Государство Печали - Мелинда Салисбери

— Почему ты мне не сказала? — начала Иррис, но Каспар заглушил ее.

— Прошу, продолжайте, — сказал он.

— Все в тумане. Помню звон металла. Я выбралась из кровати и сбила лампу. Это их спугнуло. Я вставила ключ в замок, а потом уснула. Только теперь вспомнила, — Печаль не упустила того, что Лувиан побледнел.

Иррис кивнула, сжимая ладонь Печали до боли.

— Не думаю, что мы можем отыскать связь, — сказал Каспар.

— Что нам теперь делать? — спросил Лувиан.

— Вам решать. Если хотите уехать, мы приготовим карету. Если хотите остаться до утра, мы подберем вам новые комнаты и оставим стражу у дверей.

— Я хочу… — Печаль замешкалась.

— Домой, — закончила за нее Иррис. — Я заберу тебя домой, — тихо сказала она, снова сжав ее ладонь.

— Карета будет готова через час, стражи вас сопроводят по пути домой, — сказал Каспар. — И тело стража тоже приготовят для пути.

— Ее звали Дейн. Дейн Уотерс, — сказала Печаль. Она вспомнила добрые глаза Дейн, ее нежный голос. Ее надежды. Он не должен был убивать ее. Он мог оставить ее. Гнев вспыхнул в Печали.

— К ней будут относиться с уважением, — сказал Каспар. — Я приду, когда карета будет готова.

Печаль кивнула, опустив голову. Дейн умерла из-за нее. Она нравилась Печали, хоть и была из стражей порядка. Ей понравилось, что Дейн любила читать, что ее глаза сияли от вкуса сахара. Что она не была жестокой. Печали нравилось, что она ошиблась на ее счет.

— Нам нужно написать ее матери. Мы скажем ее матери, что она может гордиться ею, — сказала Иррис, похлопав по руке Печали.

Печаль вскинула голову, глядя на Лувиана. Она вспомнила слова мужчины.

Мама гордилась бы.

Лувиан покачал головой с мольбой во взгляде, прося ее не говорить.

— Мисс Вентаксис? — сказал Каспар.

Печаль оторвала взгляд от Лувиана и приняла решение, надеясь, что оно верное. Молясь, что она ошибается. Она не думала, что выдержит еще одну утрату сегодня.

— Простите, — сказала она принцу-супругу. — Что вы сказали?

— Я оставлю снаружи стражу, — повторил Каспар с добрым взглядом.

— Я буду благодарна.

— Я скажу отцу, что мы уезжаем, — сказала Иррис Печали. — И сразу же вернусь. Ты будешь в порядке? — Печаль кивнула.

Иррис сжала ее руки и вышла с риллянами из комнаты.

Она слушала, как их шаги затихают, допивая напиток, набираясь сил. Она не думала, что Лувиан навредит ей — он спас ее, хотя мог и сам много раз навредить — и она была рада тому, что стражей можно было позвать, если понадобится. Она надеялась, не понадобится. Надеялась, что ошибалась.

Лувиан едва дождался, пока дверь в конце коридора закроется, и сказал:

— Печаль…

— Ты его знаешь, да? Того Сына Раннона. Вы знаете друг друга.

Он не отрицал это, и это его обрекло.

— Он сказал: «Мама гордилась бы». Твоя мать.

— Это не то, что ты думаешь… Это уже не моя жизнь. Я ушел… — Лувиан вскинул руки.

— Какая жизнь? Кто ты? Мы проверяли тебя и ничего не нашли.

— Печаль, прошу, поверь мне…

— Нет! Звезды, пусть люди перестанут мне это говорить. Скажи, кто ты.

— Не могу.

— Тогда скажи, кто он. Откуда ты знаешь Сыновей Раннона?

— Печаль, я не могу. Я прошу тебя довериться мне.

Печаль посмотрела на него. Она доверила ему. Доверила все. Доверяла ему так же, как Иррис, Расмусу и Шарону. И куда это ее привело? Шарон врал ей всю жизнь. Она врала Расмусу, а теперь и Иррис. Ей надоели секреты и ложь.

— Дейн мертва, — сказала Печаль. — Ты знаешь, кто убил ее. Ты защищаешь их, работаешь с ними.

— Я не…

— Молчи, Лувиан. Ты скрываешь человека, который пытался не меньше четырех раз убить меня. Сына Раннона. Я спрашиваю в последний раз: кто это?

Лувиан покачал головой, шевеля губами без звука, а потом посмотрел на нее большими умоляющими глазами.

— Хорошо, но помни, я дала тебе шанс выйти чистым. Я дала тебе шанс, но ты отказался.

— Печаль, не…

— Помогите! — закричала она. — На помощь!

Лувиан развернулся и побежал.

Стражи ворвались в комнату, через миг в их руках были мечи.

— Что такое?

— Вы его не остановили? — она уставилась на них.

— Кого? Мистера Фэна?

Печаль закрыла лицо руками.

— Он сказал идти к вам, — сказал один из мужчин. — Мы подумали, он побежал за подмогой.

— Он знает напавшего, — сказала Печаль.

Без слов один из стражей выбежал из комнаты, другой остался с Печалью.

Она не удивилась, когда стражи вернулись, и их лидер сказал, что Лувиана не нашли.

Путь в Раннон был долгим, но Шарон не позволял останавливаться дольше, чем на замену лошадей и туалет.

— Я хочу для тебя безопасность, — сказал он. — Пока Фэна не схватят, и мы не узнаем, кто он, и как связан с Сыновьями Раннона.

Она не могла спорить, она могла лишь сжиматься в углу кареты, делая вид, что спит, все время обдумывая произошедшее. Она все потеряла. Расмуса, Лувиана, шанс на брата. Себя. Они двигались по Северным болотам, а она смотрела на лица, которые они проезжали, и искала себя.

Судя по лицу Шарона, он знал, что она делает, и это его ранило, но Печаль не давала этому остановить ее. Они направились в район Восточных болот у порта, там жил Арон Дэй, сын Шарона и брат Иррис. Они останутся в поместье Дэй до выборов.

Она вспоминала все знаки, что Лувиану нельзя было доверять так сильно, как делала она. Его отчаянное желание работать, просьба о собеседовании. То, как он спокойно относился к взлому, как он воровал информацию и картину. То, что он никогда не говорил о себе, о своей семье и своем прошлом.

И он молчал о своей связи с Сыновьями Раннона. Из-за этого умерла Дейн.

Она снова и снова жалела, что позвала стражей, а не выдавила из него правду. Она знала лишь, что до выборов пять недель, а у нее ничего не осталось.

— Мы здесь, — сказал Шарон, врата поместья Дэев открылись.

Они закрылись за ними, железо громыхнуло, и Печаль сдалась тьме, что грозила поглотить ее.