Настоящий дракон - Валентина Савенко

Переход истаял за спиной. Подлунные земли встретили привычной теплой ночью, напитанной ароматами разнотравья и магией.

Сандр обнял Мерит, прижал к себе. Она уткнулась носом в ворот рубашки, обвила его обеими руками, тихо вздохнула. Напряженная, маленькая, хрупкая и такая храбрая. Сандр лишь мельком видел Науэллов и немного пообщался с уволенной горничной, но ему и этого хватило, а Мерит целую неделю продержалась, ничем себя не выдав, в логове ледяных монстров. Да, ее родичи напоминали именно пещерных тимейров: красивые и холодные снаружи, пока их не трогают. Но стоит только задеть их интересы, как изнутри вырываются настоящие чудовища, злобные и смертельно опасные.

– Все закончилось. – Сандр погладил Мерит по волосам, непослушным и упрямым, как и она сама. – Все позади…

– Зря я… про конюха сказала, – несчастным голосом пробормотала она. – Не сдержалась. Достаточно было просто отречься от них…

– Мерит… – протянул Сандр, пряча улыбку, и поцеловал теплую душистую макушку. – Вовсе не зря, а в самую точку. Скандал с отречением рано или поздно утих бы, забылся, и Науэллы снова принялись бы за свое. И кто знает, сколько бы жизней они порушили, по головам шагая к короне.

Окаменевшие от напряжения плечи и спина Мерит немного расслабились.

– Пожалуй, план Аранхорда был единственно возможным вариантом избавиться от них раз и навсегда, – продолжил Сандр. – И он сработал. Судя по реакции королевской четы и принца, Науэллам теперь не то что короны не видать, их больше ни на один прием или бал не пригласят. Да скорее всего, вообще ко дворцу не подпустят. И двери всех знатных домов захлопнутся перед ними. С такой славой Аматее и Осмонду только и останется, что заползти в свое логово и никогда не высовывать оттуда носа. Кстати, твоя девушка в беде, Полета… Я тут вспомнил, что бабуля как раз искала горничную, как думаешь, она справится?

– Конечно, – наконец улыбнулась Мерит.

– А давай полетаем? Ты станешь драконом, а я научусь как следует управлять своими магическими крыльями… – предложил Сандр.

Управление не требовало особых навыков. Но Мерит нужно было отвлечь.

– Ты соврал. – Мерит отодвинулась, не выпуская его из объятий, заглянула в глаза.

– Не соврал, а несколько хм… недооценил свои возможности.

Глаза Мерит насмешливо блеснули.

– Ты, и недооценил?

Сандр нахально подмигнул.

– Все тлетворное влияние одного бирюзового дракона!

– Я его знаю?

– Отлично знаешь… он еще и ведьма, к тому же лунная ведьма… – Сандр коснулся губ Мерит легким поцелуем, дразняще прикусил ее губу и насмешливо предложил: – Если ты меня обгонишь, я шью вместе с тобой платье для Иниры!

– Бедная Инира! – хихикнула Мерит, видимо, представив плод их совместного творчества.

– А что? – невозмутимо продолжил Сандр. – Когда-то отец в наказание за заваленную шахту отправил меня к специалисту по кольчугам!

Мерит рассмеялась, звонко, от всей души. Сандр никогда не слышал музыки лучше.

– Значит, наперегонки? – Мерит весело посмотрела на него и разжала руки: – Не отставай!

Взмахнув полупрозрачными крыльями, она взмыла к звездам. Секунда, и ее окутал бирюзовый туман, Мерит плавно перетекла в дракона. Мерит – Айлин – его величайшее чудо. Грациозный зверь расправил перепончатые крылья и, паря в воздухе, насмешливо рыкнул:

– Сдаешься?

– И не надейся! – Сандр взлетел к морде дракона, погладил по носу, увернулся от лапы.

Магические крылья слушались отлично. Достаточно было подумать, и они тут же выполняли приказ.

Мерит, фыркнув, понеслась к звездам. Сандр следом. Он не собирался ее обгонять, не хотел. Его захватывали полет и то невероятное чувство свободы, которое он давал. И потому полной неожиданностью стало, когда Мерит внезапно развернулась и, поднырнув под него, пропустила вперед. На лету обернулась девушкой, догнала и игриво поцеловала. Дернулась назад, собираясь улететь. Сандр не дал. Поймал в объятия, со смехом начал целовать ее лоб, щеки, нос, сладкие губы. Мерит шутливо отбивалась. Закружившись в воздухе, они свалились на траву. Мерит оказалась сверху и, победно улыбаясь, чмокнула его в нос.

– Домой! – вскочив на ноги, она расправила смявшуюся юбку бального платья, сердито посмотрела на наряд: – На тряпки пущу!