Пламя в твоих руках - Марина Эльденберт

Ай!

Вот все-таки нельзя к этому привыкнуть. Сначала вспыхнул его огонь — внутри, и тут же отозвался мой. Ладони запульсировали, становясь горяченными, от пальцев до плеч прокатилось приятное тепло. Замерцали искры, и спустя мгновение взметнулись огненные язычки. От его пальцев к моим, от моих к его. Я смотрела, как сливаются воедино две родственные стихии — отражения нашей сущности. Смотрела и не могла наглядеться.

— Почему я искрю, а у тебя все спокойно?

— Нестабильная магия. Так всегда бывает в первые месяцы.

Месяцы?!

— Сейчас твой огонь следует за моим как ведомый. Тебе нужно научиться вести его самой. И контролировать — это самое сложное.

— Контролировать пламя? Разве это возможно?!

— Возможно, иначе города пришлось бы оберегать от иртханов.

Сдавленно фыркнула, хотя от его шуточки снова стало не по себе. То есть умом я понимаю, что, пока Рэйнар рядом, ничего страшного не случится. А когда его рядом нет? Что, если я все-таки что-нибудь подпалю? Или кого-нибудь? Не могла эта стихия проснуться чуточку позже, хотя бы после прослушивания? Мало мне было ментальной магии и приказов, с ними еще не разобрались.

— А случаи самовозгорания — явление частое?

— Нет. Обычно те, кто наделен такой силой, умеют ей управлять.

Меня определенно настораживает слово «обычно».

И вообще, мог бы сказать, что такого не бывает.

Ведь не бывает же?

— Леона…

— А? — зачем-то обернулась, хотя спокойно могла посмотреть ему в глаза через стекло, в ясное холодное небо.

— Посмотри на себя.

Медленно подчинилась. Подняла взгляд и увидела иртханессу. Радужка плескалась огненно-рыжими переливами, разгораясь и переходя в раскаленное золото. Зрачок медленно вытягивался в вертикаль. Сказать, что это завораживало — значит, ничего не сказать.

— Ох…

— Ты прекрасна. — Голос Рэйнара, согретый его дыханием, будоражащей лаской прокатился по шее.

Пальцы иртхана скользнули по моей скуле, потянулась за ними и замерла.

Не мигая, смотрела на бьющийся во мне огонь. Пляшущий в ладонях, отражающийся в глазах цветом. Мой огонь, огонь моего рода. Но… Если моя магия настолько сильна, как он говорит, значит ли, что…

— Это поможет найти моего отца?

— Скорее сузит круг поиска. Подозреваю, что в твоем роду были правящие.

Правящие?! Нет, я, конечно, собиралась покопаться в истории иртханов-аристократов, но не настолько глубоко. Правда, тогда я думала о Рагране, но может статься, мой отец вообще из Аронгары. Или еще откуда-нибудь. Зингсприд — столица, которую ежегодно посещают миллионы туристов. В том числе и высокородных.

— Несколько поколений назад либо их прямые потомки. Определить, к какой именно ветке ты относишься, пока невозможно. Разве что сличать кровь каждого с похожим огнем. Твоя мать по-прежнему главный ключ к твоему происхождению. Узнаем ее имя — узнаем все.

— Погоди, но разве я должна управлять огненной стихией? Ведь желтый…

— У твоего пламени не изначальный цвет.

— То есть?

— В прошлом браки заключались по цветам пламени, но потом в результате массового переселения после цунами, полностью поглотившего материк Хтарра, огни начали смешиваться.

О чем-то таком я тоже читала. То есть читала о том, что сейчас у иртханов главное — чистота крови, именно на нее смотрят при заключении династических браков.

— Хочешь сказать, что я и здесь серединка на половинку?

Да, это многое объясняет. Потому что желтое пламя — это воздух и пески, о которых я помнила из файлов Вэйлара. Есть в этом что-то ненормальное. Что-то, что все время хочет разделить меня на две части. То есть я наполовину иртханесса, а теперь еще и наполовину алая, наполовину желтая.

— Не совсем так. Если два равных по силе огня постоянно смешивать, постепенно они сольются в один. Алые и желтые так часто образовывали пары, что возник новый огонь. Его называют рыжим, или цветом истинного пламени.

С рыжим у меня отношения как-то не складываются, так что цвет истинного пламени мне нравится куда больше. Перевела взгляд на пляшущие над нашими ладонями язычки. И правда в пламени Рэйнара было больше алых оттенков, в моем — рыж… в общем, цвета истинного пламени.

— Из-за двойственной природы стихий, которые ему отзываются — огня и воздуха.

Двойственной?! Мне бы с одной для начала разобраться.

Зато теперь я точно знаю, как выглядит вспышка на солнце. В памяти мелькнуло смутное воспоминание. Вспышка на солнце, вспышка на солнце… ох да, точно! Кажется, именно это пришло мне в голову, когда я подумала про волосы Вэйлара. Волосы волосами, а огонь? Неужели такой же, как у меня? Тогда понятно, почему он меня почувствовал на юбилее! Или нет?

— У Вэйлара такое же пламя?

Вопрос сорвался с губ раньше, чем я успела его остановить. Согревающее тепло подпалило кончики пальцев. Языки пламени взметнулись выше, напоследок предупреждающе ласково лизнули запястья и растаяли. Глаза Рэйнара сверкнули алым.

— Да. Сильнейший истинный Аронгары. После отставки Аррингсхана займет место правящего в Зингсприде. В столице много сильных семей, но вряд ли кто-то осмелится бросить ему вызов. Если бы не возраст, Рингисхарр вполне мог бы претендовать на Председателя Совета.

— Вызов? Зачем?

— Магический поединок был и остается единственным способом проверки сильнейшего. В случае если на место правящего два претендента набрали одинаковое количество голосов и они равны по силе, Совет может назначить такое решение вопроса. А теперь, если мы закончили с посторонними вопросами, — голос его похолодел еще на несколько градусов, — перейдем к практике.

С посторонними, так с посторонними. Наш разговор, вообще-то, начался с моей семьи, ну да ладно.

— Сосредоточься. И приступай.

Развернула ладони вверх и посмотрела на них: ладони как ладони. Только подрагивают слегка. Мысленно вернулась к ощущениям, с которых все начиналось: тепло. Кажется. В холодном поту сложно управляться с огнем, но придется постараться. В конце концов, если я не справлюсь с этим страхом сейчас, не справлюсь уже никогда! Давай, Леона, соберись. Подумаешь, всего-то один раз большого дракона напугала. Чуть не подпалила себе джинсы и костюм Рэйнару. Это было давно, почти вечность назад, то есть вчера. Я сказала, соберись, трясущееся получешуйчатое!

Завтра на прослушивании ты будешь одна. И на сцене тоже.

— Любой огонь начинается с эмоции.

— Разве я не должна держать эмоции под контролем?

— Если хочешь заставить пламя отступить.

Хм. О чем бы таком подумать?.. А, вот. О том, что посторонними вопросами великих учителей отвлекать нельзя. Стоило задуматься, как в центре ладоней слабо запульсировало. Отлично, я на верном пути! Потянулась за этим чувством, прикрыв глаза, и руки начали разогреваться. Тепло покатилось по пальцам, перепрыгивая с одного на другой, потекло в запястья, перекинулось на плечи. Я развела ладони в стороны, представляя, как загорается мой первый самостоятельный огонек. Все у меня получится, и…