Особое условие - Франциска Вудворт

— Что ж, раз нам придётся некоторое время быть его жёнами, может, поговорим?

— С какой стати мне с тобой разговаривать? — высокомерно бросила женщина в ответ.

— Хотя бы потому, что как только Довлат вернётся, я начну кричать, что знаю про его обещание избавиться от меня. Как думаешь, он обрадуется?

— Я тебе язык отрежу, стерва!

— А я бы тебе не рекомендовала делать этого. Моя семья занимает высокое положение. Мой брат Иррилий был дипломатом на переговорах при заключении договора с Асдором. Если он узнает, что меня покалечили, то поднимет весь Асдор и эльфов. У нашей семьи слишком большое влияние. Если надо, то он и армию приведёт к стенам Игенборга, или самых лучших наёмников наймёт и те на кусочки порежут твоего Довлата. Средств у нашей семьи на это хватит. Лучше расскажи, как вы познакомились с Довлатом и как ты потом оказалась женой акифа?

Замира посверкала на меня гневно глазами, но после недолгого колебания заговорила. Оказывается, её отец много лет назад отправился с караваном в Игенборг, но на пути все встречные люди предупреждали его, что там идёт гражданская война, братья делят трон и лучше не соваться. Во время междоусобных распрей есть вероятность потерять товар. Он прислушался к голосу разума и уже на полпути от Игенборга развернулся обратно. Во время ночёвки к ним и выехал раненый Довлат. Они спрятали его между мешками с товаром и укрыли от погони. Замира выходила его и спасла жизнь. В благодарность тот пообещал ей, что вернёт себе власть и сделает её своей женой.

Долгое время девушка жила надеждой, и однажды в их очередной приезд в Игенборг ей удалось обратить внимание акифа на себя. Довлат с Зейдом очень похожи и она их перепутала. Только потом поняла, как ошиблась, но перспектива стать женой акифа победила моральные терзания. В нём она видела своего первого возлюбленного, но Зейд стал её первым мужчиной.

Постепенно страсть акифа стала утихать. Замиру выводили из себя многочисленные наложницы, первая жена акифа, да ещё у неё рождались только девочки, а ведь она так хотела сына. Оказывается, вопреки традициям, первенцу акифа не передалась сила предка. Тот родился слишком хилым и едва выжил. Замира так надеялась, что её ребёнок займёт трон, но и тут осечка.

После родов на неё навалилась депрессия, она действительно стала посещать храм. Но именно там её встретил Довлат и узнал. Они стали тайно встречаться и она ожила. Поверила, что богиня привела к ней старую любовь и то, что всё теперь в своей жизни можно исправить. Довлату она верила безоговорочно, ведь на нём долг жизни и всеми силами помогала в заговоре, где сводя с нужными людьми, а где и деньгами, отдавая все свои драгоценности ему, а говоря всем, что жертвует на храм.

Выговорившись, Замира замолчала, задумчиво улыбаясь. Наверное, переживала мысленно свой скоротечный роман. Я же прикрыла глаза, чтобы она не увидела острой жалости в моих глазах.

Анализируя ситуацию, понимала, что не сделает её Довлат ни первой женой, ни второй. Я ему нужна для статуса и меня ему нет резона делать первой женой. Голову даю на отсечение, что первая супруга у него уже или есть, или появилась недавно из числа местных высокопоставленных аристократов, которые участвуют в заговоре. Тайный брак, Замира бы об этом никак не узнала. Таким образом, он заручается поддержкой и если переворот удастся, одобрением Игенборгцев.

Ей же он просто отдаст долг, оставив ей жизнь и поселив в своём гареме. Её дочери ему не опасны, их можно использовать как разменную монету в политической игре. А вот Хаялу и её сына ждёт смерть. Дочь скорее всего оставят в живых. Как говорится, ценный ресурс.

Наивная девушка хоть и стала женой акифа, но ничего не смыслит в политических играх и слепо верит всем обещаниям бывшего возлюбленного. Но просвещать её на этот счёт не собиралась.

Открыла глаза и посмотрела на неё, прогоняя из сердца жалость. Сразу видно, что она не аристократка. Мы с молоком матери впитываем такое понятие, как честь. И дело не в девичьей чести, с которой я в юности распрощалась. Это достоинство, верность семье и стране. Забота о своих людях.

Хаяла, будучи первой женой и аристократкой, заботится о девушках в гареме, ведёт активную жизнь. Пусть не было у неё с акифом той большой любви, раз он взял вторую жену и имел наложниц, но между ними царит уважение.

А что делала Замира? Жила страстями и алчностью, заботясь только о себе. Влюбилась в Довлата, но променяла его на старшего брата ради того, чтобы стать женой акифа, как и видела себя в мечтах. Я не услышала в её рассказе, чтобы Зейд взял её насильно.

Её амбициозные мечты рассыпались в прах из-за того, что у неё нет сына, она тут же пошла на поводу у бывшей любви, не думая о том, чем это грозит стране. Скольким людям придётся погибнуть при переделе власти. Она не достойна править. Предала своего мужа, свою страну, обрекла на смерть тех, с кем жила бок о бок долгие годы.

Ну уж нет, прочь жалость! Она заслуживает свою судьбу! Её не пощадит ни Зейд, ни Довлат. Мне же нужно было думать о себе. Я не хотела становиться безропотной участницей их мерзких планов, но раньше времени решила не выступать, и вести себя тихо. Если меня чем-то опоят, тогда точно во время брачной церемонии не смогу ничего сказать. Поэтому решила сидеть тихо и ждать. Мысленно ещё раз потянулась к Рорку.

Разговаривать больше не хотелось. Руки и связанные ноги затекли. Я старалась по максимуму расслабить тело, лишь тогда они ослабевали, но стоило только едва пошевелиться, как сжимались с новой силой.

Время тянулось неимоверно долго. Я надеялась, что меня вот-вот вот спасут, но вокруг всё было тихо. Напряглась, услышав стук копыт и ржание лошадей. Замира бросилась к выходу, но к моему разочарованию, с ней вернулся Довлат.

— Ну как вы здесь? — с весьма довольным видом поинтересовался он. — Почему ты её не развязала?

— Она сопротивляется, — мстительно соврала Замира. — Не хотела тратить на неё оглушающее заклинание.

— У тебя нет выхода, — вздёрнул меня на ноги он. — Будешь сопротивляться — выведу без корфы и брошу на потеху своим людям. Хочешь? Отвечай! — встряхнул меня.

— Нет, — выдавила сквозь зубы.

— Вот и умница.

Погладил меня по щеке, от чего я дёрнулась, но он не обратил на это внимания и заботливо закрепил край корфы, скрывая лицо.

Наклонившись, развязал верёвки, освобождая ноги. Окинув меня взглядом, отряхнул местами одежду, незаметно для Замиры шаря рукой по телу.

— Руки развязать не хотите? — холодно поинтересовалась у него.

— Нет, — ухмыльнулся он. — Не будим с этим торопиться. Замира, принеси ей плащ.

— Что вы задумали?

— Как что? У нас свадьба, дорогая невеста, — услышала я и похолодела.

Как свадьба? Какая свадьба?! Я не хочу свадьбу!!! Пусть знала, что он меня не тронет, но было мерзко оказаться с ним связанной даже по варварским законам.

— Думаете, люди не удивятся, что я связанная?