Тайный час - Скотт Вестерфельд

— Они все еще здесь, вдалеке.

— Затаились, хочешь сказать. Боятся. Рекс лежал,прижавшись затылком к капоту

автомобиля Мелиссы и подперев голову рукой. Она понюхалавоздух.

— Нет, тут что-то еще.

Этот разговор происходил два дня спустя после явлениявоспламеняющей в Змеиной яме. Окутанная синевой пустыня выглядела так, словнопо этой твердой, спекшейся земле никогда не ступала ничья нога. Необъятныйпростор на вкус был сухим и одиноким — что-то вроде смеси измельченного мела спеском. Но Мелисса все же ощущала, что за горами по другую сторону Гремучейкотловины прячутся темняки.

— Они ждут, — сказала она.

— Чего?

Мелисса пожала плечами. Ведь это был всего лишь привкус, неболее того.

— Ждут развития событий, я бы так сказала.

— Наверное, они до сих пор в шоке, — проговорилРекс. — Лично я точно в шоке.

Мелисса покачала головой:

— Нет. Они ее ждали.

— Ты шутишь?

Мелисса открыла глаза и обернувшись, посмотрела на старогодруга.

— Ты никогда не ощущал темняков на вкус, Рекс. Можетбыть, для того чтобы их понять, надо быть эмпатом или телепатом, но они непохожи на нас. — Она лежала рядом с ним на земле и смотрела налуну. — Они такие старые, такие перепуганные…

— Неделю назад я бы их пугливыми не назвал, —хмыкнул Рекс. — Скорее наоборот, они сами хоть кого могли напугать.

Мелисса улыбнулась. Две ночи назад она почувствовала, какжутко Рекс боится пауков. Этот страх был глубоким и неосознанным, как вседетские фобии.

— Их прогнали на край света, Рекс. Они зажаты внутриединственного часа в сутках. Им грозит свет дня, огонь, математика, эра новойтехники. Их пугают и заставляют прятаться существа, которых они раньше кушалина завтрак. В буквальном смысле слова.

— Наверное, это так.

— А я знаю точно, что это именно так. Я их чувствую,это исходит от них. Мы — их страшный сон, Рекс. Мы, хитроумные люди, с нашимиорудиями, цифрами и огнем. Маленькие обезьяны, которые в один прекрасный деньначали охотиться на них и не пожелали отступать. С тех самых пор, как онискрылись внутри тайного часа, они не переставали бояться. Они даже знали, хотьи страшились этого знания, — знали, что настанет время, когда мы разыщемих и во времени синевы. Вот так же ты всегда точно знаешь, что где-то у тебяпод полом крадется паук и хочет подползти к тебе.

Она почувствовала, что у Рекса по спине побежали мурашки, ихихикнула.

— Пожалуйста, перестань, — взмолился Рекс. —Я, между прочим, в твои страшные сны не заглядываю, Ковбойша.

— Тебе везет, — фыркнула она и продолжала: — Таквот, в глубине своих черных-пречерных душ темняки всегда знали, что появитсяДжессика. Придет воспламеняющая и лишит их последнего убежища.

— Поэтому они так стремились убить ее.

— «Стремились»? — негромко переспросила Мелисса иулыбнулась.

Мелисса и здесь, на другом краю пустыни, ощущала ихненависть, холодную и непоколебимую. Эта ненависть была горькой и ясной, каквкус химического карандаша на кончике языка. В том разуме, который затаился загорами, не было беспомощности и глупости. Там были спокойствие и готовность.Будучи зверями, темняки поначалу атаковали вслепую, как и положено животным, ноони вовсе не были побеждены окончательно. Постоянная параноидальная готовностьк бою исходила от каждого из мрачных, темных, древних разумов.

Они готовились к этому дню десять тысяч лет.

И они снова явятся за Джессикой Дэй.

Весь тайный час, от начала до конца, Рекс с Мелиссой провелив Гремучей котловине. Они ждали, чтобы посмотреть, не осмелятся ли темнякивернуться.