Молодые и сильные выживут - Олег Дивов

* * *

Колонна вылетела к «Белому дому» на полном ходу, с лязгом и скрежетом, чуть не раздавив несущий службу на площади камуфлированный патруль. «Тупые» широко открыли рты и ощетинились стволами. В таком положении они и смотрели, как четверо сумасшедших в черных комбинезонах отдирают от диковинной боевой машины прицеп и рвут из его колес ниппеля.

– Ко мне! – заорал самый жуткий из сумасшедших, наверное, главный псих. – Бегом!

Старший патруля, опасливо приседая, двинулся к безумцу.

– Через минуту эта записка должна быть у Главного! – проорал ненормальный ему прямо в ухо. – Город в опасности! Выполнять!

– Почему? – обескураженно пробормотал старший.

– Беги к Главному! – только и ответил псих, бросился к тягачу и исчез вместе с колонной, оставив на площади медленно оседающий дымный шлейф.

Старший патруля развернул записку и углубился в текст, но мало что понял. Читал он пока что с большим трудом, что его жутко травмировало. На днях бедняга вспомнил, что в прошлой жизни его основным занятием было писать.

– Стойте здесь, – приказал он своим людям. – К этой штуке не суйтесь и другим не позволяйте. Кажется, она может взорваться. А я сейчас Главного приведу.

Блокпост на другом конце города представлял собой два ржавых грузовика на спущенных колесах. В узкую щель, оставленную для легковушек, миномет все равно не пролез бы, так что баррикаду пришлось снести, а личный состав блокпоста запугать беспорядочной стрельбой и разогнать. Колонна вырвалась на Московское шоссе, безумно ухабистое и колдобистое, и бодро покатила от города прочь. Гош так переживал за свою емкость с соляркой, что Женя, прикрывая отход, выполнила акробатический номер. Ей пришлось на ходу вылезти наружу и поверх елозящего на сцепке бензовоза запулить два рожка в сторону оставшихся в тылу перевернутых грузовиков. Героическая охрана блокпоста и без таких намеков залегла по канавам, но зато Гош остался совершенно доволен тем, как четко выполнен его приказ. Он все еще кипел после несанкционированной выходки Регуляторов, и перечить ему было просто бессмысленно.

Через несколько километров справа открылась широкая асфальтированная площадка, на которой гнили магистральные тягачи с длиннющими фурами. Здесь можно было развернуться. Колонна съехала с шоссе и встала в уже привычном боевом порядке, к опасности носом. Командир милостиво разрешил курить. Над его злой физиономией деликатно посмеивались.

Костя решил проверить ржавые грузовики на предмет трофеев, но тут же бросил это занятие – в кабинах застыли мертвые тела, а в кузовах засохли фрукты. Почему-то именно мумифицированные апельсины напомнили Регуляторам, что надо бы все-таки определиться с тем, какой год на дворе. Цыган сказал, что это сделать несложно. Он вспомнил, что была в прошлой жизни замечательная вещь – электронная записная книжка. Сошлись на том, что у мертвых шоферов ее искать бессмысленно, но постановили непременно такую найти где-нибудь в городе. В каком именно городе, никто не уточнял. Подразумевалось, что это Москва.

– Двадцать три минуты, – сказал издали Гош. Все это время он расхаживал по шоссе с биноклем в руках, то и дело поглядывая в сторону Тулы. – Неужели Главный не поверил?

Женя подошла к нему и в который раз за этот день взяла за рукав.

– Скорее бы все кончилось, – вздохнула она. – Хочу тишины. Домик на берегу озера. Книжки при свечах. Купаться под луной. Рыбу ловить. Ты любишь рыбалку?

– Шумное дело, – отозвался Гош.

– Шумное?!.

– А что, по-твоему, граната тихо взрывается?

– Слава богу! Капитан Дымов изволит шутить. Что, полегчало?

– Как сказать… В принципе, да. Если Главный не приедет, мы за бомбой возвращаться не станем. Опасно. А я только сейчас понял, с каким облегчением расстался с этим куском железа на прицепе. Жалко, конечно, что Главный… Погоди, – Гош отнял у Жени рукав и снова припал к биноклю. – Регуляторы! По местам!!! – рявкнул он так, что Женя зажала уши.

Главный приехал, как ему и было приказано, без эскорта, с одним водителем. Судя по всему, тульский князь считал ниже своего достоинства крутить баранку.

– Я опоздал! – заорал он, выпадая из дверцы. – Не было машины! Скорее! Она взорвется через полчаса! Вы должны успеть! Я на все согласен! Ради бога! Сволочи, негодяи, подлецы! Террористы! Грязные подонки! Жиды пархатые!

Больше он ничего интересного сказать не успел, потому что ему в рот, ломая зубы, воткнули автоматный ствол – Костя постарался. Водителя уложили на асфальт и обезоружили. Через минуту все трое арестованных, включая очнувшегося, но совершенно косого Олега, были накрепко привязаны к бамперу одного из грузовиков на площадке. Разумеется, с кляпами во ртах.

– Кого оставим сторожить? – поинтересовался Костя. – Можно не меня?

– Слушайте, Регуляторы! – взмолился Гош. – Ну ее на фиг, эту бомбу! Давайте не будем возвращаться. Основное мы сделали – город обезглавлен и заживет теперь естественной жизнью. Все, хватит, видеть его больше не желаю!

– Оставайся тут, – предложил Цыган. – Даже вдвоем оставайтесь, с Женей. И с тягачом. А мы по-быстрому слетаем на миномете.

– И на бензовозе, – напомнил Большой. – Там же компрессор, шины у прицепа накачать.

– И на бензовозе, – кивнул Цыган. – Отдохни, командир. Можешь пока расстрелять тех, кого сочтешь нужным.

Услышав слово «расстрелять», Главный судорожно задергался. Водитель покосился на начальника и вдруг расплылся в улыбке, насколько позволял ремень между зубов.

Любопытный Костя тут же развязал ему рот.

– Ты чего лыбишься, чмо тупое? – спросил он.

– Давно пора его шлепнуть, – сообщил водитель. – Сам ты чмо. А он вообще…

– Поменьше эмоций, – посоветовал Костя. – Ты же все-таки «тупой»!

– Всех наших девок перепробовал. Стакан водки по субботам. Вози его туда-сюда. Жратвы в обрез. Того нельзя, этого…

– О господи! – Костя заново лишил водителя дара речи. – Слушай, Гошка, может, зря мы это? Не перестараемся?

Гош склонил голову набок и критически оглядел арестантов.

– Знаешь, – сказал он, – мне уже все равно. Как хотите, так и делайте. Нужна вам бомба – ради бога. Решите, что Главного лучше в Тулу вернуть, – скатертью дорога. Хочу домик у озера, книжки при свечке и купаться под луной.

– В проруби! – развил тему Цыган.

– По-моему, Гоша, ты устал, – резюмировал Большой.

– Согласен, – Гош кивнул. – Ну что, едете?

– Едем! – твердо сказал Костя.

…Водителя пришлось домой гнать пинками. Он был страшно расстроен, что машине прострелили колеса, и все норовил над убиенной поплакать. Олега и Главного закинули на тягач и крепко привязали, чтобы по дороге не отвалились. Гош скалил зубы и молчал. Женя пересела к Цыгану в «Лендровер».