Лёгкое пёрышко. Как песня тишины - Мара Вульф

Виктор расположился слева от де Винтера. Его взгляд был устремлен в землю. Он выглядел беспокойным, его плечи сгорбились. Надменный, уверенный в себе мальчик исчез. Я надеялась, что его отец больше не мучил его. С того места, где я находилась, я не могла сказать, был ли он ранен, но он выглядел неестественно бледным, как будто собирался упасть в любой момент. Отца не было видно. Я не знала, должно ли мне быть от этого легче или стоит волноваться. Кассиан оттолкнул меня от колдунов – к магам и эльфам. Одного взгляда Рэйвен было достаточно, и нас окружили эльфийские воины. Дэмиан не обратил на нас внимания.

– Печать Вангуун. Мы претендуем на нее, – сказал он. Воцарилась тишина. Мой живот сжался, когда его взгляд остановился на мне. – Где она? Отдай ее мне! – Эти слова звучали как шипение, и мне стало интересно, ползет ли червяк где-то здесь.

Я откашлялась и смочила пересохшие губы, прежде чем заговорить. Я несколько раз начинала, но слова не вылетали изо рта. Кассиан сжал мою руку.

– У меня больше нет печати. Ее больше нет. – Едва слова сорвались с моих губ, я сжала их.

Коллективный стон разнесся по рядам как колдунов, так и магов. Мерлин недоверчиво покачал головой. Молчание, которое последовало за моим признанием, казалось, длилось вечно.

Я не хотела раскрывать, что она мне больше не принадлежит. Сначала я хотела договориться о жизни отца. Но могло быть уже слишком поздно. Я даже не знала, где он и жив ли еще. Внезапно я почувствовала себя бесконечно глупой. Как я могла представить, что встречусь с таким человеком, как Дэмиан де Винтер? Цвет его лица изменился с бледного на темно-красный. Он сделал шаг ближе, затем еще один. Я хотела отступить, но мои ноги больше не слушались меня.

– Как ты посмела? – прошипел он.

Кассиан выругался.

– Если я скажу беги, беги, – тихо потребовал он. Но я не смогла ему ничего ответить. Я парализованно смотрела на кончик палочки Дэмиана.

– Держи себя в руках, – потребовал от него Мерлин. – Не смей причинить вред девушке. Это вопрос между магами и колдунами.

Челюсти Дэмиана напряглись. Все видели, что он с трудом сдерживается.

– Все здесь знают, что печати наши. Мы просим только то, что нам причитается. Маги достаточно долго нас притесняли.

– Вы знаете, что мы не можем этого допустить. Печати слишком опасны, чтобы принадлежать одному мужчине или женщине. Элиза поступила правильно, – попыталась вмешаться Элизьен. – Опомнись, Дэмиан. Мы знаем, что с колдунами поступили несправедливо. Вам не нужна печать, чтобы защищать свои интересы. Мы готовы вести с вами переговоры.

Лицо Мерлина было пустым. Как Элизьен удалось заставить его пойти на эту уступку?

Или она застала его врасплох, как я только что сделала?

– Мы больше этого не требуем. Мне просто нужна печать, и я ее получу. Что ты сделала с ней? Не обманывай меня. Я узнаю ложь, когда слышу.

– Я позаботилась о том, чтобы она попала в такое место, где она больше не может причинить вред.

Дэмиан посмотрел на меня сузившимися глазами. Потребовалось время, прежде чем он понял.

– Вода, – беззвучно сложил он губы. – Ты доверила шкатулку этому шелликоту? Я должен был знать, когда увидел воздушного змея. Ты заплатишь за это.

Белая молния пронзила воздух, подбрасывая палочку де Винтера в воздух, когда из нее вырвались ярко-зеленые искры. Некоторые из них ударили в меня. Волна боли, подобной которой я никогда не чувствовала, прокатилась по моему телу. Я упала на землю и согнулась пополам. Вокруг меня разразилась суматоха, но единственное, что я ощущала, – это невыразимая боль, пронизывающая мое тело. Сквозь пелену слез я увидела Кассиана, стоящего рядом со мной на коленях. Его рука была на моем бедре. В другой он держал трость и использовал ее, чтобы бить нападавших.

– Рубин! – крикнул Кассиан сквозь шум. Его трость взлетела в воздух и ударила колдуна по плечу. Я не услышала ответ Рубина, потому что в тот же момент мимо меня пронеслась молния, из-за которой мне заложило уши. Я с паникой смотрела на Кассиана. Он ничего не видел! Как, черт возьми, он собирался сражаться с этой армией колдунов? Страх и боль закрыли мне горло. Я не могла пошевелиться. И беспомощно лежала.

– Что это? – рядом с нами появился Рубин. Держа меч, он нанес удар в бок колдуну, который подкрался к Кассиану. Кровь хлынула и потекла по его черным штанам.

– Верни Элизу в Лейлин, – сказал Кассиан. – Ей здесь нечего делать.

Вспышка темно-красного света пронеслась по воздуху и поразила Рубина. Он даже не споткнулся. Он просто обернулся. Дэмиан выстрелил в него молнией. Теперь он стоял неподвижно и ждал, что сделает Рубин. Двое смотрели друг на друга несколько секунд, пока битва бушевала над ними. В воздухе разлетелись искры. Мечи встретились с палочками. Проклинали и бормотали контрзаклинания. Рубин поднял руку. Не больше. Стрелы, которые он нес в колчане на спине, ожили и устремились к Дэмиану. Рубин смотрел им вслед, по крайней мере, так же потрясенный, как я и Кассиан. Никто не станет отрицать, что Рубин может творить магию. Я задавалась вопросом, как Ларимар удавалось подавлять эту способность все эти годы. Достаточно было легкого взмаха палочки Дэмиана, и стрелы бесполезно упали на землю.

– Финицио, – воскликнул де Винтер, посылая в воздух ливень синих искр. Внезапно колдуны перестали сражаться. Некоторые из них накинули пальто и улетели. Остальные окружили своего лидера. Виктор с сожалением покачал головой. Они подняли свои палочки, как будто не доверяли миру. Торжественная улыбка расплылась по лицу Дэмиана де Винтера, и осознание этого поразило меня как удар. Он обманул нас. Это уже не было связано с печатью или моим отцом. Де Винтер хотел проверить, обладает ли Рубин магическими способностями. Он достиг этой цели. Рубин все еще смотрел на него и не двигался. Что происходило внутри него? Разве он уже не знал или не подозревал об этом? Понимал ли, что означает эта способность? Я чувствовала себя виноватой. Я не должна была рассказывать де Винтеру о сыне. Не после того, как я узнала, что он сделал с Виктором. Я застонала, когда Мерлин положил руку мне на лоб.

– Полуцио серватум, – мягко сказал он, и боль мгновенно исчезла. Кассиан помог мне встать.

– Если бы я попросил тебя бежать в дом Эриксонов, ты бы это сделала?

– Точно нет.

Кассиан вздохнул.

– Тебе еще мало? Ты такая упрямая.

Колдун со шрамом на лице стоял рядом с Дэмианом и стучал по земле костяной черной палкой. Между двумя сторонами скользнула стена. Она мерцала, как тонкое стекло в лучах раннего солнечного света.

– Печать Нангура! – раздался изумленный крик в рядах магов. – У него печать Нангура. – Некоторые храбрецы прикоснулись к стене, и тонкая пленка осела на их коже.

– Что может сделать эта печать? – тихо спросил Кассиан. Рубин тоже повернулся и вопросительно посмотрел на меня.

– Это щит. Он образует барьер против нежелательных заклинаний.