Обжигающий след. Потерянные - Анна Невер

– Понька?

– У?

– Дай нам свой шарфик на Сотворение поносить?

– Не-а.

– Почему?

– Вы посеете.

В собеседнице Тиса узнала ту самую взрослую девчонку с косицей, с которой она разговаривала у окна в последний приезд в приют. Рядом с ней сидели две ее подружки.

– Дай. А то скажу Стеше, что ты его украла.

– Не скажете. – Понька поймала картошку и засунула ее в рот. Принялась старательно пережевывать. Да, это тебе не стряпня Кадушкиных. Более безвкусной еды Тиса в жизни не пробовала.

– Это еще почему?

– Потому что я скажу про вашу дырку в заборе, – пробубнила полным ртом малышка. – Вы через нее в город бегаете.

– Ах ты блоха вонючая! – замахнулась на нее ложкой чрез стол девчонка. – Ща получишь у меня!

– Ритка, ну-ка отстань от мелкой! – шикнула на детвору сидящая за соседним столом Янина, успевающая и младенца качать, и обедать. – Тише давайте!

Все разговоры неожиданно смолкли. Однако Янина тут оказалась ни при чем. В трапезную вошла смотрительница. Пучеглазым орлом она облетела подопечных, оценивая еду на столах. Следующая по пятам начальницы Праскева стала что-то шептать той на ухо.

Пока взгляды всех приютных были прикованы к Степаниде, малышка успела незаметно перетаскать со стола себе в подол несколько ломтей хлеба.

Закончив осмотр, смотрительница подошла к раздаточной и распекла кухарку за излишнюю расточительность. Оказывается, кому-то выдали тройную порцию. Разговор взрослых показался ребенку скучным. Поня обернулась к потрескавшемуся деревянному подоконнику, и горбоносый сизарь, вышагивающий по заснеженному карнизу, вскоре завладел ее полным вниманием…

Ранний выход Тисы из видения воодушевил учителя. Что объектом поиска стал ребенок из приюта, не вызвало в мужчине и толики удивления. Подробности поиска также мало интересовали его. Трудности настроя и сам результат – то единственное, о чем пожелал услышать блондин. Он велел ученице не останавливаться и повторить успех с другим «объектом». Так что она снова прилегла в кресле и закрыла глаза, стараясь настроиться на новый поиск. Что там советовал Клим? Продавец? Дворник? Пусть будет школьный сторож Гаврилыч. Войнова постаралась вспомнить лицо мужчины в момент, когда тот настоятельно советовал избегать призрака. Сеть морщин, обветренная кожа. Надвинутая на брови шапка-ушанка. Только туман на сей раз не торопился служить. Плескался в ногах, омывая щиколотки, а накрывать с головой не намеревался. Пришлось бродить и упрашивать. Долго упрашивать. Тиса почти отчаялась достучаться до упрямца-дара, когда тот наконец смилостивился, и она очутилась в знакомом школьном сквере.

Лопата легко вклинилась в снежный наст. Ковш наполнился снегом, крепкая рука направила его в сугроб у обочины и опрокинула. Впрочем, это все, что видящая успела просмотреть, прежде чем снова оказаться в теле вэйна. Перемещение произошло так быстро, что Тиса даже не заметила присущей переходу туманной границы.

Главвэй стоял в компании троих незнакомых ей вэйнов под куполом аркады, примыкающей к зданию со стрельчатыми окнами. Хмурое небо подпирал ряд гигантских тополей. Ветер сметал поземку с террасы и гнал по внутреннему двору. Демьян держал ладонь на голове сидящего у ног Сивуна, поглаживал большим пальцем ухо древнего.

Высказывался черноусый вэйн в щегольском двубортном пальто.

– Император взбеленился из-за ежегодного веерного прорицания. Двор зудит лишь об этом. А уж какие невероятные домыслы порой рождают умы – сами знаете. Клянусь скипом, скоро нам всем работенки привалит. И вашему оперативному достанется, – кивнул он Демьяну.

– Дурное предсказание, Яр Карпович? – спросил черноусого молодой вэйн с зелеными прядями в волосах и любопытством в глазах.

– На нашем веку уж был подобный случай, верно, Демьян Тимофеевич? – вступил в беседу третий, седобородый вэйн в короткой дохе. По шее его от уха до груди тянулся белым толстым жгутом шрам. – Если не ошибаюсь, вам тогда досталось руководить расследованием, и успешно. Может, посвятите в подробности дела по давности событий, мил сударь? Уважь старика доброй байкой, опервэйн.

– Бросьте наговаривать на себя, Валам Данилыч. Это вы-то старик? – Демьян вздернул бровь. – Слышал я, вы этой осенью в Ковыльных степях зубастых гаров вылавливали для императорского зверинца. А уж какие байки о ловчей дюжине Буянова слагают, не чета нашим. Позвольте, расскажу парочку?

Мужчины обменялись взглядами, после чего седобородый усмехнулся:

– Не стоит. Сразу видно «дароубежденного»! Мастак ваш брат зубы заговаривать.

– И в мыслях не держал, – ответил главвэй со скупой улыбкой.

Разговор продлился недолго: мужчины обсуждали перестановку сил в совете, произносили мало говорящие видящей имена, затем разошлись по сторонам.

Демьян не спеша сошел со ступеней аркады на мощеную площадь внутреннего двора, припорошенную снегом. Нащупал на шее цепочку и потянул. В ладонь лег хрустальный кулон из секретки. Демьян поднял его и взглянул на просвет. Внутри хрусталя синела тонкая полоска.

– Мимо, Буянов, – прошептал он и спрятал кулон на прежнее место – под нательную рубаху. Оседлал крылатую рысь. В три прыжка древний разбежался и взмыл в небо, без труда унося на себе седока.

Еще не очнувшись от поиска окончательно, она почувствовала на себе взгляд. Колючий, неприязненный. Тиса разлепила веки и огляделась. Никого. Только дверь в опытную притворилась с глухим стуком. Видящая вздохнула и села. Она на самом деле лишняя здесь. Кому приятно наблюдать спящую, тем более в общей гостиной? Подол кто-то дернул, затем еще раз. Котенок, шкода маленький, решил проверить остроту когтей. Девушка нагнулась и подхватила серого полосатика на руки, выслушав возмущенное «мя-я!» в знак протеста. Пригладила, посадив котейку на колени. Шерстка мягкая как пух, не то что у взрослого рысака. Под мерное мурлыканье котенка Тиса на какое-то время растворилась в собственных мыслях, перебирая в памяти услышанное и увиденное за урок с помощью дара. Сколько же у Демьяна знакомых среди высокородных и, судя по разговору, приближенных к императорскому двору! Кулон, который он носит. Интересно, для чего он? А девчушка-то шустра не по годкам! И в обиду себя не дает, с характером. Отчего-то было жаль, что она не разузнала о ней больше. Кто ее родители, где они?

Из коридора в гостиную ворвался вихрем жизнерадостный Строчка и прервал размышления девушки. В руке он нес пару костюмов, прикрытых тканевым чехлом. Заметив Тису, довольно шмыгнул носом.

– Для к-концерта одежа, – пояснил парень. – Ох и покажем мы всем в это Сотворение! Такие па выпишем! Люся сказала, вы тоже придете п-поглядеть?

– Да, она придет! – выпорхнула на звук голоса из опытной сияющая Люсенька и уселась рядом с видящей на подлокотник кресла. В новом платье из тонкой шерсти розового цвета с вязаными крылышками по плечевому шву она смотрелась совсем юной. – А ты уже знаешь, в чем пойдешь, Тиса?