Ахтимаг - Михаил Бабкин

– Народ, как дела? – громко, чтобы ободрить друзей, спросил Ройд и лишь сейчас обратил внимание, насколько вокруг тихо: голос сыщика прозвучал невнятно, будто он через ватное одеяло говорил.

– Нормально, – отозвался народ слева, – только жарко очень! Типа как в бане, хоть до трусов раздевайся. А, фигня, прорвёмся!

– Ой, а я вся чешусь до невозможности, – откликнулся народ справа, – меня словно комары всю искусали! Ой, побыстрее бы оно всё закончилось, мочи нет терпеть…

– Потерпи немножко, уже скоро, – уверенно заявил Ройд. – Главное то, что мы идём вперёд и не превращаемся во всякую дорогостоящую ерунду. Эт-хорошо! Крепитесь, ещё пяток шагов и мы точно выберемся из этого чёртового киселя.

Сыщик оказался прав: шага через три-четыре стало заметно темнее и теплее (Клар сказал, что похолодало, а Лила – что у неё проходит чесотка), а ещё через пару шагов Ройд наконец смог открыть глаза.

После яркого света рассмотреть какая она, таинственная Цитадель, было сложно, всё казалось тёмным и бесцветным. Единственное, что сразу заприметил Ройд – это находившееся вдалеке, по правую сторону, нечто жёлтое и высокое, похожее на узкую колонну.

– А ну-ка, братцы, отойдём от входа подальше, – скомандовал сыщик, – и закроем глаза ладонями. Проверенный способ! К сожалению, минутку-другую придётся обождать, пока зрение наладится, – они так и сделали, хотя и Ройду, и братцам было невтерпёж осмотреться – а ради чего они, вообще-то, рисковали жизнью?

Проверенный способ не подвёл: убрав через минутку ладони от лица, сыщик убедился, что видит уже более-менее нормально, если не брать во внимание плавающие перед глазами мерзкие зелёные пятна. Впрочем, не впервой, само вскоре пройдёт!

Ройд огляделся по сторонам.

Внутри Цитадель оказалась громадным куполом, у края которого остановились замёрзший сыщик и его чесоточно-распаренная команда. Зеркальная поверхность купола полыхала отражённым светом колдовского зарева – того, что перекрывало коридор. Но, к счастью, сияла она не столь яростно: освещения от стен вполне хватало, чтобы рассмотреть убранство Цитадели. И заодно попытаться вычислить Важу Многоликую.

Собственно, никакого особого убранства в Цитадели не было – ни стульев-кресел, ни диванов, ни солидных шкафов с колдовскими книгами, ничего. Лишь посреди зала, замощённого шестигранными зеркальными плитками, высился стол-постамент, круглый, здоровенный, вытесанный из единой мраморной глыбы… Да и стол ли? А ну как жертвенный алтарь, на котором всякие шаманы-вероотступники творили в своё время кровавые дела… Ройд помотал головой, отгоняя наваждение – дался ему этот проклятый шаман с его человеческими жертвоприношениями! Видимо, от переживаний на нём зациклился, не иначе. Нервы, понимаешь, разгулялись.

Вокруг стола, но на отдалении от него, там и сям стояли массивные каменные фигуры – то ли заколдованные первопроходцы, то ли памятники невесть кому. Между фигурами и столом в беспорядке лежали странные предметы неведомого, но наверняка колдовского предназначения: и металлические, и каменные, и даже – невозможные для этого места! – пластмассовые. Разные, в общем. А по-над стенами купола валялись перевёрнутые и в большинстве своём напрочь разбитые стеллажи, будто кто-то из дурного озорства или со злости разрушил здесь всё, что мог.

Вдалеке, сразу за столом-постаментом, из пола вырывался длинный и узкий язык пламени, который Ройд сослепу принял вначале за жёлтую колонну. «Наверное, разлом в полу, вот подземный газ и горит», – мимоходом подумал сыщик, отыскивая взглядом Важу Многоликую, – «старое место, древнее! Сколько землетрясений пережило».

– Это что-то! – ошеломлённый увиденным, сказал принц. – Кунсткамера какая-то, ей-ей, с истуканами и магическим барахлом вповалку… Этажерки вон тоже переколотили! Здесь чего, на кулачках разбирались? Или попросту грабили впопыхах?

– Скорее всего и грабили, и разбирались, – Ройд снял шляпу, принялся ею неспешно обмахиваться: под куполом было жарковато, не иначе как от горящего подземного газа. А, может, сказывалось то, что сыщик недавно едва не замёрз в ледышку. – Помнишь, нам Грон рассказывал про экспедицию мага Симпля? Участники которой передрались до смерти за право обладания Важой… Их работа, никаких сомнений! Да тут, если поискать, наверняка парочка-другая скелетов под обломками найдётся. Поищешь?

– Больно надо, – пренебрежительно отмахнулся Клар. – Мне в колдовских шмотках поковыряться интересно! На память чего взять, дома им цены не будет.

– Вначале – Важа, – поставил условие Ройд. – А после отдаю тебе Цитадель на разграбление, бери чего хочешь… Только не вздумай включать те «шмотки»! Категорически запрещаю нажимать всякие кнопки-рычажки, а то знаю я тебя, любознательного. Донажимался, было дело!

– Ладно, не буду, – подозрительно легко согласился принц. – Честно-честно!

– Кабы я тебя не знал, так бы и поверил, – недовольно проворчал сыщик. – Поклянись мне самой страшной клятвой!

– Чтоб я сдох, – немедленно отозвался Клар. – Устраивает?

– Не верю! – наотрез отказался Ройд. – Дежурное, ни к чему не обязывающее «бла-бла», сам сколько раз подобное заявлял. Повторяй за мной: «чтоб я никогда больше не занимался магией!»

– Опс, – принц в затруднении потёр шею, – ну ты, дядя, и уел племяша… Хорошо, клянусь не активировать найденные мной артефакты. Чтоб я никогда больше магией не занимался!

– Теперь верю, – кивнул сыщик. – Хоть и не на все сто процентов, но всё ж лучше, чем без клятвы.

– Ройд, – вдруг испуганно окликнула сыщика Лила, – а ты оглядывался? Коридор, из которого мы вышли, видел?

– Нет, – Ройд обернулся, – а что? Ого… ну и дела.

В вязкой колдовской защите, надёжно заполнявшей квадратный проём коридора, словно прорубили чёрный туннель – неровный, неаккуратный, широкий внизу и по бокам, но сужающийся вверху. То есть повторяющий контуры прошедшей через него ударной группы: Ройда и прижавшихся к нему Клара и Лилы.