Перехват - Вячеслав Васильев

Но сейчас все эти блестящие финтифлюшки только мешали, поэтому двигаться за странной процессией приходилось на порядочном расстоянии. Пантелею было проще. Он доложил, что находится почти рядом с группой, тоже не скрывая своего удивления и возмущения поведением людей. А вот полиции всё не было.

Что было плохо, ибо молодчики, похоже, достигли места назначения - укромного уголка парка, и, мягко говоря, не очень бережно опустили жертву на землю.

Девушка, а как удалось наконец рассмотреть Егору, жертвой оказалась молодая и довольно красивая девушка, тут же подскочила и попыталась убежать, но была моментально поймана и снова грубо брошена на сочную зелёную траву.

Видно было, что она что-то кричит, но не было слышно ни звука, из чего Белецкий сделал вывод, что тут не обошлось без 'купола молчания' - портативного генератора тонкой куполообразной силовой плёнки, препятствующей распространению звука.

Егор вздохнул:

'Придётся самому'... Вспоминая при этом, чем закончилось предыдущее его заступничество за честь дамы.

'Пантелей, не вмешиваться! Это дело между людьми'' - с этими словами Белецкий вышел из-за ствола очередного дерева, за которым прятался от преследуемых, и решительно зашагал вперёд. Молча - ибо что-то говорить было бесполезно - 'купол молчания' был двухсторонним, и не пропускал звуки в обе стороны. Что сейчас сыграло Егору на руку - он смог приблизиться к месту действия метров на пятьдесят, прежде, чем его заметили. К этому времени Белецкий уже перешёл на бег - ибо намерения ублюдков были уже предельно ясны - один начал расстёгивать на извивающейся в тщетных попытках вырваться из цепких обьятий девушке кофточку, а другой, противно ухмыляясь, полез к ней под юбку.

Заметил Егора один из молодчиков, не принимавший участия в общей потехе. Очевидно, он должен быть следить за окружающей обстановкой, но предпочитал оглядываться, причём довольно надолго. Очевидно, увиденное доставляло ему удовольствие.

Обнаружив неожиданного гостя, наблюдатель что-то крикнул остальным. Те недовольно оторвались от своего занятия, и схватились за шпаги.

'Похоже, на разговоры ребята не настроены' - констатировал Егор.

Пробежав ещё несколько шагов, Белецкий получил от комма сообщение: 'Входящий запрос на принудительный доступ к блоку связи. Входящий запрос на принудительное отключение видеофиксации. Входящий запрос на принудительый доступ к оперативной памяти.'

'Отказать!' - мысленно рявкнул Егор комму, мимолётно удивляясь сочетанию несочетаемых слов 'запрос' и 'принудительный'. В голове мелькнуло: 'Всё-таки СИБ!'. Только спецслужбы могли вламываться в коммы подданных Империи без их, подданных, согласия.

Удивиться ответу комма: 'Принято. Попытка несанкционированного доступа блокирована' Егор уже не успел. Пересечение границы 'купола молчания' совпало с выходом в боевой режим. Ещё несколько шагов, или скорее, прыжков, и вот он уже рядом с 'противником'.

'Только не убивать! Обратно в штрафники не хочу!' - мелькнуло в голове, и активированный клинок шпаги Белецкого скрестился с клинком первого соперника.

...Они оказались неплохими фехтовальщиками. И 'в прошлой жизни' у Егора не было бы ни единого шанса, даже если бы пришлось скрестить шпаги с одним из них. А не с шестерыми сразу.

Но сейчас всё было по-другому. Сквозь первых троих Белецкий прошёл, как нож сквозь масло - они вышли против него по одному. Двое из оставшихся быстро сообразили, что к чему, и попытались напасть на передвигавшегося, словно молния, противника вдвоём. Это им не очень помогло - через полминуты один из них уже оседал на траву, выронив шпагу и зажимая глубокую рану на правой руке. Осталось только добить второго... Но тут последний из участников шоу, до сих пор державшийся в стороне, выхватил полицейский шокер, и шарахнул из него, не разбирая, где свои, где чужие.

Если бы Белецкий был в боевом скафандре, то он бы даже ничего не почувствовал. А так...

От шокера, работающего в широкополосном режиме, не убежишь, будь ты хоть трижды ускоренным. Егор успел увидеть, как губ жмущего на гашетку человека коснулась торжествующая ухмылка, и мир вокруг погрузился во тьму...

Однако это не было потерей сознания. Вот уж сознание, по-видимому, было единственным, что осталось функционировать в его организме.

'Я мыслю - значит существую' - вспомнил Егор. Потом пришло удивление. После попадания под излучение шокера потеря сознания гарантирована. А тут... Странно. Удивление сменилось досадой: 'Надо было всё-таки вызывать полицию. Проявил, блин, благородство... Толку теперь с того, что сознание я не потерял, если потерял контроль над телом? Со мной теперь можно делать всё, что угодно...'.

Полностью беспомощен... Ничего не видно, ничего не слышно... Вокруг - только тьма. Как во время Испытания, когда инициировались телепатические способности. Телепатия? Пантелей!

'Пантелей!' - мысленно заорал Егор. А в ответ - тишина. И темнота... Значит, и телепатия отказала... - сделал печальный вывод горе-спасатель прекрасных дам.

Внезапно в темноте возникли светлые пятна. Они постепенно становились всё ярче и ярче, обретая резкость и наливаясь багровым светом. И наконец превратились в надпись: 'Отказ опорно-двигательного аппарата!'. Тут же под ней образовалась новая строчка: 'Отказ зрения!' Сразу же под ней 'Отказ слуха!', и ниже... 'Отказ...!', 'Отказ...!', 'Отказ..!'

'Глюки?' - подумал Егор. 'Я и так вижу, что всё отказало. Кстати, а что насчёт радиосвязи? Она ведь вроде не зависит от состояния тела...' Словно в ответ на эту мысль, а может, именно в ответ, вспыхнула очередная надпись: 'Радиосвязь заблокирована. Активные помехи'.

Вот так... - огорчился Егор. Тем временем сообщения у неведомо откуда взявшейся системы диагностики, видимо, закончились. Новые строки с сообщениями об отказах перестали появляться, и система выдала итог: 'Основные системы: неработоспособность сто процентов'.

'Спасибо, я удивлён!' - саркастически подумал Егор.

Чуть помедлив, система вывела следующее сообщение: 'Тестирование дублирующих систем'.

Вот тут уж Егор удивился по-настоящему: 'Какие дублирующие системы?!'

После небольшой паузы появилось сообщение: 'Готовность дублирующих систем - тридцать шесть процентов', и чуть ниже: 'Запускать дублирующие системы?'

'Да!'.

Снова побежала череда строчек системы диагностики. Теперь буквы были жёлтые, а в конце каждой строки стояла степени готовности в процентах, колебавшаяся от двенадцати до пятидесяти семи. Лучше всего почему-то оказалась ситуация с обонянием - 'вот уж что мне сейчас больше всего нужно' - мысленно прокомментировал Егор. Наконец появилось сообщение 'Дублирующие системы запущены', и тут же стена, отделявшая Белецкого от внешнего мира, рухнула.