Белый волк - Дэвид Геммел

Диагорас тщательно разработал маршрут и запасся подробными картами местности к северу от Мелликана. На третий день пути он похвалил себя за предусмотрительность. У него имелись названия деревень, где можно было пополнить запасы, имена старост, которых следовало подмазать, и перечень опасных мест. В последний входили горные области на подступах к Пелюсиду, где издавна скрывались разбойничьи шайки. Кроме того, Диагорас собрал все доступные ему сведения о Шакузане Железной Маске. Их было немного, но одна вещь заинтересовала Скилганнона. Три года назад, только что прибыв в Мелликан, Железная Маска дрался на поединке. При этом он пользовался двумя кривыми мечами, которые держал в общих ножнах. На поединке он выказал недюжинную силу: один его удар рассек панцирь и кольчугу под ним, а второй обезглавил противника.

В первый день путники двигались медленно. Добытые Скилганноном кони, хотя и хорошей породы, сильно ослабли и нуждались в частом отдыхе. Пока они стояли в дренайской конюшне, их по распоряжению Диагораса кормили овсом и ежедневно выводили размяться, но в полную силу они далеко еще не вошли. Улучшение стало заметно как раз на третий день.

С близнецами Джаредом и Нианом они встретились на дороге утром второго дня. Братья ехали на лохматых горных лошадках, норовистых и злобных. Те постоянно огрызались на более крупных кавалерийских коней, когда кто-нибудь из них по оплошности всадника оказывался рядом. Из-за этого близнецы большей частью держались поближе к двуколке, которой правил Друсс.

В пути Диагорас все время поглядывал на Гарианну. Она ехала на серой кобыле и сторонилась остальных даже во время стоянок. Она сидела в отдалении и разговаривала сама с собой. Рабалин то и дело приставал к Диагорасу с вопросами. Мальчуган так радовался, что его взяли, что о последствиях не задумывался. Он наслаждался верховой ездой, а по вечерам старательно ухаживал за своим конем, чистил его и гладил. Рабалин был прирожденным наездником и обещал стать хорошим бойцом. Он обладал недурным чувством равновесия, твердой рукой и быстро всему учился.

На четвертый день они достигли богатых железом Кровавых гор. Природа здесь радовала взор разнообразием ярких красок. Красные горы сверкали на утреннем солнце, словно старое золото. К полудню на их склонах залегли зубчатые тени, а вечером, когда солнце закатилось за вершины, горы из красных сделались серыми и грозными.

Настала ночь. Друсс спал на земле у повозки, в стороне от костра, Диагорас сидел со Скилганноном и остальными.

— Перевалы здесь держит горное племя, — сообщил дренай. — Вождя зовут Халид. В нем, кажется, есть надирская кровь, и у него около пятидесяти воинов. За проезд, по моим сведениям, он берет не так много — вернее, брал раньше, когда королевские солдаты не давали ему воли. Не знаю, сколько он запросит теперь.

— Далеко ли еще до перевала? — спросил Скилганнон.

— Завтра к полудню, думаю, доберемся.

— Я поеду вперед и договорюсь с ним.

— Будь осторожен, — предостерег Диагорас, — народ здесь хоть и бедный, но гордый.

— Спасибо, что сказал. Что еще известно тебе о Халиде?

Диагорас заглянул в свои заметки.

— Очень немного. Лет ему около шестидесяти, и сыновей у него не осталось. Он их всех пережил. Податей он не платит. Лет двадцать назад его племя помогло королевскому войску отразить шеракских захватчиков. В награду он получил эту землю и освобождение от налогов. Красивый жест, и только — из этих камней все равно ничего не выжмешь.

— Какую плату он обычно взимает?

— Два медных гроша с головы и один за всех животных: и вьючных, и верховых.

Близнецы в разговоре почти не участвовали, Гарианна и вовсе молчала. Диагорас поднялся на холм и сел там, глядя на горы. Вскоре к нему пришел Рабалин.

— Может, поупражняемся немного? — предложил юноша.

— В темноте опасно, можно пораниться. Лучше утром, до отъезда.

— Расскажи мне про битву при Скельне.

— Я не люблю вспоминать об этом. У меня погибло там много друзей.

— А дома вас встретили с почестями?

— Еще с какими! Мы были героями дня, в буквальном смысле слова. Несколько дней нас носили на руках, потом жизнь вошла в привычное русло, и у людей появились другие развлечения. Солдатам, получившим при Скельне увечья, обещали по двадцать золотых рагов и хорошую пожизненную пенсию. Золота они так и не получили, а пенсии им выплачивают шесть медяков в месяц — как хочешь, так и живи. Некоторые совсем обнищали. Друсс многим из них помогает. Кое-кого он поселил на своей земле и содержит их на доходы со своего хозяйства.