Радиация - Aili Kraft

Здание неплохо выглядело, учитывая творящийся вокруг хаос. Штукатурка кое-где обсыпалась, большинство окон было разбито, а в крыше зияла огромная дыра. Забор из металлических прутьев, скрепленных друг с другом сложным узором, кое-где был разрушен и придавлен к земле. На лужайке перед фасадом лежали тела и даже перевернутый танк. Пуленепробиваемый автомобиль президента плавал в мутной воде декоративного бассейна кверху колесами. На крыше зоркий глаз Джосса уловил пулемет, но рядом с оружием никого не оказалось. С одного из балконов свисало тело какого-то политика в дорогом костюме с пробитой головой. Под этим же балконом валялась деревянная трибуна с двумя микрофонами. Изорванный флаг страны, прибитый к фронтону, трепал ветер.

— Здание выглядит пустым, — произнес Яго.

— Не делай поспешных выводов, — предостерег его Джосс. — Внутри могут находиться военные и члены правительства.

Амата покачала головой.

— Сомневаюсь, что они там. Даже если бы и были, то давно дали бы о себе знать. Мы стоим прямо на виду.

— А вдруг там обосновалась группа выживших? — предположила Рита.

— Вот сейчас и проверим. — Амата сняла с плеча автомат. — Смотрите в оба.

— Войдем через парадный вход? — со страхом в голосе уточнила Рита.

— Да, — ответила Амата. — Если там кто-то есть, то охраняются все входы без исключения. Так что нет разницы, в какую дверь войти.

Группа двинулась к широкому мраморному крыльцу. Внутри у Риты все трепетало, и не так от страха, как от восторга. Она и мечтать не смела постоять хотя бы на пороге Дома Правительства, а теперь ей дали возможность войти внутрь. Жаль, что это случилось при таких печальных обстоятельствах.

Корделия, похоже, распрощалась с остатками страха в метро, потому как шла вперед увереннее остальных, и ее лицо выражало готовность к бою. Неважно, с кем придется воевать — с зараженными и людьми, — она будет защищаться и защищать остальных. Ради себя, ради Сэма, ради матери, ради друзей.

Подойдя к дверям, Амата жестом велела всем разойтись в стороны. Прижавшись спиной к стене, она трижды громко постучала. Тишина. Снова — уже сильнее. Никто не отозвался и не открыл огонь. Или люди притаились, а, значит, не настолько отчаянны, чтобы кидаться в бой, или там никого нет.

— Входим! — громко оповестила Амата и пинком распахнула двери. Раньше здесь стоял услужливый швейцар, у которого от подобного взлома остановилось бы сердце. Он и теперь здесь был. Лежал у самых дверей с простреленной головой. Безжизненные глаза смотрели в потолок. — Здравствуй, Дэвид.

Мгновенно забыв о швейцаре, Амата вошла в холл. Остальные зашли следом. Идущий последним Гарри предусмотрительно закрыл за собой двери.

— Эй! — позвала Амата, и Белла тут же спряталась за Риту.

— Совсем спятила?! — шикнул на бесстрашную девушку Гарри. — А если они притаились и целятся в нас откуда-нибудь сверху?

— Да никого здесь нет. — Амата опустила оружие. — Здание так и дышит пустотой.

— Смотрите, как мы заговорили! — усмехнулся Гарри. — Тебе бы поэтом быть.

— Может, я бы и стала им. В другое время.

— Ладно, хватит! — прервал их Джосс. — Стишки будете писать, когда появится время. Сейчас его нет. Надо проверить тут каждый уголок. — Он посмотрел на Амату. — Где искать то, зачем мы сюда столько перлись?

Девушка подняла палец вверх.

— Его кабинет на втором этаже. Там должен быть сейф, где он хранил самые важные бумаги.

— Многие политики хранят их дома, — произнес Гарри, привычно почесывая затылок.

— Только не мой отец. Он считал себя здесь в большей безопасности, чем где-либо, как и свои драгоценные бумаги.

— Шифр-то хоть знаешь? — спросил Джосс.

— Вообще-то… нет.

— Да ты издеваешься! — взорвался мужчина. — Мы тащились сюда через полстраны, потеряли нескольких друзей, чтобы в конце концов постоять около сейфа и уйти назад!?

— Не ори! — повысила голос Амата. — Мы еще даже не видели этот сейф. Может, он вскрыт и пуст, а, может, там ничего полезного. Я никого не звала сюда, ясно?! Вы сами пошли со мной! И не смей винить меня в смерти людей. Мне они были так же дороги, как каждому из нас.

Джосс не нашел, что на это ответить, и замолчал.

Прежде это место сияло чистотой и роскошью, теперь же о них не осталось даже воспоминаний. Повсюду были разбросаны бумаги, со стен сорвали дорогие картины и утоптали их на полу грязными подошвами, хрустальная люстра с оборванными проводами лежала в середине холла, ковер на лестнице был изрезан, на стенах «красовались» непристойные надписи и рисунки. Вандалы потрудились на славу. В полном молчании группа поднималась на второй этаж. Перила кое-где были сломаны, шторы сорваны вместе с гардинами и заброшены в углы, тут и там виднелись дыры от пуль и уже ставшие привычными пятна крови.

— Да здесь произошло настоящее побоище, — пробормотал Райан, осматриваясь.

Никто ему не ответил, но все мысленно согласились. Амата поймала себя на мысли, что боится увидеть отца среди мертвых тел. Как бы она к нему ни относилась, но смерти не желала. Особенно такой жестокой. Большинство убитых даже не обратились, — их застрелили еще до поражения вирусом. Кто-то просто убивал живых людей. Президента и его ближайшего окружения пока не было видно. Подойдя к кабинету отца, Амата остановилась. Дверь была сорвана с петель и валялась в коридоре. Внутри кабинета царил хаос. Портрет президента над его столом висел косо и был изуродован — кто-то нарисовал у него на лице мужской половой орган и подписал внизу нецензурное ругательство. По полу и мебели были разбросаны всевозможные документы, папки и разная канцелярия. Книжный шкаф лежал на полу, а на столе кто-то оставил зловонную кучку.

— Какая мерзость! — поморщилась Корделл.

— Моего отца народ не особо-то любил, — мрачно отозвалась Амата. — Давайте поскорее проверим сейф и уберемся отсюда.

Сейф находился за картой Раллеи, висящей на стене. Карта была разорвана на части, а металлическая дверца с кодовым замком сплошь исцарапана. Кто-то пытался взломать сейф в надежде отыскать там деньги или драгоценности. Под ним на полу лежал стетоскоп, но, похоже, взломщику даже в этом случае не улыбнулась удача.

Амата подошла к сейфу. Отец никогда не подпускал ее к нему. Дескать, там хранится информация, не предназначенная для посторонних. Разумеется, ее, Амату, он к таковым и относил.

— Ну, что, есть догадки? — спросил Джосс.

Амата покачала головой.

— Нет.

— Ну, подумай. Давай начнем с простого? Введи свой день рождения.

Амата усмехнулась.

— Во-первых, — сказала она, —