Хранимая - Кира Бег

– Это невозможно, – разочарованно выдохнул Дик. То есть про яд он поверил сразу, а про выздоровление и слышать не хочет? Стало обидно за Эля.

– Почему? – кажется, мой голос звучит увереннее. Самую малость, но хоть что-то.

– Рита, нет противоядия, и невозможно вывести из организма, – как маленькой, повторил Лари. Да что ж они помирать-то собрались? Достали! Надо вставать с кровати и ловить отравителя, а не стенать на разные голоса!

– Но у нас есть Эль! Ой! Эль, ты сам как, в порядке?

– Я поправлюсь. Спасибо, Хранимая, – отозвался Эль из кресла.

– Но ты можешь лечить только своего Хранимого, – выдал Лари. Вот же упёртый! Ему говорят, жить будешь, а он всё помирает. Почему-то была твёрдая уверенность, что мы выкарабкаемся.

– Не путай меня с выведенной магами пародией на Хранителей! – грозно прошипел Эль.

Все посмотрели на него, и как-то сама собой пришла мысль, что даже в таком состоянии он способен на многое. Глаза горят, волосы шевелятся. Того и гляди, клыки полезут. И чего он сорвался?

Ой, он же мои чувства воспринимает! А я тут лежу раздраженная, едва ли не в драку с этими дураками лезу. А Эль уставший. Так, Рита, надо успокаиваться за двоих. Вдох-выдох. Солнышко светит, птички поют. Вдох-выдох. Вот и вернулась забытая в прошлом мире привычка разговаривать сама с собой. Я хмыкнула про себя.

Эль стал возвращаться к обычному человеческому виду. Лари и Дик с явным облегчением выдохнули.

– Это всё равно, что сравнивать новорожденного котёнка домашней кошки и дикого, свободного льва в самом расцвете сил. Один тебя перешибёт лапой, просто проходя мимо, и не заметит. А второй максимум – жалобно обмяукает издалека, – уже спокойнее выдал Хранитель.

– То есть, ты хочешь сказать…

– Дик, Хранители в силах отвести, а то и вылечить смерть, – в очередной раз попытался объяснить Эль. – А ты говоришь про какой-то яд, изобретённый человеком. Чтоб ты знал, в природе есть вещества намного хуже, и с ними всеми я бы справился. Да, мне пришлось тяжело, ведь вас было трое. Но сейчас вашим жизням ничего не угрожает. Слабость скоро пройдет, от яда не осталось и следа. Более того, после этого случая должен выработаться слабый, но все-таки иммунитет к нему.

– Но почему ты смог воздействовать на нас? – уже спокойнее спросил Дик. Я почти слышала, как в его голове крутятся и щелкают шестерёнки мыслей.

– Потому, что вы дороги Рите, – устало пожал плечами Эль. Так, с этой темой пора завязывать.

– Мальчики, а давайте мы попозже всё обсудим, а? Голова совсем не варит, Эль с ног валится. И спать так хочется… – я как по заказу зевнула во все тридцать два.

– Действительно, Эль, ты чего там сидишь? Давай к нам! У Дика кровати хорошие, полк уложить можно, – Лари слабо улыбался.

– А что с Советом? От меня три дня не было вестей. Должны были объявить розыск…

– Не узнавал. Мне не до того было. Я вообще не выходил из этой комнаты, и вам ближайшие два дня не советую.

Дик замолк. Действительно, Эль нас три дня с того света вытягивал, а ему до сих пор никто даже "спасибо" не сказал.

– Благодарю тебя, друг, – произнес Дик, глядя, как Эль нетвердой походкой добирается до кровати.

– Спасибо, Эль, – эхом откликнулся Лари.

– Сочтёмся, – буркнул Эль (нахватался же от меня словечек!) и заполз между мной и эльфом. Я этому в тайне порадовалась, хотелось и дальше лежать рядом с Диком и держать его за руку. На другие нежности нас пока не хватит.

В следующий раз я проснулась в сумерках. Дик и Лари мирно посапывали по бокам. Эль обернулся Малышом и спал в ногах. А мне предстояло решить сложную задачку. Как выползти с кровати, никого не потревожив?

Через десять минут я смогла встать на четвереньки. Дверь в ванную была слева от кровати, поэтому я решила пробраться к ногам эльфа и там спуститься.

В последний момент руки подогнулись, и я кубарем полетела с кровати, задев при этом Лари по ногам. Эльф подскочил, Эль обернулся собой и сонно щурился с кровати. А Дика разбудил грохот. И вот лежу я на полу, потираю ушибы, а на меня с высоты кровати любуются трое озадаченных мужчин.

– Рита, ты в порядке? – Дик смотрел на меня с тревогой.

– Что случилось? – спросил Лари.

– Сейчас помогу, Хранимая, – Эль спустил ноги с кровати.

– Эль, не вздумай! Это просто ушиб, я его переживу, честно. Мальчики, простите. Я не хотела вас будить.

– Тебя что-то встревожило? – и кто из них это спросил? А, не важно!

– Да, меня тревожит, что я до сих пор не добралась до ванной! Вы как хотите, а я направляюсь туда! – буркнула я.

Поднялась на ноги, опираясь на кровать. Чуть постояла, пока не убедилась, что ноги держат. И походкой заправского пьяницы побрела в туалет. Лари фыркнул.

Вернувшись в комнату, я обнаружила, что Лари дремлет, Малыш крепко спит, свернувшись калачиком посреди одеяла, а Дик сидит на краю кровати.

– Я тоже туда, – хмыкнул он и побрёл в ванную.

Я устроилась в кресле возле столика и налила воды из кувшина в один из стоявших тут же бокалов. Есть пока не хотелось. Но, вероятно, аппетит скоро проснется. И как быть?

Эль сказал не выходить из комнаты. Мне казалось это логичным. Если слуги увидят, что мы живы, но больны, будут шептаться об этом. Так и до отравителя дойдет! И наверняка у него сообщники в доме, кто-то должен был отравить еду.

Вернувшись, Дик немного посидел рядом, но его быстро сморил сон, и я уговорила его лечь обратно. Я связана с Элем и потому поправлюсь быстро, остальных же Хранитель лечил "извне", и восстанавливать силы организма им придётся самим.

Я листала найденный в комнате сборник легенд и пыталась понять, что же меня смущает. Мальчики мирно дрыхли на подушках, изредка ворочаясь. Что же не так?

– Тишина, – произнес Эль с кровати. Он сидел, скрестив ноги, и смотрел на меня. Странно, но внезапно раздавшийся в тишине голос меня не напугал. Я каким-то чувством поняла, что Эль проснулся, и невольно ждала его обычного приветствия.

– Доброе утро, Хранимая, – Эль светло улыбнулся, когда я подняла на него взгляд.

– Здравствуй, Хранитель. Спасибо тебе. И за меня, и за них, – я кивнула на спящих приятелей.

– Я для этого создан. Я угадал, тебя беспокоит тишина?

– Наверное, – неуверенно потянула я.

Действительно, в жилом доме всегда много звуков. Снуёт по коридорам прислуга, доносятся голоса, иногда громко что-нибудь двигают или роняют. Я ни разу, как очнулась, не слышала шагов за дверью, к нам не стучались служанки, чтобы прибрать. А ведь обычно они ломились в дверь как минимум дважды в день! И меня это раньше жутко раздражало. Теперь же никто не беспокоит, и это пугает.