Сестры Тишины. Болтушка - Вера Чиркова

– Не бойся, – не выдержал Штак, – мы твоим друзьям не враги. Объясни мне, с какой стороны ты пришла… и какие по пути видела мостики?

– Нет, вы еще не сказали… зачем они вам! Может, вы им новый вред причините! Сначала скажи… как поступить хочешь? – Мальяра точно знала, теперь, когда гномы проявили интерес, слишком быстро сдаваться нельзя, иначе коротышки заподозрят, что попались в ловушку.

Недоверчивость гномов и их любовь к долгим переговорам были всем известны так же, как и их неуемные любознательность и аппетит.

– Приведем всех сюда, а Хилва пока сварит рыбный суп, – хмуро сообщил гном, – рассказывай!

Однако Мальяра заставила гномов поуговаривать себя еще минут десять, наблюдая исподтишка, как Хилва подбрасывает в огонь щепок и травы, принесенной в кармане.

И только после этого вышла из хижины, подвела Штака к трещине, из которой попала в эту пещеру, и пояснила, где искать ее спутников и какие слова им сказать, чтоб не испугать.

Брать с собой сестру Тишины гномы отказались наотрез, заявив, что сами сходят намного быстрее. Тем более, скоро подойдет вызванная Хилвой помощь. А Мальяре лучше сидеть и ждать, те, кто идут сюда из поселка, принесут с собой дрова и еду.

Однако, как вскоре оказалось, у гномки были свои планы на найденную женщину, и едва Мали вошла в хижину, Хилва принялась дотошно расспрашивать ее о спутниках, об островах и о том, в каких условиях жили там пленники.

Скрывать хоть мельчайшие детали или лгать было бессмысленно, и сестра Тишины рассказала маленькой женщине все подробно с присущим ее ремеслу мастерством. Описала, какими грязными и запуганными были пятеро томившихся в соседней с магом камере пленников и как он заботился о них, предусмотрительно приказав собрать все вещи и еду.

И, занятая рассказом, сделала вид, будто не заметила гурьбы гномов, принесших вязанки дров, тюки и корзины. Наоборот, добавила в рассказ трагических деталей, а в голос обиды и горечи.

– А потом как закричит: хватайтесь все за меня! Мальяра, узлы не забудь! И начал что-то крутить в амулете… а потом мне показалось, будто мы падаем… и портал так долго тянулся…

– Ну еще бы! – всхлипнув, с гордостью пробормотала Хилва. – Я вообще еще не слышала, чтобы кто-то из наших открывал подземный путь на такие дальние расстояния! Да еще под дном моря! Потому вы и падали так глубоко, оказаться под водой на глубине – верная смерть! Сегрин очень талантливый!

– Несомненно… – ошарашенно пробормотала Мальяра, представив себе в полной мере весь риск этого перехода. – А водички… никто не принес?

– Какая тебе водичка, молочка попей, – отобрав кувшин и корзину у рассевшихся на пороге и любознательно таращивших глаза парнишек, гномка принялась ухаживать за неожиданной гостьей с жаром бабушки, дорвавшейся до любимой внучки.

Сунула в руки огромную кружку с молоком, и пока Мали пила, устроила ей на лежанке удобную постель.

– Поспи, пока они твоих друзей принесут, потом пойдешь с нами. А тем нужно денек отдохнуть и привести себя в порядок, сама говоришь, они стесняются.

Мали только глаза изумленно распахнула, оказывается, простодушная на вид гномка, слушая ее красочные рассказы, сумела не пропустить за душераздирающими подробностями главного и подумать обо всех деталях возвращения пленников к нормальной жизни.

Правда, пока она ничего не сообщала о том, как и когда гномы собираются передать сообщение Мальяры о том, что она жива, людям Олтерна или магам порталов. Но болтушка истово надеялась, что все эти вопросы решатся, едва гномы принесут Сегрина и приведут ее к старшине своего подземного поселка. И потому покорно устроилась на лежанке, наблюдая за Хилвой. А гномка умело командовала оставшимися с ними парнишками, заставила натаскать воды и вымыть стол и полки, а сама поставила варить суп и разложила по местам припасы из корзин.

Затем выдала парням пустые корзины и отправила собирать лишний ведьмин мох из второй комнатки, бывшей лаборатории полукровки.

И пока они сновали туда-сюда перед глазами болтушки, она вдруг поняла, что неимоверно устала за последние сутки, и душой и телом, и потому больше не может противиться желанию забыть про осторожность. Все равно ей долго не продержаться без нормального сна, и потому лучше послушать совета маленькой женщины и поспать… а там будет видно.

Разбудили болтушку усталые мужские голоса, среди которых она узнала и голоса бывших узников ведьмы. Несмотря на то, что ее чуткий слух доносил до Мали шарканье и приглушенные разговоры гномов, выспалась она отлично. Привыкла за годы жизни в Тореме спать и в каморке возле кухни, и в прилепленной к конюшне сараюшке, безошибочно выделяя сквозь дремоту лишь те звуки, какие несли угрозу для нее или ее сына.

Как он там, ее Кор? Слава Святой Тишине, остался не один, а рядом с Лармейной и матушкой… да и в том, что Гартлиб не даст ее сына в обиду, Мальяра тоже теперь не сомневалась. И только эта уверенность помогала вдове спокойно разговаривать и искать выходы, казалось бы, в безвыходной ситуации.

Мальяра бодро поднялась с лежанки, отметив с усмешкой, что легко достает рукой до потолка, пригладила гребешком спутанные волосы, попутно оглядывая преобразившуюся хижину, и поспешила выйти прочь, в пещеру.

Голоса доносились именно отсюда, и вдова порадовалась своему умению просыпаться вовремя, это вернулся отряд гномов, ходивших за ее спутниками. Двое плечистых коротышек несли к хижине так и не пришедшего в себя Сегрина, еще двое вели женщин и того из мужчин, что был самым молчаливым, Банвер, кажется.

Тимас и Сайж шли сами, поддерживая друг друга, а шедший последним гном присматривал за ними и нес на плечах тощий узелок с вещами.

– Им нужно помыться, – бросилась к Хилве болтушка, – теплая вода есть? Я помогу.

Она собиралась посмотреть руку Чанры и, если получится, хоть немного облегчить той страдания.

– Сначала дадим им по кружечке бульона, – непререкаемо заявила гномка, – нас запахом не испугаешь. А вода готова, вон в шатре лохань для женщин, а мужчин мы сами помоем в бочке.

– Тогда я пойду мыть женщин, – понятливо кивнула Мальяра и направилась к обычному дорожному шатру, из которого практичные гномы сделали купальню.

И едва успела налить в лохань воды и приготовить мыло, как за пологом захныкал голосок Лелы:

– Я еще хочу! Почему у них такие маленькие кружечки? Мне не хватило!

– Если будешь послушной, – взяла женщину за руку Мали, – то я выпрошу для тебя еще кружечку бульона.

– Я буду, – радостно пообещала узница, – два раза. Или три.

– Нет, купаться нужно только один раз, – остановила ее Чанра и виновато глянула на Мальяру. – Спасибо. Не все верили… что ты вернешься.

– Чанра… я вас хорошо понимаю. И не обижаюсь. Даже хотела сама за вами идти, да гномы не пустили. Я подумала, что они и в самом деле лучше меня знают дорогу… и вообще сильнее… ох, Святая Тишина! Бедная девочка…