Разрушитель - Алескандер Зайцев

— Раз в сто, не меньше.

Он еще не понимает, к чему я клоню.

— Ваша гениальность позволит хотя бы приблизиться к такому объему в будущем?

— Нет. Во-первых, там отличные мастера, во-вторых, у них есть то, чего нет больше ни у кого в подгорном царстве. — Ранний успех не вскружил юноше голову, мыслит он в верном ключе.

— Вы догадываетесь, что я хочу предложить?

— Неужели? — Шарис замирает, глядя на развернутый сверток.

— Я не могу ждать возвращения тана или весточки от него. Вы уверены, что сами не можете принять решение?

— Я не имею права заключать подобные сделки. Но все же рискну. Я согласен!

— Не подтвержденная главой клана, будет ли она действительна?

— Слово мастера неизменно, и клан будет вынужден его соблюдать. Потом меня, может, ждет изгнание за это, но, — а у него чистый взгляд, — такой шанс — это раз в жизни! Вы готовы прямо сейчас поехать в город и оформить сделку в местном отделении республиканского банка?

— Это лучший вариант. — Мне это очень подходит.

— Только надо заглянуть в одно место по пути ненадолго. — Что-то тут явно не так просто. Уж не плюнет ли он на все устои? Гении, особенно молодые, они мало соблюдают правила. Не зреет ли в его голове план грабежа?

— Хорошо, зайдем. — Если попытаются причинить вред, то личное дело их родни — какие памятники ставить на могилки.

Заведя в небольшую рукотворную пещеру, Шарис оставил меня одного у ничем не примечательного валуна из темного гранита. Сам же он поспешно убежал по петляющим, низким коридорам. Настораживает, пробую, как выходят «хашти» из ножен. Нападения я не боялся, больше напрягало, как найти потом отсюда выход, желательно в обход поместья.

Появившийся из тьмы неосвещенного туннеля Шарис с немалого размера тесаком в руке мило улыбался. За его спиной шли еще четверо, все уже далеко в летах. Молодость уговорила старость? Наверно, правду говорят: «Чем старше, тем ближе к детству». Убивать стариков, пожалуй, не буду, устрою показательную трепку и все, но больше всех достанется уже знакомому Горгану.

— Мы не можем передать такую долю завода в чужие руки, — начал разговор незнакомый мне дварф, тяжело опирающийся на древний, как он сам, бердыш. — Но и выпустить из рук то, о чем нам рассказал молодой Шарис, мы не можем. Сама судьба дает нашему роду шанс стать великим.

Как обидно, для любого самого гнусного поступка всегда найдется объяснение. А я-то надеялся на легендарную честность подгорного народа.

— У нас только один выход. Вытяни ладони вперед. — Предложение Горгана означает отпустить рукояти мечей. В то время как Шарис стоит в характерной стойке секущего удара, отведя тесак немного за спину.

Чему их учила жизнь, если даже в таком возрасте они думают, что сталь решает все? Отпускаю «хашти», протягивая открытые ладони. Резкий взмах молодого дварфа не заставляет отдернуть руки. Это не удар на поражение, а что-то другое. Стремительным бликом проносится сталь, едва касаясь кожи, оставляя за собой маленькую рану. Шипением пузырятся капельки крови, упавшие на ставший багровым гранитный камень. С тяжелым звоном лопается клинок тесака, разламываясь на тонкие, не толще волоса, пласты кованой стали.

— Ох моя седая борода! — Хватается за волосы Горган. — Мы-то всего-навсего хотели провести ритуал, сделавший бы тебя из гостя со-кланом. Всего лишь окропить родовой камень твоей кровью и все. Просто традиция.

— А получили. — Тяжело вздыхает заговоривший первым старейшина, опускаясь на одно колено. Его примеру следуют и остальные. — Не случалось еще такого в подгорном царстве. Клан Корина именем пресветлого Дьюина нарекает Эх Даг Ора наследником танского пояса! Поручителями сего выступают многомудрые старейшины рода: Фанфис Серебряный Пояс, Горган Могучий Топор, Нарталь Зыбкое Марево и я, Дарин Пылающий Горн. При свидетельстве младшего мастера Шариса Золотой Бочонок. Да будет так, и сами горы слышат нас. — Глухой подземный толчок ударяет по ногам. Ничего себе подтверждение. Но мне это совсем не надо!

— А можно отказаться? — Надеюсь, это не смертельное оскорбление.

— Не знаю, был бы рад, будь такая возможность. Но горы сказали «да». — Как же горы, знаю я одну личность с подходящим чувством юмора.

— В мои планы не входит ничего подобного!

— Клан не смеет задерживать своего наследника. Вы вольны идти куда угодно, как только тан Корин прибудет к родовому камню, с него будет снят танский пояс. Если вас не будет на месте, то в ваше отсутствие родом будет управлять со-тан — управляющий, назначенный вами.

— Думал, слово «наследник» подразумевает нечто другое. Что когда-то в необозримом будущем, после смерти нынешнего тана, мне оденут пояс.

— Увы, не так. Нас самих не радуют перемены. Но мудрый Дьюрин наказывает нас за излишнюю поспешность и жадность. — Ох, они еще и верующие или хотят ими казаться.

— Никогда еще подгорный клан не подчинялся человеку. Видно, грядут перемены!

— Получается, вы теперь мои подданные?

— Не только мы, но и весь клан, — согласно кивает Дарин.

— Так значит, никаких сделок не надо, ему и так пивоварня принадлежит?! — Встрявший в разговор старших Шарис тут же получает по загривку обухом.

— Не перебивай старших! Но мысль твоя верна, вся собственность рода теперь и твоя, человек. — Как неохотно он кланяется, через силу.

— Я не человек. — Секреты рода для любого тангара священны, ничем не рискую.

— Не обманывай меня, — Дарин сокрушенно качает головой, — это плохо, врать своим. А я рунный маг, — а то мне не заметно! — и прекрасно вижу тебя.

С их самомнением явно придется что-то делать, но потом как-нибудь. Подождет. А вот то, что старейшины униженно себя чувствуют, это в моих силах исправить:

— Я не люблю повторять! И никогда не лгу своим! — Своды пещеры гулко вибрируют в такт словам. — Я не человек.

Второй раз подгорный мир видит меня без щитов.

— Кто ты? — Пораженный рунный маг еще не встречал таких рисунков силы.

— Я неведомое. — Лишний туман не повредит. — Я есть ЭРМ!

Фи, нельзя так удивляться, даже не поклонились, застыв изваяниями в бликах багрового света.