С тенью в душе - Ярослав Коваль

— Ты, полагаю, также не откажешься от ужина, кейтах. Будет мясо, жаренное на углях. Знаю, что существа, подобные тебе, это блюдо любят.

— Какие существа?

— Демоны, — сказано это было с нарочитым спокойствием. Спокойствие из тех, что само по себе является вызовом.

— Я не демон. Я человек.

— Конечно.

— Я любил мясо, жаренное на углях, всегда. Так что охотно поужинаю. И пообщаюсь. Откровенно говоря, очень бы хотелось понять, что вы имеете против меня.

Мой собеседник (ах да, его же один из спутников поименовал при мне — парня зовут Логнарт) сузил глаза. Нет, он очень опасный противник, это видно. И крутить с ним, пытаться его обмануть — это игра со смертью. Куда вернее будет пытаться выкрутиться, говоря только правду.

— Ты всё прекрасно понимаешь.

— Не всё. Далеко не всё. Но, может быть, начнём по порядку?

— Пожалуй… Ставь сюда, — сказал он слуге, притащившему поднос с какими-то горшочками, соусниками, баночками и столовыми приборами. — Когда будет готово?

— Уже вот-вот, — ответил один из сопровождающих, при помощи длинных щипцов раскладывая на решётке крупные куски мяса в ошмётках лука и сладкого перца. Одновременно на столе появились большие блюда с запечёнными овощами, дольками местного хлеба, салатами… Хорошо хоть кормят сытно и разнообразно. Кувшин с напитком, поставленный в середине, был окутан тоненькой ледяной патиной, расплывавшейся под пальцами. — Готово.

— Хорошо. Начнём сначала. Откуда у тебя, беллий, взялся браслет-аин?

— Мне его передал Эндилль из Гильдии Тени. Вернее, он передал мне свёрток, что в нём находится, что это за штуковина, мне было неизвестно. Я должен был перевезти свёрток в Нью-Йорк и там передать…

— Кому?

— Я не знаю. Адресат должен был сам меня найти в аэропорту. Но он не появился.

Логнарт развёл руками.

— То есть, в принципе, ничего нового ты не сказал. Лишь свидетельство, что в деле действительно замешана Гильдия Тени, но твоё свидетельство, как понимаешь, ничего не стоит.

— Я прекрасно отдаю себе в этом отчёт. У меня на руках был личный знак Эндилля, запечатывавший свёрток, но я был вынужден отдать его. В обмен на кое-какую помощь. Ваши шли за мной буквально по пятам. Надо было спасаться.

Мой собеседник понимающе кивнул — ладно, вроде бы диалог налаживается. Уже достижение.

— Вот и выходит, что твои слова бесполезны. Тем более что их правдивость никто не сможет доказать.

— А мне показалось, ты чувствуешь, когда собеседник неискренен.

— Когда человек со мной неискренен. Насчёт демонов уверенности нет.

— Повторяю ещё раз — я не демон. Да, я знаю, что никто из вас мне не верит. Мне даже собственный друг сперва не поверил, когда я рассказал об этом. Но он-то меня знает. Он-то увидел, что я и в самом деле не изменился. Да, есть тут демоница. Женщина. Она пыталась меня подчинить, но безуспешно.

— Откуда такая уверенность?

— Что попытка была безуспешна? Есть много признаков. Во-первых, я продолжаю действовать строго так, как хочу. Как понял по словам айн, она бы не стала заботиться о том, чтоб её желания и намерения я принимал за свои. И никогда об этом не заботилась.

— По словам?

— Мы общаемся. И часто ругаемся. Она вполне самостоятельна в своих желаниях, мыслях, словах. Как и я. У неё только нет свободы действий. Зато свобода есть у меня.

— Ругаетесь?

— Да. Это как с шизофренией — вполне независимая личность внутри тебя. Ты с ней общаешься, взаимодействуешь. Только я чувствую айн в себе как нечто инородное. И чётко себя от неё отделяю.

— Только чувствуешь?

— Ещё могу видеть, Когда мы с нею вместе уходим в пространство… Не знаю уж, как его назвать. Пространство умозрительного. Там я могу видеть её в том облике, какой она захочет принять, или в том, который сам пожелаю. Могу видеть её призрачный, эфирный облик рядом с собой в реальном мире. И даже прикасаться к ней, ещё… хм… ещё кое-что могу с ней. И диалоги у нас получаются… развёрнутые.

Монильцы переглянулись. Я видел, я отчётливо чувствовал, что они мне не верят. Одновременно с тем, может быть, не все из них, но по крайней мере двое умели определять, лгут им или нет. И эти двое явственно пользовались у своих спутников уважением, доверием. Уж Логнарт-то точно. Я не лгал, он это осознавал, и, хотя и делал скидку на возможную инность, всё же был склонен сперва выслушать.

И от услышанного пребывал в смятении, близком к шоку.

— Ты утверждаешь, что не находишься под влиянием айн и можешь лишь взаимодействовать с нею, общаться?

— Ещё я могу ей приказывать. И она подчиняется. Но вынужденно. Сознание-то она сохраняет свободным. А вот воля связана… Да, я понимаю. Поверить в это трудно. Но я готов доказать свои слова любым способом, какой вы сочтёте приемлемым. Откровенно говоря, я не отказался бы и вовсе избавиться от неё, если это возможно без вреда для моего здоровья. И жизни.

— Что-то сомнительно, — протянул Логнарт. Он не казался растерянным, скорее наоборот, собранным. Выдавали его глаза. Они стали намного более живыми, чем, например, в момент захвата. В них читалось ошеломление. Похоже, мужик встретился с явлением, которого не понимал.

— Я слышал это от айн, но не хотел верить. Жаль… Послушайте, если бы я находился под влиянием этой демоницы, я устроил бы драку прямо в ресторане.

— Где?

— В трапезном доме. Она просто билась в истерике, требовала, чтоб я ни в коем случае не давался живым.

— Что скажешь? — Этот вопрос одного из монильцев был обращён к Логнарту, и тот не сразу нашёлся что ответить.

— Это всё надо обдумать, — ответил наконец мой собеседник. — Очень тщательно обдумать. Во всём сказанном есть как минимум одна крупица правды — ни один из кейтахов никогда не сдавался добровольно.

— Этот — на начальном этапе.

— А в чём разница? Да и можно ли считать не устоявшейся одержимость, которая длится уже больше года? Кстати, как давно кейтах перешёл в Мониль — уже выяснили? Хотя бы одна смерть зафиксирована?

— Парни, вы что? Я не убийца! Я законопослушный гражданин!

— Нет, сообщений не было. Как выяснили, он сперва провёл несколько дней в Хастарете. В одном из тамошних небольших городков.

— Что делал?

— Просто жил.

— Я ждал выплаты денег за проданную добычу.

— И всё?

— Кроме того, ел, пил и спал. А что ещё-то?

— Ладно. Жди. — Четверо, вместе с Логнартом, поднялись и вышли из комнаты. Остался со мной один слуга да пятый монилец, за всё время рта не раскрывший. Может, немой? Он стоял у камина и смотрел в огонь, но я чувствовал на себе его внимание. Только теперь осознал, что давно не слышу айн, потянулся к ней — и ощутил её рядом. Да, она на месте, но стиснулась в комочек от страха и общаться не желает. Просто — не желает. Пришлось подождать, прежде чем дверь снова распахнулась. Впрочем, ожидание получилось сносным — мясо, салаты, напитки…