Мое проклятие. Право на счастье - Алиса Ардова

Богиня мягко рассмеялась собственной шутке, но никто ее не поддержал — веселиться не хотелось. Тео, уставившись в одну точку, подавленно молчал. Вольпен сокрушенно качал головой. Кариффа сурово хмурилась. А у меня возник очередной вопрос:

— Вы не рассказали о медальоне Нэталины, который она отдала любовнику. Что с ним случилось?

— Амулет Нареченной Дня так и не нашли, а без него артефакт наместницы Сэйти Аэрэ оказался бесполезен. Он не принес Горту власти даже над Тьмой, что уж говорить о других стихиях. И в Сердце Ночи Айар, как ни пытался, попасть не сумел. Единственное, для чего медальон пригодился, это поиск уцелевших жриц. Саэрам не дано видеть свет души, а заключенный в подвеске камень «чувствовал» тех, кто связан со мной…

— И начинал светиться, — пробормотала я, вспоминая, как шла к постаменту, на котором лежал великолепный темно-фиолетовый самоцвет, — медленно, чуть дыша, завороженная блеском разгоравшихся в его глубине серебристых звезд.

— Да. — Сва скривилась и горько посетовала: — Год за годом я вынуждена была наблюдать, как созданный мной амулет несет гибель моим девочкам. И не могла его даже уничтожить.

Богиня замолчала, и Вольпен, уже несколько секунд нервно ерзавший на месте, поспешил этим воспользоваться.

— Что такое «свет души»? — выпалил он, порывисто наклоняясь вперед.

— Терпение — ключ, отпирающий любую дверь, — сварливо проскрипела Кариффа, и я вдруг подумала, что они с Иравит обязательно найдут общий язык. — Если Великая пожелает, сама все объяснит.

— Объясню, — согласилась Сва, мимолетно улыбнувшись моей бывшей наставнице, — но не сейчас. Всему свое время, мальчик. Тебе предстоит многое узнать и еще большему научиться.

— Император говорил однажды, что отец Саварда нашел в архиве какие-то записи и прочитал, как распознать «проклятую кровь», — вернулась к интересующей меня теме. — «Старый надежный способ, забытый за ненадобностью», — так он сказал.

— Амулет, — кивнула Сва, — они отыскали именно его. После того как Горт с сыном решили, что уничтожили всех жриц, артефакт Нэталины с сопроводительной запиской — на всякий случай — поместили в главное имперское хранилище. Там его и обнаружил Игерд Крэаз, а потом научил Раиэсса с его помощью испытывать будущих наид в обители.

— Меня тоже заставили пройти проверку. — Невольно поежилась, мысленно переносясь в маленькую круглую комнату с постаментом, — я ведь тогда даже не представляла, что меня ждет впереди и выйду ли я вообще оттуда живой. — Только камень, кажется, испортился.

— Не испортился, Катя, — возразила Верховная, — просто отдал всю силу другому артефакту — парному, владелицу которого он мгновенно почувствовал и признал.

— Медальон Одри могла достать только сама Нареченная Дня, и тем не менее он не просто дался в руки, но практически заставил взять его… — я обстоятельно перечисляла все известные мне факты. — Медальон Нэтты добровольно передал хранившуюся в нем энергию. Стихии всегда относились ко мне вполне по-дружески, берегли и охраняли как «свою». Нэталину порталом выбросило на Землю, туда, где возродилась душа Нареченной Дня. И эта… женщина должна была забрать у любовницы Горта ваше имя, благословение, силу и каким-то образом попасть со всем «отвоеванным добром» на Эргор…

— Да! Теперь ты поняла?

Богиня сияла, а мне в это мгновение хотелось ее придушить, как ни кощунственно это звучало.

— О чем вы говорите? — Вольпен переводил любопытный взгляд с меня на богиню.

— Что это значит, Кэти? — А вот Теомер смотрел только на меня. Внимательно. Требовательно.

Кариффа не стала ничего спрашивать, лишь чуть заметно вскинула брови.

— Великая имеет в виду, что в моем земном теле как раз и воплотилась душа Оделфри, — пояснила, чувствуя, что на меня нисходит какое-то странное спокойствие, почти безразличие. — Вот только интересно, то происшествие на свадьбе и проклятие — случайность? Или все подстроено заранее, чтобы я смогла забрать у Натальи Владимировны имя, благословение, силу и перенестись в ваш мир?

Сва отвела взгляд. Не больше чем на миг, но этого оказалось достаточно.

— Значит, моя жизнь предопределена заранее? — С трудом сглотнула вязкий ком, неожиданно застрявший в горле. — И что бы я ни делала, как бы себя ни вела, каждый год, день, минута приближали знакомство со Светой и Натальей Владимировной, появление Артема, свадьбу и… проклятие? И вы с самого начала знали это?

— Не все так просто, девочка. — Теперь богиня снова смотрела прямо на меня, открыто и строго. — Мне не дано влиять на то, что происходит в чужих мирах. Там правят другие боги и действуют свои законы. Я имею право только наблюдать. Вы всегда были связаны — нравится тебе это или нет — еще на Эргоре. Вернее, не вы, а Нэталина и Оделфри. Как две избранные, как Нареченная Дня и Нареченная Ночи, как Утешающая и Карающая. Но мое вмешательство в последнее заклятие Одри сплело ваши судьбы еще крепче, это верно. Каждый шаг Нэтты там, на Земле, вел ее к встрече с тобой… Вернее, с воплотившейся душой старой подруги, — исправилась Верховная. — Хотя сама она об этом не подозревала и подчинила свою жизнь иной цели.

— Какой?

— Возвращению на Эргор, конечно, — слова Верховной только подтвердили появившееся у меня предположение.

— С первого мгновения своей земной жизни Нэталина мечтала лишь об одном — вернуться к своему обожаемому Горту. Она не сомневалась, что сумеет пройти по петле времени и попасть обратно в тот день и час, когда ушла. Но для этого требовалась дополнительная энергия… Много энергии, очень много. Ее собственных сил не хватило бы даже на открытие пространственного портала, не говоря уже о временном. Нэтта нуждалась в помощнике, вернее, помощнице с кровью жрицы. И существовал единственный способ ее обрести. Надеюсь, ты понимаешь какой?

— Дочь… — Я прикрыла глаза, пытаясь справиться с волнением. — У нее не получилось, да? Девочке не передались способности матери? Или… родился мальчик?

— Жриц учат в случае крайней необходимости заранее влиять на пол ребенка, если только отец не саэр. Дело в другом — на Земле очень слабые одаренные. Нэталина подобрала самого сильного из возможных кандидатов и… все-таки потерпела неудачу. Маша оказалась «пустышкой». Больше Нэтте не суждено было иметь детей. Тогда она набралась терпения, вырастила дочь и нашла ей подходящего мужа. Кажется, юные родители так не радовались известию о внезапной беременности, как будущая счастливая бабушка…

— И… — Я даже дышать перестала в ожидании ответа.

— Света родилась самой обыкновенной. Ни капли дара.

— Такой удар, — не сдержавшись, буркнула язвительно.

— Сокрушительный, — совершенно серьезно подтвердила Сва. — Не представляешь, как Наталья Владимировна ждала эту малышку, как предвкушала ее появление, мечтая, что в ней наконец-то проснется кровь жриц. Когда этого не произошло, она связала все свои чаяния со следующей внучкой… или внучками. Ведь Маше не исполнилось еще и двадцати.