Стрела Габинчи - Алекс Орлов

На крыльце проводник передал гостей широкоплечему солдату с бритой головой и широким мечом в ножнах. На нем были мягкие степняцкие сапоги без шпор, в которых он бесшумно передвигался по запутанным коридорам замка.

Короба эта запутанность коридоров ничуть не удивляла, он понимал, что даже в собственном доме Гуттер не забывал о том, что и сюда могли ворваться его враги.

Просторный зал, в котором хозяин ждал гостей, открылся для них совершенно неожиданно, хотя Лефлер бывал здесь и раньше.

Выйдя вперед, он снял запыленную шляпу и, бросив ее на большой сундук, огляделся.

– С тобой никогда не знаешь, Гуттер, из-за какого угла ты появишься! – сказал он.

Хозяин крепости засмеялся, подошел к Лефлеру, и они обнялись, как показалось Коробу, без особой сердечности.

– Подходи к камину, садись. И человек твой тоже пусть подходит. У меня тут все запросто, без церемоний, ты же знаешь.

– Да, конечно. Это мой верный солдат, сержант Короб, – представил Лефлер своего спутника, и Короб подошел к камину на пару шагов ближе, однако остановился на достаточном удалении, чтобы его не приняли за невежу.

Телохранитель Гуттера подставил ему стул, сержант поблагодарил его и сел, положив шляпу на колени.

Лефлер и Гуттер расположились возле разгоравшегося огня. Это было не лишним – за толщей многочисленных каменных стен оказалось не так тепло, как снаружи.

– Ну что, спокойно тут у тебя? – спросил Лефлер, начиная беседу издалека.

– Как видишь. На ближних дорогах я не появляюсь, а там, где появляюсь, делаю это через раз, а то и реже.

– Умно, – одобрительно кивнул Лефлер. – Ты всегда был осторожным. Пожалуй, даже самым осторожным из всех нас.

Появились трое слуг. Они поставили к камину столик и начали расставлять блюда с жареным мясом и свежей зеленью.

– Ты, наверное, голоден?

– О да, мы отмахали едва ли не тридцать миль, чтобы оказаться у тебя засветло, – ответил Лефлер и принял у слуги смоченную в горячей воде салфетку, чтобы вытереть руки.

К мясу принесли соус и сыр, а затем белое и красное вино.

Коробу тоже поставили столик и подали жареную утку и большую кружку светлого пива.

– Ты, я вижу, продолжаешь подправлять свою пещеру, – заметил Лефлер, пережевывая сочное мясо и отмечая стоявшие на полках серебряные статуэтки, золотые кубки и подвешенные на панелях гобелены.

– Жалко перековывать все это в металл, решил, пусть пока постоит так. Заодно и глазу приятно.

– Правильно, ты же не последний кусок доедаешь.

– Не последний, – улыбнулся Гуттер.

Наблюдавший за ними Короб невольно сравнивал своего командира с Гуттером. Разбойник был пониже ростом, с черными волосами, едва тронутыми сединой, зато лицо его носило следы давних ранений, а красноватый нос и обвисшие щеки выдавали любителя вина.

Лефлер был полностью сед, но выглядел моложе. Он чаще Гуттера садился в седло и брал в руки меч, оттого казался живее.

Но была у этих двоих и некая общая черта. Когда они вели беседу, то сутулились и щурили глаза, словно прицеливаясь друг в друга. В их жестах и позах сквозило напряжение, далекое от дружеского расположения, Короб отчетливо видел это.

– Ты и твой сержант выглядите так, будто за вами кто-то гнался…

– Как раз об этом я и хотел с тобой поговорить.

Лефлер вытер губы салфеткой и, взяв бокал с белым вином, слегка пригубил его.

– Охотник-одиночка. Он появился словно из ниоткуда, никто из моих людей не видел его прежде.