обучен мастерству. Тот воин видел: у меня нет меча, и все равно заявил, что убьет меня. Я же сказал ему: я – сын вождя клана! А он оскорбил моего отца!

Кэр покачал головой.

– Разве такое достойно воина?

– Зато вполне достойно стражника! – усмехнулся Хар-Руд.– Что ты сделал потом?

– О! Он размахивал мечом прямо перед моим носом! Я отнял меч и воткнул ему в живот!

Кэр расхохотался.

– Знаешь, это было легче, чем заколоть свинью!

И, схватив чашу, поднес ко рту.

Хар-Руд слышал, как громко булькает вино у него в горле.

«Насыщенный денек у парнишки! – подумал он.– Сначала он стал мужчиной, потом – убийцей. И едва не стал трупом. Вдобавок смотрел в глаза царя Карнагрии, а чуть позже заимел рабское клеймо на плечо!»

– Сколько тебе лет, Кэр? – спросил помощник Управителя.

– Говорят, мне было два, когда меня принесли в дом моего отца! – Язык юноши заметно отяжелел.– И в этом году я встретил двенадцатую весну в его доме!

«Четырнадцать!» – довершил несложную операцию Хар-Руд.

То, что паренек оказался в доме отца только в два года, его не удивило. У дикарей, варваров, да и в самих Четырех Империях тысячи обычаев!

– Ты так и не сказал, как называют твою страну,– произнес Хар-Руд.

– Самери! – Юноша выплеснул последние капли из кувшина и отправил себе в рот.– Какое хорошее у тебя вино, Хар-Руд! Дома я пил только пиво! Ох, устал! Ты не против, если я немного посплю?