Амулет князя - Ольга Яновская

Ремми не позволил подняться ни одному из троицы, молотил руками и ногами, смачно харкая. И когда он отошел, рожи щербатых были перемазаны кровью и распухли. Скорчившись, они поскуливали и прикрывались руками.

Не проронив ни слова, Ремми вернулся к Логану и сел. Не торопясь вытер кровь с кулаков об свою рубаху и сплюнул.

– Э-э… Ремми…

– Спи, парень, – пробурчал бородач. – Они извинялись и обещали больше не трогать тебя.

Логан растерянно молчал, не зная что следует сказать или сделать.

Усталость прижимала к полу, в боку пульсировала боль, и Логан сдался. Он сполз на пол и закрыл глаза. Рядом с ним лег Ремми, подоткнул под голову солому и сладко зевнул. В бараке потемнело, и послышались храп и сопение.

Утром невольников вытолкали из барака и выстроили разношерстной компанией.

Они ждали, когда наездники выведут из загонов драконов и поднимут их в воздух.

Никогда раньше Логан не видел драконов, и сейчас с первого взгляда понял, что ненавидит и боится этих рогатых тварей.

Наездники выводили драконов на площадь под уздцы, как лошадей, гладили рогатые морды, что-то приговаривали, с любовью глядя в огромные глазищи и улыбались в ответ на оскалы зверей.

Драконы один за другим раскрывали огромные крылья, как у нетопыря, делали несколько взмахов и взлетали в воздух. Наездники заставляли их сделать три круга над фермой и направляли к проклятому городу.

Морды драконов сильно смахивали на морду летучей мыши, только больше раз в сто. Звери чутко принюхивались курносыми острыми носами, кружились вокруг проклятого города, выискивая прорывающуюся нечисть.

Драконы чувствовали места, где волшебное покрывало было особенно тонким, и кружились рядом. Самое странное, что всякий раз эти места менялись, словно кто-то заделывал прорехи.

Но, как в старой ткани, едва успеешь наложить заплатку в одном месте, как появлялась новая дыра.

Вскоре наемники услышали визгливые вопли, рев драконов, увидели всполохи выдыхаемого пламени.

Ремми вздрогнул и испуганно сплюнул.

– Скоро кого-то из нас отправят на съедение в Локрус, – прошептал он, поблескивая черными глазами. – Год истекает со дня последнего откупа. Видать, твари сожрали всех, вот с голодухи-то и прут через покрывало Деммии.

Логан промолчал. Он старался не думать о том дне, когда приедет князь Николас и будет лично выбирать людей для откупа. Вот обрадуется, когда увидит Логана!

От невеселых мыслей его отвлек удивленный шепот невольников.

– Фридо…

Перед ними появился главный надсмотрщик. Прошелся, мрачно поглядывая на притихших невольников.

– Должен сказать, что этой ночью умер наш лекарь. Двое из вас сложат погребальную краду.

Логан, оказавшись вместе с Ремми во втором ряду, спросил:

– Чего он так горюет? Другого лекаря не найдет?

– Они были братьями.

– Плохо дело, – пробурчал Логан. Он слышал, что в лагерях невольников частенько приносят жертву вместе с умершим родственником. Бывало, что в такие лагеря приезжали издалека, чтобы купить невольника – жертву.

Фридо прошелся вдоль ряда и остановился перед троицей щербатых. Оглядел распухшие лица невольников и усмехнулся.

– Чего у вас рожи синие? – отогнул губы и поглядел. – И зубов убавилось. Кто затеял драку?

Тощий Латек растянул разбитые губы в злорадной усмешке и ответил:

– Вон тот новенький, – и ткнул грязным пальцем в Логана.

Надсмотрщики выволокли парня из ряда невольников и поставили перед Фридо.

– Ну… Значит, это ты затеял драку?

Логан молчал, ожидая, когда подаст голос Ремми, покосился на бородача, но тот отводил глаза и упорно смотрел в землю.

– Чего молчишь, щенок? Отвечай.

Логан вздохнул и сказал:

– Да. Это я затеял драку и избил их.

– Чудесно, – расплылся в довольной усмешке Фридо. – Расстрелять.

Логан удивленно вскинулся. Ему ловко связали руки за спиной и подтолкнули к стене. Уро, правая рука главного надсмотрщика, радостно потянул арбалет из-за спины.

– Стойте! – закричал Логан. – За что?

– У нас есть закон. Никаких драк! – рявкнул Уро, продолжая тащить парня к стене. – Зачинщика расстреливают.

Логан ударился об камень стены и замер, стараясь унять ужас. Перед ним стоял Уро, стрела во взведенном арбалете смотрела прямо парню в грудь.

– Подождите! – крикнул он. – Я могу заменить лекаря, пока вы не найдете нового! Я могу пригодиться!

– Да? – Фридо лениво поднял бровь. – Ты – лекарь?

Логан торопливо закивал.

– Мой приемный отец – лекарь князя Николаса! Он многому научил меня!

Уро и Фридо переглянулись.

– Что же отец тебя не выкупил?

– Так велели Серые Псы, – ответил Логан, и вопросов по этому поводу не возникло.

Фридо знал, что парня отдали наемникам именно Серые Псы, и перечить им не посмел бы даже князь. Лучше отдать неугодного им парня, чем вызвать ярость Серых Псов.

– Ясно, – протянул Фридо. – Ну, хорошо, развяжите его.

Логан постарался незаметно перевести дух, когда Уро развязал веревки и подтолкнул в спину.

– Пошли, покажешь мастерство.

Логан вошел в дом, стоящий позади строений для драконов, вслед за Фридо прошел через просторную комнату и оказался в длинной, как палка, комнате. По обеим сторонам стояли кровати для надсмотрщиков, а справа отделен угол тонкими перегородками. Туда-то Логана и подтолкнули.

– Здесь жил наш лекарь, – сказал Фридо. – Посмотри его лекарства, травы. Сможешь заменить его?

Логан словно попал домой. Вдоль стены висели сушеные травы, на полках высились баночки и миски, стояли запечатанные кувшинчики.

– Смогу, – улыбнулся парень. – А могу я прямо сейчас воспользоваться запасами лекаря? Я поранился…

– Ну, хорошо, – протянул Фридо, подозрительно прищурившись. – Показывай умение.

Часом позже Логан присоединился к Ремми, чистящему загоны. Молча взялся за лопату, стараясь не смотреть на хмурого бородача.

Загон становился чистым, а невольники молчали, упорно налегая на лопаты. Первым не выдержал Ремми.

– Парень, ты это… не сердись на меня.

Логан поглядел на бородача и промолчал.

– Послушай, я ночью сорвался.

Логан посмотрел на виноватую рожу бородача и улыбнулся.

– Бывает, – сказал он. – Ты как невольником оказался?

Ремми потер широкой ладонью щеку, оставив грязную полосу.