Забудь мое имя! - Анна Гринь

– Тамалис тут ни при чем, мой господин, – вздохнул Гай и присел в свободное кресло у стола.

Секретарь недовольно поджал губы, но ничего не сказал.

– Татанель, можешь идти, – отпустил Амадеус и продолжил, обращаясь к Гайлеону: – Так что случилось, из-за чего Бес вздумал поменять ландшафт родного царства?

– Из-за какой-то малышки, встреченной им на празднике, – вздохнул Гай. – Кажется, она исчезла из его постели, даже не поблагодарив за развлечение. Вот он и обозлился.

Амадеус рассмеялся:

– Ну, теперь хвалебных речей он и не дождется. Все же знают, что в Зимнюю Ночь никто никому ничем не обязан. Позови его. Пусть прекращает буянить.

Гай встал, поклонился и пропал. Но через минуту опять возник, и не один. Новый посетитель возвышался почти на три метра, заслоняя собой полкомнаты. Его черная кожа матово блестела, в глазах плясал красный огонь.

– Бес, прекрати! – беззлобно велел Амадеус. – И прими свой нормальный облик.

Великан зарычал, обнажив длинные острые клыки.

– Бес! – Амадеус привстал, нависая над столом. Его лицо потемнело, покрываясь длинными синими шипами. Обнажив очень внушительные двойные клыки, мужчина грозно и предупреждающе гаркнул: – Бестелион!

Гай отшатнулся в сторону, стараясь слиться с книжными полками, наблюдая за происходящим. Пару минут Бестелион и Амадеус сверлили друг друга злыми взглядами, но затем первый сдался, отступил, на глазах уменьшаясь в росте. Склонив голову, он прошептал:

– Отец…

– Так-то лучше, – хмыкнул пожилой мужчина, садясь. – Сам знаешь, что со мной играть в эти игры бесполезно. Ты не наследник, за дерзость я могу тебя выгнать из царства.

– Прости, отец, – пристыженно прошептал Бестелион, приняв человеческий облик. Внешне он казался на пару лет моложе Гая, чуть ниже и тоньше.

– Что произошло? – спросил Амадеус и усмехнулся. – Очередной малышке не понравились твои зубки?

– Или она сбежала до того, как ты успел их продемонстрировать? – подлил масла в огонь Гай.

– Зимняя Ночь свела меня с особой неизвестного происхождения, – тихо ответил Бес. – Да еще и девственницей, ко всему прочему.

Амадеус пожал плечами:

– И что в этом такого?

– Кажется, она… не из нашего царства, – осторожно ответил Бестелион, следя за реакцией Амадеуса.

– Что? – первым отреагировал Гайлеон. – Бес, да ты сдурел! Ты о чем думал?!

– Откуда девчонка, Бес? – Гайлеон вцепился парню в плечо.

– Не знаю, – покачал головой Бестелион.

– Она может быть одной из элл Верхнего царства? – уточнил Амадеус, прикидывая в уме последствия.

– Она может быть даже человеком! – возмутился Гайлеон.

– Людей мы не звали, – сказал Амадеус. – Как ее имя?

– Елена.

– Елена? – удивился Гай. – Она назвала свое имя? Может быть, соврала?..

– Не знаю, – вздохнул Бестелион.

– Бес, я надеюсь, что ты не связался с кем-то из элл, – тихо прошипел Амадеус. – Праздник праздником, но дело обернется крупными неприятностями, если девчонка из Верхнего царства. И не только для тебя. Ладно, это была бы Тамалис, Атардион не стал бы поднимать шум, ведь его дочь прибыла по приглашению. Вот только элла привела с собой целую свиту. Но, если все так, как ты говоришь… Гай, нужно узнать, откуда эта Елена. Если будет нужно, переверни все три царства! Бес, тебя это тоже касается!

– Хорошо бы, чтобы она оказалась если не из наших, то хотя бы человеком, – заметил Гай.

– Это еще хуже! – воскликнул Амадеус. – И ты знаешь, почему.

– Как нам ее искать? – изумился Бес. – На Праздник Зимней Ночи принято приходить в маске.

– Меня не волнует, как ты будешь это делать! – гаркнул Амадеус. – Совершенно не волнует. Ты же каким-то образом затащил ее в постель! Значит, найдешь. Перероешь царства, но найдешь! Сам знаешь, что могло случиться. Праздник Зимней Ночи – не бабушкины сказки! В эту ночь сила неконтролируемой магии на пике…

– Можно для начала списки гостей просмотреть, – предложил Гай примирительно.

– Все знают, что на Праздник каждый раз попадают не только приглашенные, – вздохнул Амадеус. – Но можно и так. Проверьте, вдруг это кто-то из элл?

Бес хотел что-то сказать, но Повелитель отрицательно покачал головой:

– Ты не можешь знать наверняка. Они умеют мастерски менять внешность. Все, идите!

Бестелион и Гайлеон поклонились и молча растворились в воздухе.

– Татанель, – устало позвал Амадеус.

– Да, мой Повелитель. – Секретарь склонился в почтительном поклоне.

– Ситуация очень неприятная, – пробормотал лорд и встал. – Это может быть опасно для царства. Если Бес ошибся, и это ситра, то я спокоен. Но вот если элла…

– Если мой господин позволит, я бы хотел заметить, – осторожно сказал Татанель.

– Говори уж!

– С самого начала было понятно, что рождение… еще одного ребенка не принесет счастья царству, – мягко заметил Татанель. – Когда же на свет появился темный…

– Его сущность здесь ни при чем, Тат, – возразил Амадеус. – И осторожнее! Так или иначе, но это мой сын.

– Вы сами знали, на что шли, Повелитель, когда стали супругом темной демонессы. Всем нам повезло, что Каселион родился похожим на вас. – Секретарь вновь поклонился, незаметно наблюдая за реакцией хозяина.

– Почти триста лет я правлю царством, Татанель, – грозно свел брови Амадеус.

– И ваше правление стало благом для народа ситр, – подтвердил секретарь. – Но, милорд. Ситры знают свою магию. И магию темных знают тоже.

– Это не опасно, если только…

– Вот именно, Повелитель, если девушка была молодой эллой, то… – Секретарь не договорил.

– Они нам этого не простят, – беззвучно закончил Амадеус. – Никто не захочет быть втянутым в войну, но эллы могут развязать ее, чтобы отомстить за унижение. Они ненавидят темных демонов… Даже спустя тысячу лет. А если девушка была человеком… Нет, все равно. Эллы не упустят шанса отомстить, ведь перерождение человека – слишком сильное магическое влияние, по договору запрещенное в Зимнюю Ночь.

– Если девчонка была человеком, то проблему можно решить прежде, чем это станет опасным для всех нас, – сказал Татанель.

– Да, смерть человека – легкая цена за ошибку, – согласился Амадеус.

– Возможно… придется убить эту… Елену, – заметил секретарь. – Ради блага царства.

– Да, – согласился Повелитель, – нам не нужна война. Но в случае, если это элла, убийство не будет решением.