Спецагент инквизиции - Олег Шелонин

– Мне нравится твоя оперативность, – одобрил Кощей, беспокойно поглядывая на подельщика, – но все-таки, Ваня, может, поделишься своим планом?

– Здесь лишних ушей много.

В руках Марии появился столовый нож.

– Сейчас отрежем.

– Машка, да он же серебряный, – рассмеялся Иван, – и тупой как валенок. Откуда ты его взяла?

– Тьфу! От вас придурков чего только не наберешься, – Мария с досады бросила нож, чуть не попав в ногу Кощею.

– Машенька, – обиделся тот, – Ванюша про уши говорил, и, причем, не мои.

– Извини, промазала.

– Нет, Ваня, ты все-таки плохо на нее действуешь. Так какие у нас планы?

– Сейчас увидишь.

Шлюп нашли быстро. Он мирно стоял пришвартованный к пристани, слегка покачиваясь на мелкой волне. Иван решительно протопал по сходням, и спрыгнул на палубу.

– Эй, есть тут кто живой? – рявкнул он.

На мостике около штурвала что-то зашевелилось.

– Кто такие? Че надо? – почесывая под тельняшкой грудь, с мостика к ним спустился коренастый, бородатый мужичонка.

– А ты кто такой?

– Капитан.

– Это хорошо. На судне еще кто есть?

– Нет.

– Отлично. Нам тут один баклан брякнул, что твоя посудина лучшая в порту.

– А то! – подбоченился капитан, – от портовой стражи да таможни уходит только так. Даже если паруса штормом сорвет, на веслах всегда догрести можно. Универсальная конструкция!

– Круто. Гибрид галеры с бригантиной. Это хорошо, – одобрительно кивнул Ванюша и начал дергать за канат, которым судно было принайтовано к пристани.

– Ты что делаешь? – выпучил глаза капитан.

– Да понимаешь, вон та тумба, к которой эта веревка прикручена, вполне за якорь сойдет.

– Сразу видно сухопутную крысу, – захохотал капитан, – это не якорь…

В могучих руках Ванюши канат лопнул, и желание шутить над сухопутной крысой у капитана сразу пропало.

– Значит так, – Ванюша извлек из кармана увесистый кошель, – я твой корабль покупаю.

– Не прода…

Ванюша плюхнул кошель в руки капитану и вышвырнул его на пристань.

– Здесь на три таких шлюпа хватит, – крикнул он вдогонку он.

– Ну прямо как я в молодости, – умилился внезапно Алькапончик.

– У тебя есть возможность ее вспомнить, – обрадовал его Ванюша, – принимай командование этим корытом. Идем на мадам Конг!

– А мне это нравится! – свежий морской воздух, похоже, ударил в голову бывшему пирату, он расправил плечи. – Отдать швартовы, сто якорей вам в глотку! Поднять трап!

Порванные швартовы, благодаря энергичным действиям Ванюши отдавать уже было не надо, трап же он пинком ноги просто скинул в воду.

– Что дальше капитан? – жизнерадостно спросил Ванюша Алькапончика.

Тот поплевал на палец, повертел им, определяя направления ветра, встал к штурвалу.

– Так, салаги, ты и ты, – ткнул он пальцем в Кощея и Ванюшу, – поднять паруса! Но прежде бабу свою за борт!

– Что!!? – взревела вся троица.

– Вообще-то баба на корабле к несчастью, – опомнился Алькапончик, – ну… ладно, будет юнгой. Так, почему палуба не надраена? – рявкнул он на Марию, – швабру, ведро и за дело!

Повинуясь воле нового капитана «Победы» работа закипела. Машка схватила ведро и швабру, бросилась на нос и начала надраивать палубу, Кощей с Ванюшей натягивали паруса. В морском деле оба были ни бум-бум, а потому тянули за первую попавшуюся веревку.

– Я же попросил натянуть паруса, а не мачту, – рявкнул на них Алькапончик.

– Казимир, кажется, мы не за ту веревку тянем.

Друзья отпустили веревку, согнутая дугой мачта со свистом распрямилась. От сотрясения распустились паруса, и что-то плюхнулось в воду в районе носа корабля. Паруса, поймав ночной бриз, наполнились ветром, и шлюп направился к выходу из бухты. Впереди их ждало открытое море.

– Так быстро даже у Грейка паруса не поднимали, – удивился Алькапончик.

– Эй, а Машка где? – напрягся Ванюша.

Они с Кощеем переглянулись и кинулись в сторону носа корабля. Свесив нос через борт, они увидели оборотня, отчаянно цеплявшегося за первую букву названия корабля, приколоченную к борту. Она не выдержала, затрещала, но Машка проявляя чудеса ловкости перепрыгнула на вторую.

– Машка, держись! Сейчас помощь придет! – завопил Иван, схватил Кощея и швырнул его за борт. Разумеется, он держал бессмертного злодея за ноги.

– Ну, ты и гад! – пропыхтел Кощей, хватая уже падающую в воду девицу. Вторая буква булькнулась в воду следом за первой. – Что, самому западло было прыгнуть ее спасть?

– Я только в речке плавать умею, – извинился Ванюша, вытаскивая на палубу друзей, – а ее у нас в деревне перепрыгнуть можно. А тут глянь сколько воды. Я что дурак что ль в нее прыгать?

– Говорил же вам, – крикнул им с мостика Алькапончик, – баба на корабле беда!

– Это точно, – согласился с ним Ванюша, – наш корабль теперь так и называется, беда! Две первые буквы Машка сколупнула.

– Что за упаднические настроения! – рявкнул Козанострито, – выше нос! Беда тем, кто с нами встретится! Куда править?

– К Черной Скале.

– Всем драить палубу! И кто-нибудь, пошарьте в рубке. Не завалялось ли где-нибудь рому?

Ром нашелся, и друзья дружно начали драить палубу под разудалую песню Алькапончика.

Пятнадцать человек на сундук мертвеца

Йой-хо-хо! И бутылка рому!

«Беда» вышла из бухты и помчалась на всех парусах в открытое море. Под утро, когда в небе стали гаснуть первые звезды, искатели приключений увидели на горизонте вздымающуюся над морской гладью Черную Скалу. Иван издалека заметил темный провал пещеры, и приказал Алькапончику укрыться с другой стороны островка. Бывший пират оказался классным моряком. Умело проведя корабль меж рифов, он встал на якорь в указанном месте, и брыкнулся на палубу абсолютно никакой. Рядом с ним валялась опустошенная бутылка рома.

– И что теперь? – спросил Кощей Ванюшу.

– Нам с тобой спать, – распорядился Иван, – а юнге нести вахту. Караулить.

– Это что за дискриминация? – возмутилась Мария.

– Разговорчики! – прикрикнул на нее Ванюша, растягиваясь на отдраенной до блеска палубе, – Нам с Казимиром отдохнуть надо. Вдруг завтра бой, а мы устамши. Разбудишь, как увидишь паруса.

– А план? – нахмурился Кощей, – ты так и не сказал, какой у тебя план!

– Гениальный, – Ванюша протяжно зевнул, глаза его закрылись.