Стражи полуночи - Дэвид Уитли

Марк заметил, что Лили проследила за направлением его взгляда. Он сокрушенно вздохнул и повернулся к ней, скрестив руки на груди.

— Судя по всему, мисс Дивайн все тебе рассказала. Я знаю, ты против торговли дистиллированными чувствами. Но подобная торговля не противоречит закону. Всякий имеет право предлагать и приобретать этот товар. Как и любой другой. — Марк пожал плечами. — Глория тратила уйму времени на то, чтобы приобрести очередную дозу. Поэтому я решил избавить ее от лишних хлопот. Товар я всегда брал исключительно у мисс Дивайн. Лучшего не найти во всем городе.

Осмелившись наконец поднять голову, Марк вновь встретил обвиняющий взгляд Лили. Стараясь держаться как можно непринужденнее, он пожал плечами. Ему совершенно ни к чему оправдываться перед этой дерзкой девчонкой, твердил он себе. Он действовал в интересах дела. Обеспечивал себе успех и процветание. Молчание становилось невыносимым. Марк совершенно извелся, теребя собственные манжеты. Ему отчаянно хотелось, чтобы Лили хоть что-нибудь сказала. Но она точно проглотила язык. Наконец Марк решился заговорить вновь:

— Пойми, Глория никак не могла без этого обойтись. Лод быт против, я знаю. Но она ничего не могла с собой поделать. Согласись, лучше ей получать эти снадобья от меня, чем самой рыскать по городу, пытаясь найти их по сходной цене.

— А где их можно купить, кроме как у мисс Дивайн? — подала голос Лили. — В трущобах?

— Понятия не имею.

— О чем еще ты не имеешь понятия? — Голос Лили по-прежнему был спокоен, однако в нем слышались угрожающие нотки.

— Выражайся яснее, прошу тебя.

Марк ощутил острый приступ раздражения. В конце концов, кто она такая, чтобы буравить его глазами и морочить ему голову загадками!

— Наверное, ты не имел понятия о том, что Глории срочно требовалась новая доза. И получить ее, не подвергая себя опасности, она могла только у тебя.

— Нет, вот как раз об этом я был прекрасно осведомлен, — пожат плечами Марк. — Не понимаю только, в чем ты меня упрекаешь. В том, что я не потакаю ее пристрастию? Если всякий раз выдавать ей эти снадобья по первому требованию, она окончательно потеряет голову. И от нее не будет никакого толку.

Марк попытался улыбнуться, но улыбка его мгновенно погасла под гневным взглядом Лили. Она сделала еще шаг по направлению к нему и едва слышно произнесла:

— Да, а тебе нужно, чтобы от Глории был толк. Тебе нужно, чтобы она плясала в твоих руках, как послушная марионетка. Поэтому ты сумел использовать ее пристрастие во благо себе. О том, какой вред причиняешь ей, ты попросту не думал. И когда тебе пришла охота немножко ее подразнить, ты воспользовался самым простым и удобным способом.

В глазах Лили, прежде полыхавших гневом, появился проблеск нового чувства, более всего походившего на отчаяние.

— Скажи мне, что я ошибаюсь, Марк, — взмолилась она, и голос ее дрогнул. — Скажи мне, что все было не так. Скажи, что ты дал Глории то, в чем она так нуждалась, и она отправилась в трущобы по какой-то другой причине. — Лили протянула руку, словно желая коснуться руки Марка, но тут же отдернула ее. — Скажи, что ты ни в чем не виноват!

Марк дернулся как ужаленный.

— А по-твоему, я в чем-то виноват?! — почти выкрикнул он. — Вижу, Глория основательно задурила тебе мозги. Всем известно, по этой части она большая мастерица. Не знаю, что ты там себе вообразила, Лили. Да, честно говоря, и знать не хочу. У меня уйма дел, так что будь любезна…

— Ответь мне, Марк! — потребовала Лили, неожиданно возвысив голос.

