Магия Отшельничьего острова - Лиланд Экстон Модезитт

В этот момент мне больше всего хотелось взять свой невидимый посох и огреть Серого мага по макушке. Можно подумать, будто у меня есть лишнее время на чтение. Правда, указывать на это Джастину едва ли имело смысл, потому как он непременно спросил бы, давно ли вообще завелась у меня эта книженция. Но, с другой стороны, до недавнего времени решительно никто не снабжал меня сведениями, позволявшими предположить, что эту книгу вообще есть смысл читать.

Я решил зайти с другой стороны:

— Если виконт так не любит магию, почему он раздает разрешения целителям?

— Из-за денег. Целитель, имеющий разрешение, отчисляет виконту определенный процент доходов.

Когда мы с Джастином добрались-таки до конюшни, нам пришлось чистить своих лошадок щетками. Не знаю уж почему, но в больших городах горных пони числят чуть ли не дикими зверями, и конюхи решительно не желают иметь с ними дела.

Джастин по причине большего навыка управился со своей задачей быстрее и предложил мне присоединиться к нему в трактире после того, как я закончу обихаживать Гэрлока и хорошенько припрячу свой посох.

Ветер стих, вновь выглянуло солнышко, и внутренний дворик, по которому я направлялся в трактир, выглядел довольно приветливо.

Стоило зайти внутрь, как Джастин тотчас отвел меня к угловому столику в общей зале. Большинство столиков было занято, а камин давал столько тепла, что в помещении чувствовалась духота. Здесь было довольно уютно: темные панельные стены, низкий потолок, столы из красного дуба.

— Золотое вино, — сказал девушке Джастин.

— Сок, — заказал я. И тут же осведомился: — А что у вас из еды?

— Пирог с бараниной, бараньи отбивные и тушеное мясо разных сортов.

— Бери тушенку, — предложил Серый маг.

Совет пришелся кстати — после трех дней в Монтгрене баранина, хоть она и была там превосходной, порядком мне осточертела.

— Отшельничий что-то затевает, — промолвил Джастин своим обычным невозмутимым тоном.

— Что именно? — не понял я.

— Не знаю, что именно, но ты в этом участвуешь.

Я безмолвно поднял глаза. Говорить ничего не стал — обошелся взглядом. Серый маг добавил:

— Нет, конечно же, не осознанно. Однако подозреваю, что тебя используют. Ваши Черные Мастера переправили в Кандар невероятно одаренную группу. Слишком одаренную.

Я ждал разъяснений. И они на этот раз не замедлили:

— Ты излучаешь столько гармонии, что это просто немыслимо для одного человека. Та черноволосая с клинком... О ней сразу пошли толки, которые заставили забыть о другом, более важном убийстве. И этот проповедник...

— А как насчет остальных?

— Про белобрысую с ножами ты уже слышал, а о прочих наверняка мог бы рассказать мне куда больше, чем я знаю.

Вот этого я решил не делать. Если Тамра да Миртен еще не попали в поле зрения тех, кто тут заправляет, то оно и к лучшему. Я в таком деле не помощник.

— Почему ты считаешь отправку группы преднамеренным действием Мастеров Отшельничьего? — спросил я.

— Вообще-то это лишь догадка. Уж больно ты юн для такого дела. Это беспокоит меня больше всего прочего.

Джастин заглянул в свой бокал и умолк. Так ничего и не сказал, даже после того, как нам принесли мясо.

Поднимаясь наверх, я с сожалением отметил, что к верховой езде мои ноги еще не привыкли.

Комната со свечой и двумя узкими койками казалась достаточно подходящим местом, чтобы заняться чтением. Я вытащил из мешка книжицу в черном переплете.

Вступление, как я уже понял, представляло собой немыслимую нудятину. Лишь перелистав книгу до второй половины, я обнаружил нечто, имевшее, на мой взгляд, хоть какой-то смысл. Впрочем, тоже не весьма явственный: речь там шла о выравнивании металлов (кто бы еще знал, что это значит), о выявлении внутренних напряжений в физических телах, динамике погодных процессов и методах применения гармонии в механизмах, использующих тепло.

Уразумев, что уж это-то все для меня и впрямь непостижимо, я задался вопросом: стоит ли дать себе пинка или начать все сначала? Выходило, что почти полгода я носил в вещевом мешке ответы на многие собственные вопросы — правда, мне все равно было не под силу уразуметь их смысл. Но ни давать себе пинка, ни начинать все сначала я не стал. А углубился в раздел, посвященный целительству, поскольку все прочее превосходило мою способность справляться со скукой.

В конце концов, рациональное зерно в этой писанине имелось. По прошествии времени я более-менее уразумел, что мы такое проделывали с овцами герцогини и что имел в виду Джастин, говоря о внутренней телесной гармонии.

— Эй, ты уже убедился, что в книге есть толк?

При появлении Серого мага я едва не слетел с койки — уж больно задумался и зачитался. Шея — и та затекла.

— Далеко продвинулся?

— Да так, почитывал насчет целительства, — проговорил я.

— Я так понимаю, введения ты так и не одолел?

— Нет... Несколько раз пробовал, но это нагоняет скуку...

Джастин зевнул, стянул тунику.

— Вернешься к этому, как только сможешь. Я вот не смог и теперь за это расплачиваюсь.

Он повернулся ко мне спиной и стянул сапоги. Я закрыл книгу.

После стольких дней, проведенных в седле, стоило бы хорошенько выспаться на приличной постели.

Только вот... Некоторые соображения не давали мне покоя. Джастин всего о своей работе так и не рассказал. А потом, оставались еще Тамра и Кристал. Насчет Кристал я кое-что слышал, а вот Тамре стоило бы себя обозначить... Я, мне кажется, должен был бы услышать о ней... или почувствовать? Не пропала же она бесследно!

Наконец я провалился в темную пропасть сна. Через некоторое время меня пробудил сильный холод. Поежившись, я попытался перевернуться. Но не тут-то было.

Помешала белизна!

Белый туман обволок меня настолько плотно, что не давал возможности ни видеть, ни шелохнуться, ни вымолвить хотя бы слово. Я оказался в западне — в ловушке сияющего ничто, пустоты, прожигавшей мои мысли насквозь.

ТЫ ОБЕЩАЛ... Беззвучные слова эхом отдались в голове, но все мои попытки откликнуться не увенчались успехом. Однако что-то и прояснилось — в ловушке белизны находился вовсе не я, а человек, пытавшийся оттуда до меня докричаться. Мне было знакомо это ощущение.

Однако все это могло оказаться просто кошмарным сном. Или... или Джастин поймал меня снова, повторив тот же трюки. Я не ощущал своего тела, не мог двинуть ни одним мускулом... Я знал, что нахожусь в своей постели, и в то же время пребывал где-то... где-то...

ТЫ ОБЕЩАЛ УКАЗАТЬ ПУТЬ... ПУТЬ...

Белое марево, слепящий сознание туман пронзали желтые, красные, синие, фиолетовые стрелы. Разя насквозь, поражая каждую мысль.