Никогде - Нил Гейман

– Ну же, Охотница! Чего ты ждешь?

Она кивнула, развернулась, взмахнула ногой, как балерина, – и ударила Ричарда в живот. Он упал и откатился в сторону, задыхаясь и хватаясь за живот руками.

– Как ты могла?! – тяжело дыша, воскликнул он.

– А вот так, – отозвалась Охотница и отвернулась.

Ричарду было очень больно. Но боль от ее предательства была еще сильнее.

Мистер Круп и мистер Вандемар не обращали на Ричарда и Охотницу ни малейшего внимания. Мистер Вандемар связывал Двери руки, а мистер Круп спокойно за этим наблюдал.

– Мне бы очень не хотелось, чтобы вы считали нас кровожадными негодяями, – весело сказал мистер Круп. – Мы не собираемся перерезать вам глотку. Мы, в некотором роде, ваш VIP-эскорт.

– Только сисек у нас нет, – смущенно сказал мистер Вандемар.

Мистер Круп повернулся к своему напарнику:

– «Эскорт» означает «сопровождение», мистер Вандемар. Я просто хотел сказать, что мы будем сопровождать юную леди в ее нелегком пути, чтобы с ней ничего не случилось. Не беспокойтесь, я и не думал сравнивать вас ни с дорогостоящей проституткой, ни с уличной шлюхой.

Однако мистер Вандемар не успокоился.

– Ты же сказал: эскорт, – пробормотал он. – А я знаю, что это такое.

– Забудьте об этом, мистер Вандемар. Считайте, что я оговорился. Мы просто будем сопровождать юную леди, охранять ее. Показывать дорогу.

Мистер Вандемар почесал нос кольцом с черепом ворона.

– Ну ладно, – сказал он.

Охотница стояла у стены, отвернувшись от всех. Ричард все еще лежал на полу и, тяжело дыша, корчился от боли. Мистер Круп снова повернулся к Двери и улыбнулся, обнажив зубы.

– Вы поняли, леди Дверь? Мы будем вас охранять. Следить, чтобы с вами ничего не случилось.

Дверь даже не взглянула на него.

– Охотница, – сказала она, – что происходит?

Но та ничего не ответила. Даже не обернулась.

Мистер Круп улыбнулся еще шире.

– Видите ли, прежде чем Охотница согласилась работать на вас, ее нанял наш босс. Нанял для того, чтобы она вас охраняла.

– Мы же тебе говорили, – усмехнулся мистер Вандемар. – Мы же говорили, что среди вас есть предатель. – Он закинул голову назад и протяжно, по-волчьи, завыл.

– Я думала, вы имели в виду маркиза, – сказала Дверь.

В притворной задумчивости мистер Круп почесал свою голову с редкими рыжими волосами.

– Кстати о маркизе. Интересно, куда он подевался? Может, решил отдохнуть, предаться покою? Как вы думаете, мистер Вандемар?

– Да, покою, мистер Круп. Покойнее и быть не может.

Мистер Круп откашлялся, словно собирался читать лекцию, и объявил:

– Да, отныне мы вполне можем называть маркиза покойным. Так что он скорее…

– Мертв, – закончил за него мистер Вандемар. – Мертвее не бывает.

Ричарду наконец-то удалось отдышаться.

– Продажная сволочь! – прохрипел он.

Охотница опустила глаза:

– Ничего личного.

– У кого ключ, который вы забрали у черных монахов? – спросил мистер Круп.

– У меня, – ответил Ричард. – Можете меня обыскать. Впрочем, я сам его отдам.

Он порылся в карманах (в заднем кармане лежало что-то незнакомое и твердое, но сейчас не было времени посмотреть, что это) и достал ключ от своей квартиры. С трудом поднявшись на ноги, он подошел к Крупу и Вандемару.

– Вот он.

Мистер Круп взял у него ключ.

– Вы только подумайте! – воскликнул он, даже не взглянув на ключ. – Право же, я почти готов поддаться на эту уловку, мистер Вандемар. – Он передал ключ своему напарнику.

Мистер Вандемар зажал ключ между большим и указательным пальцами и смял его, словно он был из фольги.

– Тебя снова обманули, – сказал он мистеру Крупу.

– Накажите его, мистер Вандемар, – приказал тот.

– С удовольствием, мистер Круп, – отозвался мистер Вандемар и с силой ударил Ричарда в коленку.

Ричард снова повалился по каменный пол. Откуда-то издалека донесся наставительный голос мистера Вандемара:

– Люди думают, что главное – ударить посильнее. Но это неверно. Чтобы было больно, необязательно бить сильно. Главное – знать, куда бить. Можно ударить совсем чуть-чуть, – например, вот так… – он ударил Ричарда в левое плечо.

Левая рука тут же отнялась. Острая боль разлилась по всему телу. Руку будто охватило пламя или сковало льдом. Или кто-то ткнул в нее электрошокером, включив его на полную мощность. Ричард застонал. А мистер Вандемар продолжил свою лекцию:

– …Но больно будет точно так же, как и от вот такого удара, хотя он и гораздо сильнее… – Он пнул Ричарда в бок.

Ричард вскрикнул и зарыдал. Ему очень хотелось сдержать слезы, но он не смог.

– Ключ у меня, – вмешалась Дверь.

– Если бы у тебя нашелся складной швейцарский нож, – с сожалением сказал мистер Вандемар Ричарду, – я бы тебе показал, что можно с ним вытворять. Впрочем, сгодилась бы и открывалка. И даже та штуковина, с помощью которой выковыривают камни из подков.

– Хватит, мистер Вандемар. Потом расскажете ему про швейцарский нож. Надо проверить, у нее ли статуэтка. – Мистер Круп порылся у Двери в карманах и вскоре вытащил обсидиановую статуэтку Зверя, которую дал ей ангел.

Тут послышался тихий, гортанный голос Охотницы:

– Про меня не забыли? Где то, о чем мы договаривались?

Презрительно фыркнув, мистер Круп бросил ей футляр для удочек. Она поймала его одной рукой.

– Удачной охоты, – сказал мистер Круп.

С этими словами он повернулся, и они с мистером Вандемаром зашагали вниз по лестнице, уводя с собой Дверь. Ричард лежал на полу и смотрел им вслед. Его охватило отчаяние.

Встав на колени, Охотница раскрыла футляр. Глаза у нее сияли.

– Что это? – простонал Ричард. – Тридцать сребреников?

Она медленно вынула копье из футляра и с восхищением провела по нему рукой – так, будто гладила животное.

– Копье, – просто ответила она.

Оно было отлито из красновато-желтого металла, похожего на бронзу. Одна сторона длинного лезвия была очень острой, другая – с зазубринами. На позеленевшем от времени древке выгравированы причудливые узоры, орнаменты, диковинные звери. Копье было футов пять длиной – от острия до конца древка. Охотница гладила его с таким благоговением, словно ничего красивее в жизни не встречала.

– Ты продала Дверь за какое-то копье! – воскликнул Ричард.