Маневры неудачников - Сергей Мусаниф

— В итоге все пошло вразнос, и получилось именно так, как и предсказывал оракул скаари, — задумчиво сказал я. — Более того, своими действиями вы сыграли на руку этому пророчеству, потому что, если бы не эта ваша операция, на станции не было бы двух военных кораблей, которые и разнесли ее в клочья.

— Искусственный космический объект можно уничтожить десятком способов, — сказал Визерс — Феникс выбрал один из самых простых.

— Тут что-то не вяжется, — сказал я. — Что-то в этой схеме неправильно.

— Ты быстро соображаешь, Алекс. Скажи мне, что же в этой схеме неправильно?

— Я.

Визерс довольно щелкнул пальцами. У него был вид учителя, чей любимый ученик только что доказал сложную теорему.

— Воины клана Кридона присутствовали на станции с самого начала, — сказал я. — Если цель операции была в том, чтобы захватить живого регрессора, а Кридон считает таковым меня, почему же он меня так просто отпустил?

— Верно. Кридон солгал кому-то из нас. Либо тебе, когда называл тебя «другим», либо он лгал мне все то время, когда утверждал, что разделяет идеи Слияния.

— Вы идиоты, — сказал я. — Вам не приходило в голову, что скаари просто использовали это ваше Слияние, чтобы развязать войну? Что не было никакого пророчества оракула? Кридон заставил вас стянуть военные силы в нейтральную зону, где находилось его консульство и где он обладал определенной свободой маневра. Он знал, что Диган — единственный кленнонец, кто контролирует ситуацию, а Дигану свернули шею. Боец скаари может свернуть шею кленнонцу, не так ли? Скаари поимели вас всех и втравили в войну, которая играет на руку Гегемонии. А меня Кридон отпустил, потому что на самом деле считает меня регрессором и думает, что я способен еще ослабить человечество и сделать его легкой добычей.

— А теперь скажи мне, какую роль в этой теории заговора ты отводишь Фениксу.

— Агент влияния скаари?

— Действующий на ослабление человечества, — согласился Визерс — Да, такое вполне может быть. А кто же тогда регрессор?

— С чего ты взял, что они вообще существуют? — спросил я. — Не удивлюсь, если об их существовании вы узнали от скаари.

— Да, первыми об этом заговорили они, — подтвердил Визерс — Получив эту информацию, мы сопоставили ее с другими имеющимися в нашем распоряжении фактами и вывели теорию равновесия.

— То есть вполне может быть, что регрессоры не существуют, — сказал я. — Что это дезинформация, которую вам все время скармливала Гегемония, устраивая дымовую завесу над своими истинными намерениями.

— Регрессоры существуют, — сказал Визерс — По крайней мере, они существуют среди самих скаари. Да и корабль-разрушитель трудно списывать со счетов.

— Но что, если «другие» — это Немезида не всех разумных рас, а именно ящеров? — уточнил я. — И они воспользовались этой идеей, чтобы заморочить вам голову. Пока вы с вашим Слиянием гонялись за призраками, в галактике началась война, ставящая под угрозу существование обеих человеческих цивилизаций.

Визерс устало потер лицо руками.

— Не считай себя гением, в одну минуту сообразившим то, над чем я думаю несколько последних лет, — сказал он. — Все это может быть так, как ты говоришь, и поэтому мне был нужен живой Феникс. Он — ключ к пониманию сути происходящего.

— Сколько народу в этом вашем Слиянии?

— Тех, кто знает об истинных целях, немного, — сказал Визерс — Это не организация, а группы высокопоставленных офицеров Альянса и Империи. Разумеется, ни Генеральная Ассамблея, ни император Таррен Второй ничего о нашей деятельности не знают.

— И как это согласуется с твоей службой в СБА?

— Слияние не делает ничего такого, что могло бы пойти человечеству во вред, — сказал Визерс.

— Это не считая того, что вы спровоцировали начало войны между Империей и Альянсом.

— Она бы все равно началась, — сказал Визерс — Мы лишь пытались понять процессы более сложные, нежели просто политика.

— А какое отношение ко всему этому имеет та работа, которую ты пытаешься сосватать мне? — спросил я. — Спасение попавшей в беду леди и все такое…

— Внутренние игры СБА, — сказал Визерс — Генерал Корбен имеет другие взгляды на ситуацию. В то время как я пытаюсь выяснить, что происходит, и спасти человечество, он желает просто выиграть войну и уничтожить Кленнон. Его идефикс — переиграть кленнонцев на поприще генной инженерии и вывести суперсолдат, для чего ему требуется особый генный материал. Кира и еще несколько моих сотрудников, которых я очень тщательно отбирал, являются носителями такого материала, и, в то время как я пытался использовать их способности, Корбен видит в них только объекты для научных экспериментов. Когда нам не удалось уладить наши разногласия официальными путями, он перешел к действиям. Кира не первая, кто попал в его руки, но остальных мне уже не спасти. Под каждого такого уникума Корбен создавал отдельную лабораторию, но только о лаборатории на Тайгере мы успели узнать, для кого она создавалась, прежде чем Киру разобрали на атомы. Но у нас всего часов сорок до того, как они начнут это делать… — Визерс вздохнул. — Я решу вопрос с Корбеном, но на это потребуется время, которого у Киры нет.

— Почему спасти ее должен именно я?

— Я тебе уже объяснил, — сказал Визерс — К тому же Корбен достаточно близок ко мне и наверняка попытается сыграть на опережение.

— Я думал, ты тут один такой гений.

— Когда ты уже поймешь, что я тебе не враг? — спросил Визерс — Посмотри, сколько всего я тебе рассказал. Как думаешь, зачем?

— Только об этом и думаю, — признался я.

— Сейчас я играю в открытую, — сказал Визерс — Играю честно. Ты не нужен мне в качестве слепого оружия, ты нужен мне как человек, играющий в моей команде. Добровольно согласившийся на сотрудничество и понимающий, что к чему.

— Вот как раз с пониманием, что к чему, у меня большие проблемы, — сказал я. — Происходящее кажется мне несвязанным набором событий, логика которых от меня ускользает.

— Это нормально, — сказал Визерс — Представь себе, что ты находишься в трюме парусного судна, попавшего в шторм. Корабль мотает по волнам, тебя бросает от борта к борту, то и дело в твою сторону летят незакрепленные предметы… Ты вынужден реагировать, и ты реагируешь, но общей картины происходящего тебе не видно. Ты не знаешь, куда плывет корабль и какие опасности поджидают его на выбранном курсе.

— А ты, видимо, в этой метафоре стоишь у штурвала.

— Во время шторма от рулевого тоже немного толку, — сказал Визерс — Его действия могут спасти корабль, а могут и погубить, но он тоже не видит всего.

— Мне не нравится в трюме.

— Со временем ты сможешь из него выбраться, — сказал Визерс — Если будешь играть в моей команде, конечно.

— Зачем я тебе? Не в данной ситуации, когда речь идет о спасении Киры, а вообще.