Религер. Последний довод - Денис Бурмистров

Кто еще остается? Нечаев? Иванов? Колеров? Ни с кем близких отношений не было и быть не могло, слишком разные мировоззрения, несмотря на то, что бились когда-то бок о бок.

Волков убрал телефон, привалился плечом к ларьку и неторопливо закурил, наблюдая сквозь дым за молящимся Илиясом. Когда огонек, с сухим треском поедающий табак, добрался до фильтра, мистирианин выплюнул окурок в мятую урну, вдохнул полной грудью холодный осенний воздух. Вернулся в салон, бесцеремонно выключив музыку.

– Поехали на Горбатку, к рынку. Переодеться нужно.

– А потом? – спросил бланцы. Ему явно надоело катать одноглазого по городу.

– Потом будет потом. Поехали, – Волков не собирался посвящать парня в свои планы. Все, что требовалось от Илияса – это держать над Егором «купол», прикрывающий от ненужного внимания. Все остальное – его, Феникса, дело.

В глубоких карманах потертой армейской куртки оливкового цвета скучно гремела оставшаяся после покупки одежды мелочь. Однотонные черные штаны свободного покроя непривычно трепыхались на ветру, шлепая по тяжелым осенним ботинкам с завышенным берцем. На голове, нависая козырьком над нахмуренными бровями, восседала серая кепка-хулиганка.

Волков походил на кого угодно, но только не на религера мистириан, обожающих костюмы и черные дорогие авто. Теперешняя одежда позволит попасть туда, куда приходилось лезть за неимением иных вариантов – в резиденцию небольшой ордалианской секты, организованной Калиной.

Егор, прогуливающийся возле продуктового магазина неподалеку от высотного дома, остановился и, засунув руки в карманы штанов, покачался на пятках.

Отсюда, сквозь голые ветви скривившейся сирени, было отлично видно неприметное двухэтажное здание, обнесенное забором из железных прутьев. Бывшая средняя школа, ныне – место, где может скрываться та, которая способна ответить на многие вопросы и произвести, наконец, расчет по накопившимся долгам.

Проблемой было то, что на первом этаже школы, ютились группы семейного досуга, разнообразные кружки и курсы. Это был излюбленный метод расположения резиденций у некоторых сект – в заселенном доме, в работающей школе или больнице, в здании, где много детей и женщин. Это давало какую-то гарантию, что враги не пойдут на открытый штурм, побоятся покрошить невинные души. К тому же, никто так не замечал странных людей, как матери и дети. По их поведению, как по поведению вспугнутых с веток птиц, можно понять многое из того, что творится вокруг.

Волков не собирался штурмовать старую школу. Не в его положении играть в крестоносца, взбирающегося на стены Иерусалима. Придется идти тихо, максимально долго стараться остаться неузнанным. Увы, подобных навыков не прививали старые Наставники в Школах, но с толикой мозгов все может получиться. Главное, рассчитать все верно.

Как ни странно, основную проблему для опытного религера представлял охранник, сидящий в стеклянной будке на входе у калитки. Несмотря на довольно условный забор, пусть и высотой в два метра, но удобный для того, чтобы перелезть, идти таким путем было нельзя. Школа располагалась в центре большого двора, сжатого с обеих сторон длинными высотками и отлично просматривалась гуляющими жильцами и случайными прохожими. К тому же, Волков заметил несколько камер, расположенных на углах здания. Нужно думать, что если их не просматривает охранник, то уж точно инспектируют члены секты. То есть, остается самый неудобный путь – через калитку, мимо сторожа. И только так.

Конечно, можно дождаться ночи, когда первый этаж опустеет и из двора уберутся по своим квартирам люди. Но время, судя по всему, не ждет, а лишних пяти-шести часов может и не быть. Город лихорадило, религер то и дело ощущал отголоски используемых Даров. Так что, до ночи может произойти что-то непоправимое. Он просто обязан если не найти Калину до Схода, то хотя бы узнать, где и когда собираются Старшие.

Илияс остался ждать в машине на стоянке за углом. Парень оказался действительно способным и без труда скрывал «куполом» Егора, даже не видя его. Впрочем, Волков не обольщался – иной помощи, в случае чего, от бланцы ждать не приходилось, он ни на мизинец не сделает больше, чем от него требовала договоренность с Агнией.

Егор подошел чуть ближе к забору, закурил. Некоторое время наблюдал то за охранником, то за безжизненно висящими плотными шторами на втором этаже, в вотчине Калины.

Охранником оказался маленький старичок со щеткой усов и живыми маленькими глазками. Типовой сторож, дотошный и памятливый.

Все входящие и выходящие через калитку пользовались электронными карточками-пропусками, которые открывали дверь на пружине. Те, у кого карточки не было, долго и продолжительно общались с охранником, ожидая, пока он позвонит по красному телефону к ожидающим визита хозяевам. Получив одобрение, сторож выписывал пропуск, который после забирал обратно.

В общем, на дурачка не проскочить.

Волков окинул взглядом местность. Обычный двор – качели, скамейки, стоянка.

Стоп. А вот это может сработать.

Буквально в нескольких шагах от будки стояла припаркованная иномарка с любовно протертыми дисками. Что, если незаметно вызвать срабатывание сигнализации? Быть может, охранник отвлечется? Выйдет из будки? И тогда появится шанс увязаться за кем-нибудь и прошмыгнуть внутрь?

Егор закрутил головой, высматривая идущих в здание школы людей. Главное не упустить момент!

Некоторое время, как назло, никто не собирался входить в калитку. Религер несколько раз менял позиции, стараясь не мозолить глаза возможным наблюдателям из окон. Нашел хороший булыжник, который теперь нервно гладил в кармане куртки.

Время шло, но никто не спешил в секции и кружки.

Но вот, когда одноглазый уже начал придумывать альтернативные пути проникновения, из-за угла вырулила дородная мамаша в необъятном плаще, держащая за руку упирающееся чадо. Пухлощекий мальчик, насупившись, стоически переносил скоростную гонку за мамой, был похож на попавшего в плен, но не сдавшего своих партизана.

Судя по вектору движения, их путь лежал как раз в школу.

«За этими не только я, но и еще два-три человека прошмыгнут», – заметил Егор, – «Теперь бы только не облажаться».

Мамаша приближалась со скоростью литерного поезда, отдувалась и рассерженно пыхтела, словно настоящий паровоз. Мальчик-прицеп цеплялся ботинками за асфальт и желал свободы.

Егор сжал камень в кармане, примериваясь взглядом к расстоянию броска.

Только бы сработало, а то ведь охранник может и не отвлечься.

Женщина поравнялась с ним, не обращая внимание на невзрачного мужчину с повязкой на глазу, протопала мимо.

Волков потащил камень из кармана, разворачиваясь в сторону машины…

– Милок, – раздался из-за спины дребезжащий старческий голос, и кто-то подергал его за рукав, мягко, но настойчиво. – Милок, подсоби.

Чертыхнувшись сквозь зубы, Егор оглянулся. Чтобы увидеть собеседника, ему пришлось опустить голову.