Генетический шторм - Вадим Денисов

– Звонить будем, командир? – прозвучало за спиной.

– А? – очнулся я. – Куда, ты о чем?

Вот тут уж госпожа Ковтун не выдержала.

Встав в бойцовскую стойку, она начала вещать нехорошим официальным голосом:

– По телефону! Это уже никуда не годится, товарищ Залетин! Не понимаете? Видите ли, Игорь Викторович, в последние часы вы демонстрируете удивительную, вопиющую безалаберность! Что с вами такое, что происходит? Устали, задумались, что-то гнетет? Тогда давайте встанем где-нибудь, поспите, перезагрузитесь! Мы так влипнем куда-нибудь, и очень скоро.

Напрочь забыл, когда и кто меня в последний раз так отчитывал! А тут стоял и хлопал глазами.

– Игорь, давай-ка, садись за руль, отдохни, – в оконцовку заявила Линна, – а я буду наблюдать, выходить из машины и осматривать. В любом случае, в таком режиме мы не можем продолжать экспедицию. Просто не можем.

Сначала я пошел в реальный завод – что она меня тут чепушит, мужское взыграло! Но сразу сбросил запал, по делу говорит баба. Сам виноват.

– Все нормально, Линна, все нормально… Действительно, что-то я лажаю. Хорошо ты меня тряхнула.

– Кофе принести, командир? – как ни в чем не бывало спросила напарница.

Я кивнул, допинг нужен, но не алкоголь. Несколько раз глубоко вздохнув – кислород в избытке порой лучше любого торчева, – я потряс головой, словно отгоняя дурные и несвоевременные мысли, что в данном случае одно и то же. Хороша женщина, по-мудрому вот ее замуж и взять бы.

Амба, работаем! И что тут за телефон-то?

Незамеченный мной ядовито-зеленый аппарат (как это могло случиться!), стоящий на полке у дивана, выглядел несерьезно, примитивно – «совок» на одну линию, без кнопок или старого наборного диска, его поставили недавно, уже новые хозяева бункера. Вот и провод, они тупо пробили отверстие наружу, замазали… А снаружи? Выйдя в туннель, я присел на корточки, посветил внизу фонарем – точно, шнур! И тянется он, дорогой ты наш остолоп Гарик, с самого начала туннеля, лежит вдоль отбойной бровки. Ехали мы, значит, ехали, ты ничего не видел, да и не собирался смотреть, о тайном думал, о глобальном, о судьбах мира. Разведчик, твою душу.

Меня похлопали по плечу, протянули крышечку от термоса с ароматным напитком.

– Вот, Линна, смотри, еще и это прочавкал, – честно сообщил я, не поднимаясь. – Провод на виду лежит, тянется в сторону входа, откуда приехали.

– Я вот думаю, почему все-таки они бутыли не убрали? – задумалась Линна, тактично не замечая моего позднего раскаяния.

– Времени просто не было. Пустому убежать можно, он успевал выскочить и спрятаться, а вот с грузом уже никак, побоялся запалиться.

– Тогда почему носильщик в схроне не закрылся?

Я усмехнулся, почесал пистолетом другую руку, вспомнил и убрал «ТТ» в кобуру. От, зараза, косячник… может, точно, поспать малеха?

– Ты же все равно остановилась бы.

– Точно, остановилась бы, – улыбнулась Линна. – И пошла бы осматривать. И провод бы новый нашла. А они правильно планировали, металл обычный, вряд ли пулю в упор выдержит. Пошли звонить…

Дождавшись, когда на другом конце снимут трубку (мне почему-то показалось, что звонка ждали, уж больно быстро труба была схвачена), я начал так, как и положено в смутные времена:

– Алло, кто на проводе?

– А это хто? – почти сразу же отозвался басовитый молодой голосок, беспокойный, напуганный, но не желающий этого показывать.

– Представьтесь-ка, молодой человек! – начальственно рявкнул я. – Здесь вам не случайный абонент МТС, а официальный представитель администрации Адлерского района Залетин! С кем я говорю?

А вот и первая пауза.

– Па-па-а! – наконец заорал в сторону ломающийся басок. – Па-па-а!

Понятно…

Вскоре трубку взял другой человек.

– Вы хде? – гениально спросил мужик-жгун.

– В какой-то каменной беде! – весело молвил я, подмигивая Линне. – Фамилия!

– Гаврус Яков, – разродился наконец собеседник.

– Хороший у вас схрон, деловой, товарищ Гаврус. Сообщаю: обследовали, приняли комиссионно. Значит, так, мы осуществляем разведку трассы, смотрим на соседей, оцениваем обстановку. Надо бы поговорить, так я думаю. Заходите в туннель, два человека максимум, будем ждать вас у машины, возле арки въезда. Оружие можете с собой брать, если боитесь, а вот поднимать его не надо. Все поняли?

А вот и вторая пауза.

– Ладушки, выйдем, что ж не выйти… А вы точно из этой… администрации?

Развернув машину, Линна подвела «Диско» к жерлу, где мы стали ожидать аборигенов-схронщиков, не выходя из машины.

– Знаете, Игорь, – абсурдно переходя на «вы», задумчиво начала Линна, – а ведь у меня есть свой способ определять, на кого какая генка подействует.

Опа-на, научные версии в разведгруппе! Забавно.

– Откуда корни? – поощрил я.

– Давние личные и не личные наблюдения. Вы ведь были в «южной загранице», в частности в Греции, Турции, Египте?..

– Ну, бывал кое-где из перечисленного, естественно, – ответствовал я без особого энтузиазма. – Больше не хотелось бы, не впечатлило.

– Сейчас это не важно… – непринужденно отмахнулась она. – Обратили внимание, какие там узкие улочки, какие маленькие лавки, элементы декора, архитектурные формы? Это один из маркеров феномена. Очень показательно, ведь зачастую улицы узки даже там, где в округе вполне хватает свободного места. Казалось бы, стройся, не хочу! Если в Европе таковое обстоятельство чаще всего определено «замковым прошлым», то в рассматриваемом случае мы имеем нечто иное. Тесное и маленькое буквально все, в том числе высота потолков и зданий!

Я напрягся, силясь вспомнить. А что? Вот Корфу, например… Ну да, так и есть.

Напарница продолжила:

– Мне было бы немыслимо представить, что придется всю жизнь прожить в квартире, в окнах которой – старая обшарпанная стена в полутора метрах напротив, шваброй можно дотянуться. А они ничего, не смущаются.

– И где тут место для идентификации генок?

– Секундочку… Как выяснилось, южные люди вообще не боятся тесноты, мало того, они ее сами ищут. Вот у северян «личная безопасная зона» не менее метра, это как бы ваше внутреннее пространство и, если кто-то заходит в этот диаметр, вы чувствуете себя несколько некомфортно, не так ли?

А вот теперь я понял, куда она клонит.

– Не, наверное, все же чуть поменьше… – Я мысленно прикинул, хм, надо будет засечь при случае.

– Опять скажу – не суть важно, главное в том, что вы воспринимаете появление в этом диаметре другого человека как некое вторжение.

– Естественно, че там. Кстати, Линна, в криминальных кругах, к которым я имел честь прикасаться профессионально, такое проникновение практикуется как индикатор возможного отпора – «отвалить или пригасить».