Место в Мозаике (сборник) - Алексей К. Смирнов

1

…Мента Пиперита – мята перечная; листья мяты добавляют окраску. Кроме того, они придают освежающий вкус напиткам. Их применяют для изготовления мятного чатни (острая приправа). Мята стимулирует пищеварительный тракт и ослабляет тошноту и рвоту. Эти растения легко вырастить дома практически в любой земле, на солнце или в тени. Сухая мята теряет цвет, но вполне сохраняет аромат…

У Менты Пипериты имелся неблаговидный, колоколообразный яйцеклад, ежемесячно сиротевший на рубль.

Географическое Общество отметило ее в цирке, куда однажды вкатилось полным составом для снятия многонедельного напряжения. Многие осадили буфет, но самые степенные остались сидеть согласно купленным билетам, в первом ряду. У них при себе имелись плоские фляжечки с виски и коньяком, к которым они воровато, но чинно прикладывались, намачивая усы. Они выжидали, обоняя зловонные опилки и прислушиваясь к расстроенному пиликанью оркестра, который тоже частично разбрелся выпить и закусить. Под куполом летали связки воздушных шаров, униформисты устанавливали гремучие клетки для хищных зверей.

Зал был набит битком, все пришли поглазеть на отважную укротительницу тигров и львов, бесстрашную карлицу Менту Пипериту.

На афише лев, грива которого пылала пламенем, с разинутой пастью влетал в предложенную гайку и застревал в ней, а гайку, таинственно улыбаясь, удерживала миниатюрная Мента, наряженная в восточные шаровары.

Географическое Общество явилось туда в полном составе после вечернего заседания, не преследуя никаких целей, кроме нехитрого развлечения.

Оно и в самом деле оказалось нехитрым: эквилибрист упал и повредил себе бедро; жонглер то и дело ронял свои игрушечные булавы, собаки и черепахи не слушались, а место клоуна занял обычного вида человек, напоминавший бухгалтера, который всюду лез со своим портфелем и придерживал шляпу, с недоуменным видом подпрыгивая на батуте. Все, однако, ждали второго отделения, где должна была выступить великая и неподражаемая Мента Пиперита, гроза смертельно опасных хищников. На афишах она выглядела ненормально, отталкивающе карликовой, готовая отразить огнем, щитом и мечом полчища огнедышащих демонов, в которых легко угадывались ручные тигры и львы.

Клетки тем временем продолжали вносить.

– Зачем мы здесь? – брезгливо осведомился первый географ. – Это символ? Черта под нашей бесплодной деятельностью?

Руководитель прижал палец к губам и промолчал. За кулисами что-то копошилось и приуготавливалось, и он сделал стойку.

– Вы любите лилипутов, уродов? – не унимались слева и справа. – Но это же порочно, это стыдно. Люди приходят полюбоваться не ловкостью, людей привлекает безобразие. Они сопоставляют себя с уродицей и полагают, что многим лучше ее.

– Но многие ли из лучших осмелятся посетить тигров? – парировал руководитель. – Вдобавок я слышал, что она использует специальные средства.

– Средства? – скривился третий. – Бич и баллончик с газом, в крайней случае – револьвер, и тот заряженный холостыми.

– Нет, это латунная гайка, – возразил тот.

– Бьет по мордасам? – лаконично предположил географ.

– Нет, битьем ничего не добьешься, побои злят. Она пользуется разноцветными палочками. Знаете, бывают такие для детского счета?

– Они считают? – недоверчиво спросил сосед, не в состоянии уравнять хищных тигров с первоклассниками.

– Они смотрят и пропитываются цветовой гаммой, – последовал ответ. – Под колебания гайки. Цветовая гамма, по мнению Менты, спасет этот мир. Я успел побеседовать с ней – презанятная дама. А тигры и львы – материал благодатный, они помнят мало дурного, особенно если выросли в тепличных условиях.

– Скучноватое представление будет, – зевнул четвертый географ, всё время прислушивавшийся к беседе.

На это руководитель Общества ничего не ответил и лишь загадочно улыбнулся.

Вот и третий звонок, шапито чуть заметно дрогнуло, ударили литавры, зарокотал барабан. На арену вышел озабоченный конферансье.

– Господа, я настоятельно рекомендую убрать подальше детей, а то и вывести их вовсе. Это зрелище не для слабых умов, – обратился он с дежурной фразой и без паузы ангельски вострубил: – Впервые в городе с гастролями! Прыжки на шестьдесят сантиметров… Всемирно известная и поразительная укротительница опаснейших, кровожадных тварей, прошу… Ме-е-ен-нта Пи-пе-ри-та…

Он увел интонацию вниз, как на боксерском ринге.

Оркестр заиграл жизнерадостное; кулисы разошлись, и Мента Пиперита, вся в блестках, проследовала в клетку. Она раздавала вправо и влево уморительные воздушные поцелуи. Никто не засмеялся над ее карликовым ростом, памятуя, что ей предстоит. Для большей эффектности Мента хлестнула бичом, из-под ковровой дорожки взвился песок. Запахло вспотевшим зверем.