Мое темное счастье - Ольга Шерстобитова

Я поздоровалась, а потом почему-то подошла ближе, нарушая его уединение, присела рядом.

— Лорд Арасамин, я вас давно хочу кое о чем спросить. Позволите?

Он слегка приподнял брови, выражая удивление:

— Слушаю.

— Не хочу показаться бестактной, только многие ваши близкие связаны клятвой о неразглашении, которую не нарушишь, а мне важно узнать правду.

Лорд Арасамин вздохнул.

— Хочешь спросить о моей дайари?

В его голосе звучала боль. Она оказалась столь сильной, что он не стал ее скрывать, даже не попытался.

— Да. Это не простое любопытство. Есть предсказание и разговор с Араном… Не могу рассказать всего, тоже связана обещанием, но… Ощущение такое, словно мне не хватает маленького кусочка мозаики, чтобы действовать дальше.

— Ари, где ты? — поинтересовался Лир.

— Разговариваю с твоим дядей на веранде. Не приходи. Мне нужно кое-что узнать.

— Хорошо.

Я сдержала улыбку, посмотрела на лорда Арасамина.

— Я понимаю, как это непросто. Когда потеряла Лира, боль едва не выжгла душу.

— Если бы я не желал рассказывать об этой истории только потому, что мне больно, Ариадна!

Он поймал мой взгляд и тихо заметил:

— Мне стыдно. Я мог найти выход, я мог…

— Лир говорил, вы были вынуждены жениться на другой женщине. Этого требовал от вас закон. Ваша дайари ушла, посчитав подобный поступок предательством.

— Наверное, так оно и есть. Я струсил. Не смог противостоять Совету магов, как это сделал Лир. А должен был бороться за свое счастье! Сейчас я бы умер, но не поступил бы так, как тогда. Не предал бы Эль. Она слишком чуткая, добрая, ранимая. Но у каждого из нас есть грань, переступив которую мы не способны простить.

— Даже, если это — алитэйя?

Лорд Арасамин кивнул и поднялся, опершись на перила.

— Можно долго терпеть, молчать, делать выводы, а потом просто взять и уйти, без слов и объяснений, не прощаясь. Моя дайари так и поступила. И никогда не вернется.

— Лир говорил, она бессмертная, — осторожно заметила я. — Пройдет время, найдутся силы, чтобы простить. Только… почему вы ее не ищете?

— Я и сейчас не достоин ее любви и света, Ариадна. За слабость нужно платить. У всего есть цена, поверь.

— Есть, — согласилась я. — И любовь стоит столько, сколько вы готовы за нее отдать.

— Тогда я не готов был отдать ничего, — совсем тихо сознался лорд Арасамин. — А сейчас… поздно.

— Нельзя сдаваться!

Лорд Арасамин неожиданно улыбнулся, словно моя вера придала ему сил.

— Вы можете сказать, кто она?

— А сама не догадалась?

Хм…

— Как много ты знаешь бессмертных девушек, способных полюбить темного мага?

— Но вы-то не темный, — возразила я… и охнула: — Да быть такого не может!

— Свет дайари оказался сильнее моей магии. Когда она выбрала меня, половина способностей перешла к ней, но Эль смогла и тьму обернуть…

— Аранатариэль! Она — ваша дайари? И как я раньше не догадалась!

Я потрясенно посмотрела на лорда Арасамина круглыми глазами. Он в ответ кивнул.

— А я все никак не могла понять, откуда Лир и Аран знакомы с ней, слышали, как она поет… — Вы ведь знаете о пророчестве, правда? Есть шанс, Аранатариэль снова станет живой! И если вы не попробуете ее вернуть, навсегда лишитесь света! Без любви жизнь — тюрьма! Слышите?

Маг молча смотрел на меня, а потом, словно робкий подснежник пробился сквозь сугроб, в его глазах мелькнула надежда.

— Думаешь, у меня есть шанс на прощение? Ариадна, Эль окаменела от горя, когда узнала, что я женюсь на другой женщине!

— Не попробуете, не узнаете, — упрямо заявила я.

— Ты так добра ко мне. Спасибо. Лир сделал достойный выбор, — отозвался он.

Я улыбнулась и заторопилась в дом к своему темному магу.

Лир ждал возле окна, тут же обнял, вызвав у меня улыбку.

— О чем у вас с дядей был разговор? Расскажешь? — спросил Лир, протягивая пирожное.

— О его дайари.

Лир хмыкнул и заметил:

— Не думал, что так серьезно воспримешь наше с Рокотом предложение расспросить дядю о всех обстоятельствах этой давней истории.

— Представь себе, я давно собиралась.

— Безуспешно? — спросил Лир, не думая удивляться.

— Почему же?

— Неужели рассказал, как все было, и назвал имя?

— Да я бы и сама вскоре догадалась, что Аранатариэль — дайари лорда Арасамина.

Мой маг уставился на меня, не в силах сказать ни слова.

— Лир, у тебя достаточно странное выражение лица, — заметил Рокот, появляясь рядом. — Что с ним? — сказал, обращаясь ко мне.

— Дядя рассказал Ари об Аранатариэль, — пояснил Лир.

Рокот удивился не меньше его, но от комментариев воздержался. Через мгновение его позвал Эран, и дракон нас покинул.

— Не хочешь вернуться в спальню? — ни с того ни с сего спросил Лир.

— Мне нужно поговорить с отцом, а потом…

Маг наклонился, коснулся губами моего плеча. Я с трудом сдержалась, чтобы самой не потащить его наверх. Лир прочитал мои мысли, рассмеялся.

— Иди. Я сегодня слишком…

— Нетерпелив? — улыбнулась я.

— Можно и так сказать. Сначала я женился и, проведя с законной, заметь, супругой всего одну ночь, вынужден был отправиться на войну. Потом поссорился, пытался помириться, а сейчас мне снова не дают насладиться моей же законной, опять-таки женой собственный дядя и тесть.

Я хихикнула, чмокнула его в щеку. Лир ответил пламенным взглядом, потянулся к губам… Увернулась с трудом, посмеиваясь, отправилась искать отца.

Эран нашелся, конечно же, рядом с Даринель.

— Папа, я хочу с тобой поговорить. Лучше прямо сейчас, — сказала я.

Отказываться он не стал, и мы поднялись в комнату, которую он занимал.

— Что случилось, мое сокровище?

Я смутилась от такого обращения, а потом ответила:

— Мне нужен твой совет.

Эран сел, мягко потянул за собой, неожиданно улыбнулся:

— Я так рад, что ты пришла за ним именно ко мне, Ари.

— Ты же мой отец.

— Так что случилось? — повторил он свой вопрос.

— Помнишь пророчество для Арана? — перешла я сразу к делу. — Третий русал — это Лир.