Марк пожал плечами, давая понять, что этот разговор изрядно ему надоел.

— Не понимаю, что ты хочешь услышать. Да, прошлым вечером Глория требовала у меня очередную порцию снадобья, а я ей отказал. Я не брал на себя обязательства снабжать ее этой ерундой. В контракте об этом нет ни строчки. Да, иногда я снисходил к ее слабости и делал ей одолжение. Вчера она позволила себе разговаривать со мной в недопустимом тоне, и я ей отказал. Что из этого?

В комнате повисло долгое молчание. Лили, судя по всему, лишилась дара речи. Она медленно подняла руку. В какой-то момент Марку показалось, что она хочет его ударить. Но она опустила руку и подалась назад.

— Значит, она отправилась в трущобы по твоей милости, — сорвалось с ее губ. — Вчера у тебя было скверное настроение. И ты решил сорвать злобу на ком-то еще…

— Да что ты несешь! — взорвался Марк. — Даже если ей пришлось побывать в трущобах, велика важность! Насколько я помню, она не имеет привычки разъезжать в золотых каретах. Очень может быть, гоняясь за своим обожаемым снадобьем, она испачкала платье или башмаки. Конечно, это не слишком приятно, но, уверяю тебя, поправимо…

— Увы, Марк, с ней случилось нечто непоправимое, — тихо произнесла Лили. — Она умерла.

Марк ощутил, как все внутри болезненно сжалось. Лили продолжала, и каждое ее слово впивалось в его душу, как раскаленное жало.

— Надеясь найти то, что ей требовалось, Глория отправилась в трущобы. Ты жил там, Марк, и знаешь, сколько опасностей таит этот квартал. Глория тоже знала это. Но благодаря тебе, мисс Дивайн и таким, как вы, она разучилась чувствовать сама и не могла обойтись без чужих чувств. Она пошла навстречу своей смерти.

— Погоди, погоди…

Стоило Марку немного оправиться после полученного известия, им овладело негодование.

— Не понимаю, почему ты обвиняешь в смерти Глории меня? Глории не повезло, это очень печально. Но если на ее пути встретился какой-то сумасшедший или одуревший от голода бродяга, я тут совершенно ни при чем!

— Ты поступил с ней жестоко, Марк. Поддался своему капризу, не думая о том, что можешь довести ее до отчаяния.

— Откуда мне было знать, что ей взбредет в голову?

Пытаясь дать выход раздражению, Марк со всей силы ударил кулаком по столу и несколько раз глубоко вдохнул.

— Послушай, Лили, я очень сожалею о том, что произошло. Но это всего лишь случайность… Несчастная случайность…

— У всякой случайности есть причина, Марк, — произнесла Лили, и задумчивый ее тон напомнил Марку его прежнюю подругу, на мнение которой он привык полагаться. — Мы в ответе за то, что происходит вокруг нас, и ты знаешь это не хуже меня. — Несколько мгновений Лили молчала, потом заговорила вновь: — Марк, я знаю, не ты нанес Глории смертельный удар ножом. Но тебе известно, почему она отправилась в трущобы. Твои показания могут внести в это дело ясность. В смерти Глории обвиняют одного бездомного бродягу, несостоятельного должника. Он уже заключен в тюрьму. Ты можешь доказать, что обвинения несправедливы. У этого человека есть алиби: за час до заката он пришел в наш Дом милосердия. Если ты сообщишь представителям власти, что на закате Глория была здесь, с тобой, они поймут, что ошибались, и…

— Я не советовал бы вам делать это, сэр.

Услыхав голос Снутворта, Лили и Марк буквально подпрыгнули от неожиданности. Пожилой слуга стоял в дверях. По своему обыкновению, он поднялся по лестнице совершенно бесшумно. При мысли о том, что Снутворт, возможно, подслушал их разговор, Марк сердито нахмурился.