Чужак. Рейнджер - Игорь Дравин

— Влад, ты — каратель, — продолжил он, — ты будешь карателем, я в этом уверен. Раскрой немного уши. Этот Дикс не просто так ошивался поблизости от седьмого поселка. Помимо камней боли, он проводил ритуалы продления жизни всяким разумным.

Твою тещу!

— Тихий, — начал я, — дальше я сам все могу рассказать. Простая и эффективная схема. Этап первый. В нескольких портах набивают трюмы разумными и везут на Барос. Вариантов, как это сделать, — море. Этап второй. Часть людей идет под нож там. Этап третий. Кое-что доставалось Диксу и бхуту. Но не все разумные шли на изготовление камней боли. Кое-кто из достаточно богатых существ, не имея возможности проводить омоложение официальным путем, через знакомых выходил на посредника. Поездка в пограничье — и все, десять или двадцать лет жизни у тебя в кармане. Все-таки святоши крепко следят за этим ритуалом в цивилизованных землях. А есть и такие клиенты, которым неинтересно путешествовать на Барос, в герцогство Тария и тому подобные места. Например, обычный верный и богатый подданный, которого не прельщает обвинение в связях с черными ложами. Вот гадство!

— Полностью с тобой согласен, — усмехнулся мангуст. — Дикс проводил ритуалы, и все были довольны, особенно честные и верные почитатели Создателя, которым Он даровал больший срок жизни. Конечно, до бесконечности такое продолжаться не могло. Двадцать, ну тридцать лет живет разумный дольше, чем ему положено, — а потом у многих начнут возникать вопросы. Зачем на них отвечать? После очередного омоложения добро пожаловать на Барос, а оттуда, после изменения внешности магом жизни, езжай куда хочешь. Арланд велик, и никто его упорно разыскивать не будет. Главное — это самому не соваться на старое место жительства и не вспоминать о своих родичах, друзьях и знакомых. Знаешь, кто был посредником в седьмом поселке?

— Сейчас ты меня удивишь, — утвердительно сказал я.

— Да, — улыбнулся мангуст, — я сам удивился. Трактирщик, у которого ты жил.

— Вот тварь, — покачал я головой. — То, что он мерзавец, было ясно. Кто бы еще мог так сильно разбавлять вино и пиво? Но такого я не ожидал.

— А помнишь двух пожилых леди, которые ругались на тебя трактирщику за твои громкие шалости с Юмой?

— Тихий, только не говори мне, что они…

— Они, — зловеще улыбнулся мангуст, — они приехали за тем, что им уже никогда не пригодится. Повесили их пару дней назад. Эллина — молодец. А ты говорил мне, что я параноик.

— Был неправ, — повинился я.

— Вернемся к каравану, — продолжил мангуст. — Иногда в пещере Дикса встречались те, которым было удобно это делать именно здесь. Важные персоны. Дикса ставили перед фактом: закрой рот и не выступай. Обеспечь ночлег, еду и развлечения. Я об этом узнал только тогда, когда основная часть отряда была рядом с поселком вампиров, и ничего переиграть уже не мог. Взял лучших рейнджеров и отправился сам. Дикс был опытным и искусным магом, и Эллина не сразу смогла поговорить с ним по душам.

Мангуст с силой ударил кулаком по земле.

— Если бы я знал, — зашипел Тихий, — если бы у меня было время, то я бы послал одних мастеров, а так…

— Каким я буду мастером по счету? — поинтересовался я.

— Я девятнадцатый, а ты, соответственно, двадцатый, — грустно усмехнулся Тихий.

— Двадцать мастеров, — задумчиво протянул я, — мне знакома эта цифра.

— Мне тоже, — сказал Тихий. — Карательная команда, отправленная Каром в Бренн. Повторю еще раз. Твои неприятности вскрыли наши гнойники. Слишком мало людей на слишком большую территорию. Гильдия рейнджеров не в состоянии контролировать все. Охотникам труднее, но охотникам легче.

— Клирики в курсе? — поинтересовался я.

— Частично в курсе, — ответил мангуст. — А чем они могут помочь? Прислать орденцев Длани Создателя? Не смеши меня. Седьмой поселок и так сейчас полон рейнджеров, комендант поселка всех впускает, но никого не выпускает. Отправить их на поиск и уничтожение каравана я не могу. Я не буду отправлять своих ребят на смерть. И так измененные существа зашевелились. Считай сам: девяносто рейнджеров, сотня спасенных людей — это уже критическая масса для такой небольшой территории. Вампиры — не люди, измененные и твари их воспринимают по-другому. За столетия, прошедшие со времени основания поселка, вампиры приучили измененных к осторожности. Менять рейнджеров группами? А если караван придет в это время? Ослаблять отряд я не стану. Тем более что качественного усиления очень мало. После того как ты убил гнилых рейнджеров, все кинулись в леса. Самое главное, что Дикс не знает — прибудет кто-нибудь с этим караваном или нет.

— То есть по каравану не известно ничего, но у тебя тревожные предчувствия, — подвел я итог.

— Ты прав, — кивнул мангуст.

— Ты совершенно прав, Тихий, что ждешь гадости, — я сплюнул в траву. — Год назад одна команда мастеров-охотников расслабилась. Я расслабился, не подождав, пока окажусь в корчме с кувшином вина в руках. Мол, дело сделано, и можно радоваться. Чем это закончилось? В моем королевстве, вернее, там, откуда я родом, есть поговорка. Если какая-нибудь гадость может случиться, то жди ее в самый неподходящий момент.

— Вот я ее и жду, — пожал плечами мангуст. — Что мне остается делать? Хотя, может быть, ты и прав. Я — параноик. Придет обычный караван, ребята его вырежут. Захватят несколько пленных, которых выпотрошит Эллина, — и все, дело закончено.

— Вот тогда и выпьем вина, — улыбнулся я.

— Договорились, Далв.

Мангуст снял полог и отошел к костру, оставив меня в одиночестве. Да уж. Недолго музыка играла. Через несколько секунд на моих коленях оказалась Алиана.

— Далв, что случилось?

А вот тебе и остальным туристам знать это совершенно незачем. Это дело гильдии рейнджеров. Свои знают, а чужим незачем. И не надо так на меня смотреть своими встревоженными глазками. Осталась пара-тройка дней, и ты будешь дома. Миссия выполнена, и время получать пряники. Вот это тебя должно волновать, а не все остальное. Мои дела, моя месть тебя не касаются никоим боком.

— Почему ты молчишь?

А вот пытаться встряхнуть меня, когда я в готике, не надо. Ногти поломаешь на своих прелестных пальчиках. Твой смех не будет звучать у меня в голове.

— Давай спать, — я погладил голову девчонки. — Поздно уже.