Закон сильного - Ярослав Денисенко

План созрел в моей голове за считаные мгновения. Ухватив покалеченного урода обеими руками за лапы, я опрометью рванул к балкону. Ногой распахнул дверь, высоко поднял свою ношу и громко крикнул, привлекая внимание толпы:

– Берегись! Нестабильный артефакт!

Предупреждать дважды не пришлось: студенты бросились врассыпную. Одному этих болванов выучили железно – с магией не шутят. Даже самые нетрезвые мгновенно обрели твердость походки и непреклонность намерений немедленно убраться подальше. Облегченно вздохнув, я швырнул взрывоопасную дрянь на середину очистившейся улицы.

До мостовой этот снаряд так и не долетел, рванув прямо в воздухе. Спасибо Небесным Родителям – не у меня в руках. Оглушительный удар, напоминающий раскат близкого грома, заставил меня болезненно поморщиться, а затем злорадно усмехнуться. Сколько раз мне не спалось по ночам вместе с беспокойными экспериментаторами! Я искренне надеялся, что хотя бы один из этих уродов подскочил сейчас в кровати, едва успев сомкнуть глаза после разборок у особняка Дайне.

Следующая мысль была уже не такой радостной. Мне вдруг пришло в голову, что Высокий город – это не Стрелка, где, заслышав подозрительный шум, стараются обойти его источник за несколько кварталов. Здесь и обычная-то стража не спит, а уж за магическим полем должны следить и подавно.

Резвость, с которой толпа случайных свидетелей в студенческих мантиях покидала место происшествия, подтверждала худшие из догадок. Одно хорошо – не придется думать, как разогнать этих горлопанов. Падучие звезды, знать бы хоть приблизительно, как смотрят в Академии на подобные вещи – сквозь пальцы или копаются въедливо!

Шаги за спиной заставили меня обернуться. Тианара не умела подкрадываться бесшумно, как Подсолнух или Бойцовый Пес, и в том было ее счастье. Злить меня вообще не стоит, а в таком состоянии и подавно. Хвала звездам, на этот раз ничего тяжелого чародейка с собой не прихватила. Молча проскользнув мимо меня, она подошла к ограждению балкона, опуская на перила трясущуюся руку. Даже я порядком струхнул, чего уж говорить об изнеженной девчонке-теоретике, до сих пор едва ли встречавшей опасность серьезнее пальчика, отдавленного тяжелым фолиантом! Смерть любит честность. И открывая кому-то свою костлявую рожу, требует от собеседника ответной любезности. Равнодушная кукольная маска разлетелась в фарфоровую пыль, подобно несчастному ходячему скелету, и под ней обнаружилась вполне живая девчонка, растерянная и напуганная. Не увидев под балконом кучи развороченных тел, она с облегчением вздохнула – и вдруг, закатив глаза, опасно пошатнулась в направлении перил. Неизвестно, чем бы это закончилось, не подхвати я ее за талию.

– До сих пор все обходилось без трупов, – напомнил я. – Давай ты не будешь падать с балкона и нарушать традицию.

Тианара вымученно улыбнулась.

– Наверное, – вздохнула она, – мне стоит перед тобой извиниться. Дважды. И… Спасибо.

– Не за что, – буркнул я.

Сделав, не без моей помощи, два неверных шага в направлении кресла, девушка обессиленно рухнула на плетеное сиденье, закрывая лицо руками:

– Небесные Родители, сейчас здесь будут дознаватели!

Ну что за гадство! Звезды меня ненавидят, это точно. Все указывало на то, что лучший выход – немедленно сигануть через перила и пуститься восвояси, вслед за удравшими студентами. Только и видели фальшивого первокурсника…

Девчонка уставилась на меня несчастными глазами:

– Что теперь будет! Что я им скажу! Что мне им сказать?

Нашла кого спрашивать! Мне был известен лишь один надежный метод общения с представителями закона: не попадаться. Я честно развел руками:

– Понятия не имею. У нас в Стре… э-э-э в деревне хоть десять артефактов рванет, никто разбираться не станет. – Просто явится отряд-другой боевиков и дожжет то, что не порушили артефакты. Но об этом я благоразумно умолчал. – Так что тебе лучше знать, как работают дознаватели и что им сказать.

Нет, надо драпать, и поскорее. Это я знал точно, но почему-то медлил, глядя на поникшую фигурку в кресле.

– Я тоже не знаю, – сокрушенно призналась девушка. Широко распахнутые глазищи казались совсем огромными на бледном лице. – Я ни разу в жизни не совершала ничего запрещенного…

«А как насчет студенческого нашествия на особняк архимагистра?» – так и подмывало спросить меня. Обычная чародейская повадка: сделать дело чужими руками и не признавать своего в нем участия. Но я промолчал. Во-первых, и сам не столь уж чист в этом деле, а во-вторых, девчонка на грани – чего доброго, закатит истерику. Только женских соплей и криков не хватало для достойного продолжения бурной ночки!

Вопрос «что делать» решился сам собой. В окне дома напротив замаячила смутная фигура. Но не успел я как следует напрячься, как фигура, оказавшаяся невыспавшимся парнем в бесформенной белой рубахе, – точь-в-точь призрак с Туманного Брата – протянула руки к железным ставням и с грохотом их захлопнула. Дремавший до сих пор контур, затягивающий проем, зажегся тусклым бирюзовым светом. То же самое повторилось с другими окнами. Судя по звукам, хорошо слышным в предутренней тишине, парень в рубахе был не единственным соседом, спешившим создать видимость полной непричастности к взрыву. У меня отлегло от сердца. Высокий город или Стрелка, но отношение людей к возможности побеседовать со стражей оказалось совершенно одинаковым.

– Пойдем, – сказал я, протягивая девушке руку. – Скажем то же, что и все остальные. – И пояснил в ответ на недоуменный взгляд: – Что крепко-накрепко спали и ни ящеролюда чешуйчатого не видели и не слышали. И понятия не имеем, что здесь рвануло.

– Но следы… – робко возразила чародейка.

– Какие? – фыркнул я. – Твоего уродца разнесло в пыль. Свидетели разбежались. И кто докажет, что здесь было на самом деле?

Растерянная и подавленная, Тианара безропотно позволила увести себя в комнату и усадить на диван, в ворох покрывал и подушек. Небо за окном уже сделалось из черного густо-синим, но в доме было темно. Выбрав наугад одну из початых бутылок на столе и с трудом нащупав бокал, я налил его полный и протянул девушке. Та молча взяла, покорно отхлебнула несколько глотков.

– Это не уродец, это Масик, – печально вздохнула она. – Я так его назвала. В честь маминого кота.

Я уже готов был высказаться о том, как должен выглядеть мамин кот, если в честь него называют ходячие скелеты, как вдруг Тианара подскочила, словно к ней оса под юбку залетела. На лице у девушки читалась искренняя паника.

– Есть еще один голем, которого я не имела права создавать! Тем более вне лаборатории! Если дознаватели его найдут, если смогут доказать, что Масик тоже был моей работой… Они заявят, что контур потерял стабильность из-за моей ошибки!

Как раз в этот момент легонькое винцо, которым развлекались девчонки, решило явить коварство своей натуры. На ноги чародейка поднялась, но тут же пошатнулась и, не в силах устоять без поддержки, повисла у меня на шее.