Алтарь - Александр Прозоров

Алкоголь, как известно, весьма калорийная и хорошо усвояемая пища. Хотя и не без побочных эффектов. И если сильно захотеть, можно заставить его отдать все свои калории почти сразу: за десяток минут вся имеющаяся в организме кровь успевает прокатиться через каждую артерию в теле. Выжигаешь его в одной точке — а чистится все тело. Один недостаток: ощущения после такой процедуры примерно те же, как если сжечь уничтоженный спирт, разведя костер под телом.

Пустынник отступил, отвел от себя ее взгляд и хлопнул в ладоши…

— А-а-а-а!!! — взвилась со стула ведьма. — А-а-а-а!!!

Она закружилась, растирая свое тело с такой яростью, словно пытаясь наказать его за какие-то грехи.

— А-а-а-а!

— Тебе стало легче, госпожа?

— Ах ты, сволочь! — подхватила Виктория шар и со всего размаха швырнула о стену. Тот отрикошетировал, оставив овальную вмятину, проломил картон на спинке шкафа, повернутой к постели, отвалился на одеяло и мирно скатился на пол. — Это ты, да?!

— У нас мало времени, госпожа. А я должен успеть научить тебя отводить врагам глаза.

— Да пошел ты! — Она подхватила шар, забралась на подоконник и метнула его в форточку. Невинная жертва ее гнева описала короткую дугу и раскололась о чугунную крышку канализационного люка.

Пустынник недовольно поморщился, после чего спроецировал изображение демона в зеркальной горке:

— Не беспокойся, госпожа. Я тебя никогда не брошу.

— Да я тебя! — Она схватила бутылку, замахнулась, но в последний момент передумала и посуду в горке бить не стала: — Ты хоть понимаешь, что меня вчера чуть не пристрелили?

— Верховный колдун в панике, госпожа, — скривилась красная рожа, отражаясь во множестве рюмочек, графинов и салатниц. — Он начал кидать против тебя смертных и стрелять огнем. Он не может справиться с твоими проклятиями. Он слабеет. Его осталось только добить. Всего чуть-чуть, еще две-три атаки.

— Да меня пристрелят раньше!

— Я не позволю, госпожа. Я научу тебя отводить глаза, и никто не сможет в тебя попасть.

— Как?

— Я научу. Одевайся, пойдем. У нас мало времени.

— Ладно, — поморщилась ведьма. — Сейчас.

Ничуть не стесняясь оскаленной кровавой рожи в зеркалах, она разделась догола, потом натянула на костлявое тело новенькое желтое боди, пару чулок на резинках, накинула блузку с галстуком-ленточкой, застегнула на боку короткую вельветовую юбку. Пустынник уже собирался съязвить что-нибудь о том, что они собираются не на званый ужин с продолжением, когда ведьма накинула пальто, обвязалась шелковым шарфиком, поправила перед зеркалом шляпку, влезла в туфли — и колдун внезапно понял, что стоящая перед ним леди и близко не напоминает того тинэйджера, что вчера устроил на набережной беготню со стрельбой.

Ведьма натянула перчатки, повесила на плечо крохотную сумочку на длинном ремешке, еще раз оправилась перед зеркалом:

— Ладно, демон. Я готова.

Они покинули квартиру вместе — хотя Виктория об этом и не догадывалась, — вышли во двор.

— Посмотри направо, — предложил колдун. — Видишь мусорные бачки?

— Что я — бачков не видела?

— Смотри внимательно. Созерцай, чувствуй, проникайся этим. Ты должна не просто запомнить их образ. Ты должна сохранить впечатление от них, от их запаха, от их тяжести и противности, склизкости и холодности. От проржавелости железа, скученности, переполненности. Запомни, сохрани в себе их образ. Не видимость — а полное впечатление их присутствия. Внимательно, внимательно. Не отвлекайся ни на миг. Сейчас твоя цель — только эти бачки…

Пустынник чуть отошел, наблюдая за девицей. Она действительно смотрела, смотрела, чуть заметно шевеля губами и подрагивая крыльями носа. Да, она действительно была талантлива.

Колдун как никто знал основную беду смертных, которым никогда не дано стать магами: неумение концентрировать внимание. У него несколько раз появлялось желание воспитать учеников — основать школу, обрести поддержку в случае неожиданной опасности, оставить что-то после себя, какой-то след. Он брал подающих надежды знахарей, просил минут десять рассказывать о каком-нибудь простеньком предмете типа чернильницы или карандаша — и уже минут через пять слышал истории про соседей, любовниц, тараканов… Мысли смертных убегали куда-то далеко в сторону, начисто утратив изначальные цели.

А ведь магия — это не только набор формул, рецептов и заклинаний. Это еще и умение постоянно удерживать на острие внимания тех смертных, против которых работаешь, мертвецов, которых поднял из могилы, то зелье, которое способно обратиться в пыль или полностью изменить свойства, стоит лишь на миг отвлечься от работы.

Виктория — великосветская с виду дама в небесно-голубом приталенном пальто и туфельках по сто долларов каждая, — любовалась помойкой, не отвлекаясь ни на что, не меньше получаса.

— Запомнила, госпожа? — тихо поинтересовался маг.

— А ч-черт его знает!

— Не упоминай всуе ни ангелов, ни бесов, — посоветовал Пустынник. — Они способны откликнуться в самый неподходящий момент. Теперь выйди на улицу…

Они вывернули сперва на линию, потом на Большой проспект. Остановились в сквере, возле одной из скамеек.

— Теперь сосредоточься еще раз, — предложил колдун. — Спроецируй образ помойки сюда, на середину дорожки. Все ощущения, которые исходили от бачков, пусть теперь исходят отсюда.

— Зачем?

— Давай, попробуй.

— Ладно… — Ведьма сделала глубокий вдох и напряглась, словно выдавливала образ из своего брюха.

— Стоит?

— Стоит… — натужно пробормотала девица.

— Справа к нам приближается какой-то толстяк в кепке. Попытайся столкнуть часть получившегося образа на него. Как обычно, пожертвуй частью энергии, втолкни частицу себя в его тело.

Толстяк с газетой под мышкой протопал мимо скамейки, невозмутимо свернул на газон, обошел часть дорожки по чавкающей траве, вернулся обратно на дорожку и двинулся дальше.

— Молодец. — Пустынник с трудом удержался от того, чтобы похлопать ее по плечу. — Смотри, бабулька с коляской. Попробуй еще раз…

— Чер-те что… — недовольно забурчала бабка, подойдя ближе. — Творят, что хотят. Безобразие. Сталина на вас нет…

Она тоже сделала крюк через газон и двинулась дальше. Навстречу ей бежал какой-то спортивного вида мужчина. Кивнул бабульке, словно здороваясь, обогнул коляску, громко прошлепал по ее следам на траве, вернулся на песок.

— Здорово!!! — рассмеялась ведьма. — А если я тут кучу золота воображу?

— Будет давка, полиция, смертоубийство, — пожал плечами колдун. — Да только представляешь ли ты, как должна выглядеть куча золота? Идем, госпожа. У тебя все получается отлично, но времени остается совсем ничего.