Дым и зеркала - Нил Гейман

Ее дыхание участилось.

Лаская языком клитор, завел палец ей в вагину. Она была уже влажной, и палец легко скользнул внутрь.

Его другая рука скользнула по изгибу ее ягодицы и там и застыла.

– Итак. Ты всегда знаешь, что люди думают? Он приподнял голову, губы у него блестели.

– Это немного глупо. А если честно, я не хочу об этом говорить. Ты решишь, что у меня не все дома.

Опустив руку, она пальцем подняла его подбородок, поцеловала в губы, несильно прикусила нижнюю и зубами потянула на себя.

– Ты и так слишком странный. Но мне нравится слушать твой голос. И я хочу знать, что не так, мистер телепат.

Она села рядом с ним на кровать.

– У тебя потрясающая грудь, – сказал он ей. – Правда красивая.

Она скорчила недовольную гримаску.

– Не так хороша, как раньше. И не уходи от темы.

– Я не ухожу от темы. – Он откинулся навзничь. – По-настоящему я читать мысли не умею. Но вроде как умею. Когда я с кем-то в постели. Я знаю, чем они живут.

Забравшись сверху, она села ему на живот.

– Шутишь.

– Нет.

Он нежно провел пальцем по ее клитору. Она заерзала.

– Приятно.

Она отодвинулась на шесть дюймов. Теперь она сидела на его пенисе, который был зажат между ними. И заерзала по нему.

– Я… я обычно… Знаешь, как трудно сосредоточиться, когда ты так делаешь?

– Говори, – велела она. – Продолжай.

– Введи его в себя.

Одной рукой она взяла его пенис, сама чуть приподнялась, и опустилась на него на корточки, вводя в себя головку. Он выгнул спину, толкая его глубже внутрь. Она на мгновение закрыла глаза, но тут же открыла их снова и посмотрела на него в упор.

– Ну?

– Ну просто, когда я трахаюсь или перед самым траханьем, ну… я просто знаю. То, что я, честно говоря, не знаю, то, что не могу знать. То, что даже не хочу знать. Побои. Аборты Сумасшествие. Инцест. Тайные ли они садисты или крадут у своих боссов.

– Например?

Он вошел в нее до конца, двигался взад-вперед очень медленно. Ее ладони лежали у нее на плечах. Подавшись вперед, она поцеловала его в губы.

– И с сексом это тоже получается. Обычно я знаю, насколько хорошо это делаю. В постели. С женщинами. Я знаю, что делать. Мне не нужно спрашивать. Я знаю. Нужно ли ей быть сверху или снизу, госпожой или рабыней. Нужно ли ей, чтобы я раз за разом шептал «Люблю тебя», пока я ее трахаю, и после, когда мы лежим рядом, или ей просто нужно, чтобы я помочился ей в рот. Я становлюсь тем, что она хочет. Вот почему… Господи. Поверить не могу, что я тебе

рассказываю. То есть, вот почему я занялся этим ради заработка.

– Ну да. Натали от тебя без ума. Она и дала мне твой номер.

– Она чудесная. И в отличной форме для ее возраста.

– И что же любит делать Натали? Он ей улыбнулся.

– Профессиональная тайна. Поклялся хранить молчание. Честное скаутское.

– Подожди-ка. – Она с него слезла, перекатилась. – Сзади. Мне хочется сзади.

– Мне следовало бы это знать. – Прозвучало это почти раздраженно.

Встав, он переместился за нее, провел пальцем по мягкой коже на крестце. Завел руку между ее ног, потом взял свой пенис и ввел ей в вагину.

– Очень медленно, – велела она.

Он подал вперед таз, чтобы пенис скользнул внутрь. Она охнула.

– Так хорошо? – спросил он.

– Нет, – ответила она. – Было немного больно, когда он вошел до конца. В следующий раз не так глубоко. Выходит, ты кое-что узнаешь о женщинах, когда их имеешь. И что ты узнал обо мне?

– Ничего особенного. Я большой твой поклонник.

– Избавь меня.

Его рука легла ей поперек груди. Другая коснулась ее губ. Она пососала указательный палец, лизнула.

– Ну не такой уж большой. Я видел тебя в шоу Дэвида Леттермена и подумал, что ты замечательная. Очень остроумная.

– Спасибо.

– Поверить не могу, что мы это делаем.

– Трахаемся?

– Нет. Разговариваем, пока трахаемся.

– Я люблю разговаривать в постели. Но хватит. У меня устают колени.

Выйдя, он сел на кровати.

– Значит, ты знал, о чем думали женщины и чего они хотели? Гм. А с мужчинами получается?

– Не знаю. Я никогда не занимался любовью с мужчиной.

Она уставилась на него во все глаза. Коснулась пальцем лба и провела медленно до подбородка, выводя по ходу загогулину по скуле.

– Но ты такой хорошенький.

– Спасибо.

– И ты шлюха.

– Эскорт, – возразил он.

– К тому же тщеславный.

– Возможно. А ты нет? Она усмехнулась:

– Туше. Итак. Ты не знаешь, чего я сейчас хочу? – Нет.

Она легла на бок.

– Надень презерватив и трахни меня в попку.

– Смазка у тебя есть?

– На тумбочке.

Взяв из ящика презерватив и гель, он раскатил презерватив по пенису.

– Ненавижу презервативы, – сказал он, надевая его. – У меня от них чешется. И я совершенно здоров. Я же показал тебе справку.

– Мне нет до нее дела.

– Просто решил упомянуть. Вот и все.

Он наложил гель вокруг и внутрь ее ануса, потом ввел головку пениса внутрь. Она застонала.

– Так… так хорошо? – Да.

Он закачался на коленях, толкая все глубже. Она при этом ритмично охала.

– Хватит, – сказала она несколько минут спустя.

Он вышел, и, перекатившись на спину, она стянула с его пениса грязный презерватив, бросила его на ковер.

– Теперь можешь кончить, – разрешила она.

– Но я не готов. Мы могли бы заниматься этим еще несколько часов.

– Мне все равно. Кончи мне на живот. – Она ему улыбнулась. – Заставь себя кончить. Сейчас же.

Он помотал головой, но его рука уже возилась с пенисом, дергала взад-вперед, пока из головки ей на грудь и живот не брызнула блестящая белая жидкость.

Опустив руку, она лениво растерла по коже сперму.

– Думаю, теперь тебе пора идти, – сказала она.

– Но ты же не кончила. Разве ты не хочешь, чтобы я помог тебе кончить?

– То, чего хотела, я уже получила.

Он растерянно помотал головой. Его пенис обмяк и съежился.