Наместник - Наталья Белкина

--Вот эта девчонка? Которая не владеет мечом,не обладает силой? Беатриче, как же ты смогла такое сотворить?

--Я защищала свою жизнь и жизнь своегодруга,--уверенно произнесла я, так как правда была на моей стороне.--Но убиватьее я не хотела. Так получилось.

--Что ж. Это делает тебе честь. Убить пса-духане всякий сумеет,--сказал горбун, со значением прищелкнув языком и сноваобратился к Василисе:--Это ты приказала своей собаке убить действующую Первуюнаместницу?

--Я хотела, как лучше!--испуганно закричалата.--Ведь никто из людей не имеет право захватывать скипетр. Разве не так?!

--Так. Но ты не имела право решать это заменя,--с ледяным спокойствием возразил Саргон.

Василиса вскочила. У нее началась истерика.

--Не хочешь ли ты сказать, что...

--Да!--перебил ее Хозяин.--Именно это я и хочусказать. Я лишаю тебя бессмертия и высылаю из этого мира навсегда. Отправляйсяк своим!

--Саргон! Ты не можешь,--вскричала Василиса,изображая на лице античные страсти.--Вспомни! Я же оказала тебе когда-тонеоценимую услугу!

--Очнись, дорогая, когда это было? Твоянеоценимая услуга, пережеванная до романтической чепухи, уже несколько тысячлет пылится в недрах священного писания. Убирайся. И возьми назад свое сердце,оно тебе там пригодится.

Саргон вскинул руку, и маленький огненный шарикпронесся с шипением через зал и влился в грудь Василисы, не оставив никакогоследа на одежде. Она тут же рухнула на колени и, закрыв лицо руками, громкоразрыдалась. Должно быть много слез накопилось у нее с тех пор, как она сталабессердечной. Даже мне в этот момент стало жаль ее, и я на минуту позабыла освоей собственной судьбе.

К ней подошли двое сатурнионов и, взяв подруки, поволокли из зала. Василиса не смела сопротивляться и обреченно висела наруках. Я представила, что возможно и меня так же вот будут изгонять отсюда. Ноя уж, конечно, не буду так унижаться.

За все это время Гавр ни разу не повернулся вмою сторону и седел мрачный, как грозовая туча. Меня его состояниенастораживало и пугало. Однако, все происходящее не позволяло целиком сосредоточитьсяна этом. Лютый Князь обращался к доктору:

--Мне следовало бы рассердиться на тебя и твоюмать, за то что вы помогли занять трон наместничества человеку. Но ваши мотивымне понятны, и я, так и быть, прощаю вас.

--Боюсь, что о моих мотивах ты неверно подумал,Саргон.

--Как? Ты так считаешь? Брось. Мне все известноо твоих безответных чувствах.

Ю-Ю опустил голову и спрятал руки за спину,став похожим на каторжника, потому что на его запястьях все еще были видныкрасные следы от кандалов. Это была поза смирения и повиновения дляприслужников Лютого Князя. А ведь Ю-Ю когда-то служил ему.

--Ты непокорный и неуправляемый, Ундион. Потомучто в тебе течет дикая человеческая кровь. И все же я предлагаю тебе сноваперейти ко мне на службу. Что скажешь?

--Ю-Ю продолжал молчать, глядя в пол. Он совсемзарос, отпустил бороду, а волосы, похожие скорей на встрепанные перья, вырослипочти до сутулых плеч. Зрелище было жалким, что и говорить.

--Тебе верно нужно подумать?

--Конечно, он согласен!--радостно вскричалаЗаварзуза.--Разве он может отказаться от такой величайшей милости!

--Погоди-ка, Матушка,--спокойно перебил ееСаргон.--Это ему решать.

--Нет. Мне не нужно думать. Я приму решениесейчас,--мрачно заявил Ю-Ю.--Я благодарен тебе за оказанное доверие, но не хочуснова доставлять тебе хлопот. Я такой, какой есть, и мне уже не измениться.

--Так ты отказываешься? И что же ты тогданамерен делать?

--Я снова уйду в Мир Людей.

Теперь Саргон, действительно, начал злиться.Его глаза засверкали, как у буйно помешенного. Сидя на корточках на своемтроне, он был схож с гигантской хищной птицей со сложенными за спиной крыльями.

--Что ж! Дело твое!--заявил он.--Но знай:уйдешь к людям - лишу бессмертия навсегда!

Ю-Ю даже на миг не задумался и ответил:

--Значит, я буду смертным.

--Вон отсюда,--уже успокоившись, без нервов,произнес Лютый Князь.

Но тут вскочила Матушка:

--Нет! Саргон! Смилуйся!

Она бросилась к его трону со все прытью, какаямогла только быть у маленькой старушонки, но путь ей преградили бесстрастныесатурнионы.

--Не лишай его бессмертия! Неужели мне придетсянаблюдать, как мой сын будет умирать!

--И что ж,--возразил ей Хозяин.--Тысячи женщинна земле каждый день оплакивают своих детей. Чем ты их лучше?

Матушка все еще пыталась просить сквозь слезы,но ее уволокли прислужники. За ней понуро вышел Ю-Ю.

Я страшно заволновалась. В зале оставалисьтолько мы с Гавром и Яр.

--Теперь, я вижу, моя очередь?--спросил он,поднимаясь с кресла.

У меня бешено забарабанил пульс и задрожаликоленки.

--Ты славный воин, Яр,--сказал Саргон.--Тыверно служил, охраняя границу. Но отлучившись с места службы, ты нарушил нашдоговор, понимаешь?

--Да. Я признаю свою вину.

--Ты знаешь, что тебя ждет за это?

--Да, знаю.

--Мне жаль,--печально сказал горбун и махнулрукой.

--Стоп!--закричала я и вскочила скресла.--Объясните-ка мне, что ждет его?

--Он снова станет смертным и вернется в своймир.

--А как же граница?--спросила я, растерявшись.

--Что-нибудь придумаем,--засмеялся Саргон, аГавр почему-то заскрежетал зубами и, дернув меня за руку, усадил обратно.

--Пусти!--вскочила я опять и отошла от негоподальше.--За что вы его?

--Дочка, успокойся. Все хорошо,--попытался меняурезонить уже сам Яр.

Но напрасно. Я разошлась и от собственнойдерзости и смелости в крови закипел адреналин.

--Он же ни в чем не виноват! Он хотел мнепомочь, когда мне грозила опасность. Это из-за меня!

--Ну, хватит! Да что за день сегодня такой?!!Сплошные бабьи истерики! --раздраженно прервал меня Лютый Князь и снова что-тосказал Гавру на древнем языке.

Выслушав его, мрачный Гавр подошел ко мне и,крепко ухватив за плечо, повел к выходу в противоположную сторону от Яра.

--Подожди!--дернулась я.--Дай хотя быпроститься.

--Зачем еще?--недовольно спросил наместник.

--Ты не понимаешь? Яр был здесь единственным,кто действительно ко мне хорошо относился.