Рабыня Господа Бога - Илья Те

«Ведь так?» — с надеждой спросил себя капитан.

Он шумно выдохнул — ноздри его расширились.

«Не так!» — Что-то тормозило его решимость. Прежде всего отсутствие привычки к подобного рода стрессам. Никто и никогда в мире бессмертных не угонял космолайнеры и не брал заложников. Соответственно пилотов никогда не ориентировали на противодействие террористам. Открытый огонь в космолайнере — это эксцесс, даже теоретически. Капитан знал — виски практически не горит, но все же. Как вообще распространяется пламя в закрытых пространствах с принудительной вентиляцией?

Этого капитан не знал. Помещение заполняли невидимые потоки воздуха: работали вытяжки, кондиционеры, сквозь решетки темнели глотки труб и воздуховодов. Работа «атмосферных» машин и разность температур создавали тягу, а пахучие газы из ионаторов и ароматизаторов были насыщены кислородом. Весь лайнер мог вспыхнуть как факел. Или же нет? Средств и систем пожаротушения, полагал капитан, вероятно, должно хватить, но в этом нельзя было быть уверенным наверняка. Опять же, в висках команды — располагались нейрошунты. Опасность смерти, как таковой никому не грозила. Тогда к чему риск? Чего-то стоил только сам туристический лайнер…

Через несколько секунд все пять электрических пистолетов лежали у ног Катрины. Пилоты по-прежнему сидели в креслах, недоуменно переглядываясь, усмехаясь и даже покручивая пальцами у виска. Два шокера Катрина подняла. Один разрядник заткнула за пояс, второй зажала в руке. Во второй руке. В первой оставалась тлеющая сигара.

— Теперь двигаемся по порядку, — произнесла нелепая террористка, — мне нужны деньги.

— Много? — невольно уточнил капитан.

— Допустим… пару талантов. Сейчас вы закроете портал на Розу и выведете лайнер на орбиту ближайшей планеты. Если не ошибаюсь, это будет Торватин, двухсот семидесятой системы. Там, на орбите, мы ждем деньги от администрации вашей компании. Я хочу получить их наличными, в мелких, незарегистрированных купюрах. Потом вы открываете другой нуль-портал в известный мне кластер. Там я сойду.

Капитан презрительно скривился.

— Но это же глупость, сикха, — мертвым голосом произнес он, — вам не удастся сбежать, а тем более использовать…

— Не твое дело, бессмертный мой, — оборвала беглянка, — следуем к Торватину и везем деньги.

— Послушайте…

— Я сказала: орбита Торватина и деньги. — Она чуть повысила голос.

— Да в уме ли вы?.. — прошипел капитан, окончательно убеждаясь, что перед ним сумасшедшая.

Вместо ответа, с кривым от безумия ртом, Кэти спустила курок. Боек выдал сухой стук и один из пилотов рухнул к ногам капитана, содрогаясь в конвульсиях.

— Ну?

— Я не понимаю…

Курок вжался снова. Еще один выстрел грянул, и второй пилот, исходя пеной изо рта, упал на пол, дрыгая ногами.

— Ну?! — проорала Катрина в голос.

— Выполняем, — серея лицом, прошептал капитан и развернулся к пультам, где располагался аппарат межпространственной связи.

Стационарная орбита планеты Торватин.

Пентера компании «Аякс-Демархия».

Пятнадцать минут спустя

Когда портал на Розу закрылся, лайнеру понадобилось всего несколько минут, чтобы, пронзив три парсека, выйти на кольцевую орбиту вокруг ближайшей из планет 270-й системы. Сине-зеленый шар Торватина, радующий глаз свежестью и разбегающийся за стеклом иллюминаторов цветастым узором океанов и континентов, застыл ровно в тысяче километров внизу. Однако с каждой минутой этот шар приближался.

Теоретически сумма запрошенного Катриной выкупа должна была прибыть к лайнеру с ближайшей планеты. А поскольку выкуп все еще не везли, Кэти заставила лайнер медленно снижаться по кольцевой орбите, все ниже и ниже к поверхности планеты-сферы Торватин.

Показания счетчика высоты на дисплее управления сменились с тысячи километров на девятьсот, затем на восемьсот.

Все это время капитан разговаривал по гиперсвязи с начальством, повторяя условия Кэти относительно выкупа, а единственный остававшийся в сознании пилот, дурея от скуки, рассматривал бессознательные тела сраженных разрядником товарищей. Те нервно посапывали, время от времени конвульсивно дергая кончиками пальцев — это сказывались последствия шока.

Счетчик высоты пискнул — семьсот километров.

В коридоре, невидимые из кабины пилота, но вполне ощущаемые по шепоту и топтанию ног, прятались вооруженные разрядниками охранники лайнера из транспортной полиции. Чуть дальше шумели сервоприводами бытовые роботы, вылизывая полы коридоров и бутика, забрызганные виски и закиданные пропитанной алкоголем одеждой.

Счетчик высоты пискнул снова — шестьсот километров.

Роботы-пожарные с огромными пенобрандспойтами наизготовку стояли тут же, сразу за вооруженными полицейскими. Теперь, как понимала Катрина, за пределами кабины пилотов уже просто нечему было гореть. Да и здесь, внутри тесной комнаты с пультами управления пожар почти не реален, поскольку лужу с горящим спиртом легко затопят пеной, порошком и водой…

Пятьсот километров.

— Деньги привезут приблизительно через час, — соврал наконец капитан, оторвавшись от микрофона. Глаза его были укоризненно жалостливы и грустно печальны. Он уже не боялся, а жалел угонщицу космических кораблей.

Четыреста километров.

Кэти спокойно кивнула. От ее мнимого бешенства теперь не осталось и следа. Воспользовавшись своими способностями тшеди и подключившись к линии связи в самом начале капитанских переговоров через глобальную Сеть, она прекрасно знала, о чем тут шла речь. К лайнеру были высланы вовсе не гербовые бумажки. Сюда спешили гоплиты спецназа и дополнительная пожарная команда пелтастов с Торватина. Не «через час» — а именно «сейчас» — в данные мгновения.

Триста километров.

Нижняя стационарная орбита проходит по границе стратосферы. На ста километрах. Там корабль зависнет.

Двести километров.

Осталась последняя сотня…

Мир вокруг горел красным, и агнатка Катрина, вернее бог машин Гор, чувствовал через стенки межотсечных перегородок, как тяжелые гоплиты и пожарные стыкуют с пассажирским лайнером свои боевые лектики, как спешат, стуча резиновыми подошвами по покрытию коридоров, к захваченной ей рубке с пилотами.

Ситуация оценивалась штабом спецопераций уже настолько не опасной, что с лайнера даже не стали вывозить пассажиров. Всего через несколько минут глупую девицу схватят, скрутят, доставят в ближайшую психиатрическую лечебницу, а лайнер последует дальше, на кластер Роза. А может быть, ее и не будут «хватать», а просто убьют, а потом арестуют уже в палате хеб-седа, только что клонированную после смерти…

Сто километров.

Катрина встала, подошла к стене так, чтобы оптика пистолетов в руках спрятавшихся в коридоре полицейских не могла ее видеть. Затем, не спуская глаз с капитана и оставшегося пилота, она скинула с плеч тонкие лямочки хитона. Облегающий ситец соскользнул по телу вниз и упал к ногам невесомым цветком.