Портал на Керторию - Александр Дихнов

Что же хотел Уилкинс? Очевидно, об этом не догадывались ни Реналдо, тоже просыпавшийся (но еще медленнее меня), ни Принц, подошедший к мостику откуда-то со стороны… Обернувшись, я поискал ответ на лице самого майора, но, кроме проступающих следов усталости, на нем никаких сообщений не читалось. Пришлось дождаться, пока хозяин «Прометея» сможет адекватно воспринимать действительность…

– Короче говоря, господа, – решительно начал Уилкинс, – сейчас наше положение, как видите, достаточно стабильное. Но мы приближаемся к переломному моменту в ситуации. И я хотел бы… м-м… получить дополнительные полномочия.

– Какого рода? – угрюмо поинтересовался Реналдо, опережая остальных.

– Такого, что до завершения операции я буду отвечать за ее проведение единолично. То есть если кто-либо из вас надумает отдать мне приказ или… тем более… отменить мой собственный, я не буду обязан подчиниться, – любезно пояснил Уилкинс, хотя, по-моему, его и так прекрасно поняли.

Мы – все трое – переглянулись в явном недоумении, и я решил выступить первым:

– Майор, даже если мы дадим запрашиваемое обещание, что помешает нам его потом нарушить? Этого Уилкинс явно ожидал:

– Во-первых, вы все очень серьезно относитесь к собственным обещаниям и никогда их не нарушаете. – Насмешка, прозвучавшая в его словах, была столь явной, что я поразился – неужели майор настолько уверен, будто нам без него не обойтись, и он считает возможным наносить оскорбления безнаказанно? Или он как раз это и проверяет?.. Судя по затянувшейся паузе, такой вариант нельзя было исключать. Но в любом случае Уилкинс ничего не дождался, и я улыбнулся:

– Что же во-вторых?

– Очень просто. Вас трое, и если кто-то соберется передумать, двое других ему не дадут. Прекрасный метод, не правда ли? – Майор чуть шутливо поклонился Принцу, ясно намекая, что пример взят с пресловутой клятвы, которую тот всем нам подсунул.

Его Высочество ограничился пожатием плеч, но я буквально услышал, как он думает: «Напрасно вы, милейший, недооцениваете керторианцев – среди нас и смертельные враги могут помириться ради достижения обоюдной выгоды!» Однако я был склонен согласиться с шефом своих телохранителей – на одного из троих присутствовавших керторианцев он мог рассчитывать всегда, а антагонизм между Принцем и герцогом Венелоа казался чересчур глубоким в сравнении с тривиальной смертельной враждой… Между тем Реналдо решил, что наступила его очередь, и задал вопрос куда более практичный:

– Что произойдет, если мы откажемся?

– Я умываю руки, – не допускающим сомнений тоном отрезал майор и указал в сторону открывавшегося в пустоту иллюминатора. – Если мы избавимся от нескольких тихоходных кораблей, то сможем двигаться со скоростью, не уступающей флоту Рэнда, и таким образом угроза уничтожения в открытом бою со временем отпадет. Убедившись в бесперспективности погони, противник прекратит ее и займет такие позиции, чтобы просто не пускать нас обратно в систему – на околице мы сможем болтаться сколько душе угодно… Разумеется, с военной точки зрения, ситуация получится абсолютно беспросветная, но ее можно будет решать как-то по-другому. Политическими средствами, например, на что вы все, господа, большие мастера. Если желаете, пожалуйста.

М-да. Лишний раз я убедился, что майор Джек Уилкинс чертовски умен. Фактически его речь означала следующее: «Господа, мне прекрасно известно, что эта война вам всем до лампочки – так хотите ли вы ее продолжать? Сейчас я создал условия, при которых можно ответить на этот вопрос спокойно, без всякой угрозы для жизни. Вот и отвечайте!»

Прежде чем вякнуть что-либо в такой момент, я предпочел бы для прочистки мозгов хлопнуть чашку кофе, а то и две. Но пришлось обойтись сигарой – тоже неплохой способ затяжки времени…

Основная беда заключалась в том, что мне по большому счету было все равно. Своей главной цели я достиг, а чем кончится галактическая война: позорным поражением Цина без дальнейшего кровопролития или ничьей после новой серии боев – меня мало волновало… Пожалуй, предпочтительнее всего было бы поступить так, как хотел сам Уилкинс, но… Но я его не понимал. Потому что, с од – ной стороны, своим вызывающим поведением он явно подталкивал нас к словам: «Спасибо, майор, вы свободны», а с другой – я не сомневался, провести подобную операцию едва ли не заветная его мечта… Закрадывалось подозрение, что раздираемый противоречием между собственным желанием и принципами (избегать ненужных потерь), майор пытается в лучших традициях переложить решение с больной головы на здоровую. Для меня это тоже выглядело не худшим выходом, поскольку единственная, без всяких натяжек здоровая голова в радиусе пяти метров принадлежала Его Высочеству.

Только вот Принцу не слишком понравилось, когда взгляды почтеннейшей публики сконцентрировались на его особе, и после небольшого колебания он заметил:

– Не понимаю вас, господа. Я-то ничем тут не командую.

– Кроме японцев, – усмехнулся майор. – А их мое требование тоже касается.

– А разве они плохо выполняют ваши приказы? – в своем стиле, невинно хлопая ресницами, осведомился Принц.

– Но мне нужна уверенность…

– Послушайте, майор, это уж слишком, право слово. Не пытайтесь обманывать обманщика, – беззлобно улыбнулся Принц. – Безусловно, они с удовольствием будут выполнять ваши дальнейшие распоряжения и призовут на мою голову страшнейшие самурайские проклятия, если я им запрещу. Всем же жить хочется. Даже подданным Небесного Владыки.

Достойный ответ. В переводе на язык простой и понятный он означал: «Да делайте вы как хотите! Помните только, что после нашего отбытия из Таксиса, проблема не будет решаться никакими средствами. „Прометей“, „Ямагучи“ и остальные могут хоть дерьмом тут зарасти – никто и пальцем не шелохнет!»

Признаться, я ожидал, что все-таки выскажется Реналдо, но он молчал, и решение снова вернулось в руки Уилкинса, как бы тот его от себя не отпихивал. Разве что, если поверить Принцу, альтернатива выглядела очень сомнительно…

– Вижу, господа, вы не против предоставить мне дополнительные полномочия, – подытожил майор. – Только будьте любезны повторить это еще раз. Вслух.

Нелишняя предосторожность, а заодно и легкая компенсация за неудобство. Вряд ли кому-нибудь из нас было очень приятно произносить: «Да, майор, до конца операции вы можете действовать целиком по собственному усмотрению, располагая всеми подвластными нам ресурсами» – именно такую формулировку выбрал наш знатный казуист – Его Высочество…

Впрочем, после завершения процедуры Уилкинс не поспешил с новыми распоряжениями, продолжая спокойно наблюдать за мониторами, и я воспользовался случаем, чтобы задать один вопросик, пришедший мне в голову незадолго перед сном:

– Майор, а почему на нашем мостике нет монитора тактического компьютера? Или «Прометей» вообще таковым не оборудован?

Реналдо насмешливо хрюкнул, а Уилкинс покривился, как будто я сказал ему гадость или, по крайней мере, оскорбил в лучших чувствах: