На темной стороне - Брэндон Мулл

— Я думала, деревянный человечек давно задушил ее, — отозвался второй голос.

Кендра нахмурилась. Когда она приходила к озеру в последний раз, наяды освободили Мендиго. По-прежнему покорный приказам ведьмы Мюриэль, деревянный слуга тут же схватил Кендру и потащил на холм, под которым покоились развалины Забытой часовни.

— Пожалуйста, позовите Лину, — попросила Кендра. — Я принесла подарок, который ей наверняка захочется увидеть.

— Топай отсюда своими уродливыми отростками, — приказал третий голос. — Лина не желает иметь ничего общего с вами, землетопами!

Кендра возвысила голос:

— Лина, я принесла снимок вашего любимого землетопа! Фотографию Пэттона!

— Вырой ямку в земле и зарой ее туда, — ехидно посоветовал первый голос. — Даже такая тупоумная воздухоглоталка, как ты, давно могла бы сообразить, что твое общество здесь нежелательно!

— Состарься и умри! — презрительно фыркнула другая наяда.

— Кендра, подожди! — окликнул ее знакомый голос, мечтательный и напевный.

Кендра увидела Лину; ее лицо плавало у самой поверхности воды. Она выглядела еще моложе, чем в прошлый раз. В черных волосах не осталось ни одной седой пряди.

— Лина, — взмолилась Кендра, — нам нужна ваша помощь.

Лина посмотрела на Кендру темными миндалевидными глазами:

— Ты что-то говорила о фотографии…

— Пэттон на ней очень красивый!

— Что Лине за дело до высохшей старой фотографии? — завизжал другой голос.

Наяды захихикали.

— Что тебе нужно? — вкрадчиво осведомилась Лина.

— Я сильно подозреваю, что Пэттон привез в «Дивное» на хранение еще один артефакт. Речь идет о серьезных артефактах, за которыми охотится Общество Вечерней звезды. Вам что-нибудь об этом известно?

Лина посмотрела Кендре в глаза:

— Помню, Пэттон заставил меня поклясться, что я расскажу об артефакте только в самом крайнем случае… Он так любил всяческие тайны! Как будто они имели хоть какое-то значение!

— Лина, нам очень нужно его найти. «Дивное» на грани гибели!

— Опять? Так ты надеешься узнать от меня об артефакте в обмен на фотографию? А ведь снимок в воде расползется!

— Нет, я не отдам вам фотографию. Только покажу… напомню. Вы давно не видели его лицо?

На секунду ей показалось, что по лицу Лины пробежала тень. Потом вдова стала по-прежнему безмятежной.

— Разве ты не понимаешь, что искать артефакт бессмысленно? Все на свете когда-нибудь кончается. Все преходяще, иллюзорно, временно. Все, что ты можешь мне показать, — плоский образ моего любимого, безжизненное воспоминание. Настоящего Пэттона уже нет. Как и тебя тоже не станет.

— Лина, если ты считаешь, что поиски артефакта в самом деле не имеют никакого смысла, — вмешался дедушка с дальней стороны пирса, — почему бы тебе и не сказать нам, где он спрятан? Для тебя сведения о нем ничего не значат, а для нас здесь и сейчас, в тот короткий промежуток времени, пока мы топчем землю, это очень и очень важно!

— Теперь и старик затявкал, — пожаловалась невидимая наяда.

— Не отвечай ему, Лина! — призвал второй голос. — Прогони его! Не успеешь оглянуться, как он умрет!

Несколько наяд захихикали.

— Лина, неужели ты забыла о нашей дружбе? — спросил дедушка.

— Пожалуйста, скажите! — молила Кендра. — Ради Пэттона! — Она подняла фотографию повыше.

Глаза у Лины расширились. Лицо показалось над поверхностью воды, губы беззвучно шептали имя любимого.

— Не заставляй затаскивать тебя обратно! — предупредила другая наяда.

— Только дотронься до меня, и я снова выйду на землю! — пригрозила Лина, не сводя взгляда со старой черно-белой фотографии в руках Кендры.

Она вздохнула и снова посмотрела Кендре в лицо:

— Хорошо, Кендра. Может быть, Пэттон именно это и имел в виду, говоря о крайнем случае. Он спрятал артефакт в старом доме.

— Где именно?

— Найти его будет нелегко. Попробуйте добраться до самой северной комнаты на третьем этаже. Сейф, в котором хранится артефакт, появляется каждый понедельник, ровно в полдень, всего на одну минуту.

— Есть ли ключ от сейфа?

— Там кодовый замок. Наберите комбинацию: два раза вправо до тридцати трех, двадцать два влево и тридцать один вправо.

Кендра оглянулась на дедушку. Тот записывал цифры.

— Успел? — спросила она.

— Два раза тридцать три вправо, двадцать два влево, тридцать один вправо, — ответил дедушка, бросая на Лину озадаченный взгляд.

Бывшая экономка застенчиво потупилась.

— У меня еще вопрос, — снова заговорила Кендра. — Что Курисок сделал с дядей Пэттона?

— Не знаю, — ответила Лина. — О своем дядюшке Пэттон мне не рассказывал. Я видела, что воспоминания причиняют ему боль, поэтому не спрашивала. Он много раз обещал мне все рассказать… в преклонные годы. Часто повторял, что рано или поздно я все узнаю.

— Значит, о Курисоке вам ничего не известно? — спросила Кендра.

— Только то, что в заповеднике есть такой демон. Возможно, он как-то связан с привидением, поселившимся в старом доме.

— Что еще за привидение?

— Все случилось еще до того, как я покинула родную стихию и утратила бессмертие. Повторяю, подробности мне неизвестны. Несомненно одно: привидение, убившее Маршала, до сих пор обитает в доме. Пэттон спрятал там артефакт, потому что был уверен, что его надежно охраняют.

— Маршал — это дядя Пэттона?

— Да. Маршал Берджесс.

— И последнее. Я насчет серебряной чаши… Ее дала мне Королева фей.

Лина понимающе кивнула.

— Забудь о чаше. Ты сама бросила ее в озеро, и она досталась нам.

— Верните ее, пожалуйста, — попросила Кендра.

Наяды дружно расхохотались.

— С чашей я смогу снова попасть на остров, где находится святилище. Мы надеемся, что Королева фей подскажет нам, как остановить эпидемию!

— А ты подойди поближе, и я тебе ее дам, — поддразнила невидимая наяда.

Несколько голосов захихикали.

— Чаша — их самый драгоценный подарок, — пояснила Лина. — Они… мы… ни за что ее не отдадим. А теперь мне пора. Если я слишком много времени провожу у поверхности воды, мои сестры начинают капризничать.

На глаза Кендры навернулись слезы.

— Лина, вы счастливы?

— Вполне. Сестры помогли мне вернуться в прежнее состояние. Ты очень чуткая девочка; спасибо, что показала мне Пэттона, хотя при виде его портрета у меня заныли старые раны. В ответ на твою доброту я рассказала тебе то, о чем ты просила. Радуйся жизни — тому сроку, что тебе отведен.